"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

Хорошенько подумайте, – проговорил я, – этот взрыв станет жирной точкой в наших с вами толком и не начавшихся отношениях. Я уйду, оставив вас наедине с древней тварью, и тогда за каждую крупицу информации вам придется платить сотнями жизней своих солдат, когда мертвая экспансия доберется до вас.

– Что же, тогда будем считать, что начало нашему сотрудничеству положено, – как ни в чем не бывало ответил старик. – Сейчас мы готовим группу оперативной разведки для высадки в Ладисполи. Вы готовы к ней присоединиться? Ваши знания и навыки в этом деле будут просто незаменимы, и многократно увеличат шанс успеха разведывательной миссии.

От резкой перемены темы мне оставалось только лишь растерянно хлопать глазами. Это что вообще сейчас было, нахрен?! Чертовы чиновники никогда не меняются…

Глава 18

– Ну, и что вы мне можете сказать о Секирине? – Президент сидел в своем рабочем кабинете, который он покидал в последнее время все реже, а перед ним расположился благообразный пожилой господин, чей безобидный облик мог обмануть любого, кто не был с ним знаком лично. Причем было заметно, что в обществе государственного лидера тот чувствует себя совершенно свободно и спокойно.

– Все так же осторожен, напорист и нагл. Никаких признаков умственного расстройства не демонстрирует, критическое мышление работает отлично, подозрителен и недоверчив, как дикий волк. Ну, по крайней мере, когда говорит через свою Нелюдь. Я считаю, теория о том, что полтора года назад он был не в себе, подтвердилась. Не знаю, что ему пришлось перенести, но сейчас это совсем другой человек. Сейчас он больше соответствует своим старым психологическим портретам, нежели в бытность Аидом.

– Хорошо… это хорошо… – президент задумчиво стал делать какие-то пометки в блокноте с золотым двуглавым орлом на кожаной обложке. – Что по поводу Рима?

– Он согласился.

– И взамен ничего не потребовал? – Глава государства вопросительно вздернул бровь, требовательно уставившись на своего собеседника.

– Нет. Вы же знаете, господин президент, я умею торговаться. – Самодовольно отозвался старик. – Старая школа, сейчас такие кадры уже не готовят.

– Это точно… – национальный лидер сокрушенно покачал головой в такт своим мыслям. – Скажите, Михаил Эдуардович, а вы не хотите вернуться на службу? У меня Добронравов совсем дискредитировал себя за последний год. Кажется, он на должности директора ФСБ сильно заигрался, потеряв связь с реальностью.

– А я вас предупреждал, – ворчливо отозвался пожилой мужчина. – Я Добронравова еще по Академии ФСБ помню. Эгоцентричный, самовлюбленный, изворотливый мудак, простите за прямоту. Я сразу сказал, что это плохая кандидатура.

– Я помню… – недовольно сверкнул глазами президент. Он не привык, что ему так прямо и беззастенчиво указывают на его личные промахи. Но и высказать свое неудовольствие сидящему напротив него человеку не мог. Слишком уж богатый был у него послужной список, пожалуй, даже побогаче, чем у самого президента.

– Тогда почему вы мне теперь предлагаете разгребать за ним Авгиевы конюшни? Меня и на пенсии неплохо кормят.

– Я вас понял, Михаил Эдуардович. Ожидал такой ответ, но все же попытаться стоило. Давайте тогда вернемся к Аиду. Какие у вас мысли? Может ли это быть ловушкой?

– Не думаю. Пожалуй, это слишком маловероятно. – Старик скептически поджал губы и покачал головой. – Я больше склоняюсь к тому, что Аид сам опасается этого древнего Жреца. Возможно, он видит в нем настолько непримиримого врага, что ему все равно с кем придется сотрудничать, лишь бы победить его. Хотя, не исключен и такой вариант, что в основе действий Секирина лежат простые угрызения совести. Все-таки, это он привел католиков к этим останкам. Но этот вариант для нас будет одновременно и самым худшим.

– Почему это? – Озадачился президент.

– А потому что это будет означать, что все слова Секирина об этом существе окажутся полной правдой. И Жрец действительно способен подмять под себя целый мир.

– Вспоминая то, что нам устроил сам Секирин, я почему-то не сомневаюсь в этом…

– Я тоже, господин президент. Я тоже…

***

К такому повороту и стремительному развитию событий я оказался совсем не готов. Я ожидал, что закостенелые умы политиков будут еще долго тянуть резину и колебаться, но они, как оказалось, уже приняли решение. Более того, они даже успели за эти сутки предпринять первые шаги, и теперь в пригороде Джибути меня ждал вертолет, готовый отвезти меня к точке сбора разведывательной экспедиции.

Где-то в душе поселилось паскудненькое ощущение, что меня просчитали, но я, несколько поколебавшись, отбросил его. В конце концов, разве я сам не был готов оказать своим соотечественникам всестороннюю поддержку в борьбе с Темным Жрецом?

Но остро вставал вопрос о том, куда мне деть Вику. Оставлять под присмотром всего четырех марионеток – ненадежно и рискованно. Брать с собой в логово некроманта, параллельно показав заклятым союзникам свое слабое место – еще хуже. Ну и что мне придумать, чтоб не терзать себя неопределенностью и беспокойством?

В голову пока ничего путного не приходило. Вернуться в Сомали и по воспоминаниям убитых фалааго найти и перебить всю их группировку, сделав стражами Вики? Оставить в Джибути под присмотром четырех мертвецов, делая ставку на скрытность, а самому отправиться в Италию? Вернуть в Россию под отцовскую опеку? Сомневаюсь, что хоть один из этих вариантов устроит Вику, но какова альтернатива? Как бы я не пытался сгладить все углы, но серьезного разговора нам не избежать. А поскольку сейчас была дорога каждая секунда, то откладывать его не только бессмысленно, но и вредно для дела.

– Вик, мы должны кое-что обсудить, – я подошел к девушке и мягко коснулся ее распущенных волос. Она как всегда пахла чем-то цветочным и легким, словно лесная дриада. И от мысли, что нам в очередной раз предстоит расставание, мое полумертвое сердце застонало в приступе сверлящей боли.

– Я понимаю, Сереж. Ты должен отправиться один, а я буду лишь обузой, ты об этом хотел поговорить?

На удивление, она действительно все поняла правильно… а я-то думал, что она захочет отправиться со мной, наплевав на любую опасность. И почему я постоянно забываю о том, какая Вика умница?

– Вик, я просто…

Не знаю, что я хотел сказать, как оправдаться и какой аргумент привести. Наверное,