Ксенолог с пересадочной станции - Аксюта Янсен

— Одна из них девочка, — внёс, на мой взгляд, совершенно бесполезную поправку Бакс.

— Не имеет значения, — отмахнулся Мика. — Так что, проверите?

— Я уже вызвала соответствующую службу, — пожилая арктоимка степенно кивнула и не торопясь направилась к выходу.

— А поприсутствовать можно? — Мика сорвался следом за ней, а за ним и мы с Баксом.

— Если таково ваше желание, — она сделала какой-то сложный жест тентаклями, который я идентифицировала как неуверенное согласие и продолжила путь.

Когда мы добрались до усыпанных красноватым песком дорожек оранжереи, работа там кипела уже во всю. Несколько молодых, спортивного вида арктоимян, одетых не в традиционные хламиды, а в нечто напоминающее мешковатые комбинезоны, активно ползали вдоль невысокой стенки, сложенной из крупных серых булыжников и «прощупывали» незнакомыми мне приборами воздух над ней.

— Целостность силового барьера проверяют, — прокомментировал Мика, да я и сама уже догадалась.

В их работу мы не вмешивались, да и было бы странно, если бы инопланетники (мы в данном случае) влезли в работу местных спецов, — просто стояли на таком расстоянии, чтобы можно было охватить взглядом сразу три действующие группы. Ожидали, кто из них первый найдёт прореху в ограде. А то, что именно это в скорости произойдёт, мы почти не сомневались, не было у нас другого логического объяснения исчезновению ребят. Вот разве что, я покосилась на огороженный довольно высоким частоколом из прутьев участок, где вольготно раскинула свое пупырчатые листья ловчая воронка визигмеи. Нет, сомнительно, целиком туда может поместиться животное не крупнее кошки, а по частям… Бр-р, да что ж за гадости в голову лезут!

— Есть! — послышалось от одной из групп.

Мы в спешном порядке потрусили в ту сторону. Остальные группы проверяющих методично и целенаправленно продолжали свою работу и, наверное, это было правильно. «Дыра» была не слишком большой — только-только десятилетке протиснуться, да и то кой-кому небось пришлось основательно выдохнуть, да и крылья к себе поплотнее прижать, а взрослому человеку точно не протиснуться. Её края, подсвечиваемые арктоимянами, таинственно лиловели в постепенно опускающихся на Арктоим сумерках и даже и не думали смыкаться обратно несмотря на прикладываемые специалистами усилия. До тех пор, пока один из них не догадался высунуть из дыры руку и с силой ударить по обратной стороне стенки. В ответ на это действие, брызнули в разные стороны ошмётки коры и буроватого густого сока, а отверстие в силовой ограде постепенно начало смыкаться.

— Что это было? — я, кажется, произнесла это вслух.

— Это алалия миркарская, местный эндемик. Вызывает сбои в работе энергетических установок, — ответил мне, как ни странно Бакс. На его голове красовались сплошные очки из тех, по которым бывает удобно на ходу просматривать новости, или там какую киношку краем глаза глянуть. — Ну или как-то так, точной информации по этому поводу у нас нет, но вот такие вот «дыры» в энергетических куполах проделывает на раз.

— Это у вас аверком?

— Лучший помощник экскурсовода с базой данных по всевозможным объектам, в том числе и по флоре, — Бакс широко улыбнулся и поднял очки на лоб.

— Одолжите? — я оглянулась — Мика уже пошёл договариваться, чтобы нас вывели за ограду, а я задержалась в надежде выклянчить себе интересную игрушку. Нечто подобное у меня с собой было. Очки-ноктовизоры, с функцией дополнительной прорисовки активно движущихся объектов и прочими примочками, но базы данных по Арктоиму в моих не имелось.

— Понимаете, — замялся Бакс, — мы обычно не выдаём экскурсантам такие приспособления. С непривычки можно дезориентироваться в реальности, а мы всё-таки не дома, на Земле и даже обычное падение, если вы споткнётесь…

— У меня такая привычка есть, — прервала я его пространную нотацию и требовательно вытянула руку. Навык хождения в аверкомах у меня был, правда он давно не обновлялся, но, надеюсь, этому, как езде на велосипеде, разучиться невозможно. В бытность мою студенткой, по дороге на очередной спецкурс, которые проводились не только в основном корпусе ИПКиМД но и в других отделениях, оттуда на очередную временную приработку (учёбу-то нужно оплачивать!) да и домой тоже я прослушивала лекции по теме и прилагающиеся к ним видеофрагменты. За несколько лет насобачилась в этом деле так, что даже аэрошку могла уверенно водить поровну распределяя внимание между ситуацией на дороге и очередным познавательным видео. Ну и осточертели они мне за те годы так, что теперь я надеваю аверком только в случае острой необходимости, а она возникает нечасто.

Конечно же, нужную мне примочку я у Бакса выманила. Ещё бы, попробовал бы он не дать то, что мне в данный момент остро понадобилось! И пока бежала по следам благоверного, училась сначала не обращать внимание на то и дело всплывающие надписи и окошки с поясняющей дополнительной информацией к ним, а потом просматривать и их, в то же время не отключаясь от реальности. Нет, всё-таки, полезная штука — аверком, и гений был тот, кто его придумал.

— Если вы, собираетесь направляться дальше, то я вынужден предупредить, что фирма не гарантирует вашей безопасности, — выделенный нам гид неловко переступил с ноги на ногу и смерил опасливым взглядом зелёное великолепие, в котором скреблась и копошилась местная живность.

Мы все трое, да ещё и безразлично маячащий позади местный смотритель, стояли у служебного выхода в открытую часть ботанического сада, который оказался ближайшим.

— Ладно, — Мика совсем уже было собрался отвернуться и продолжать путь, но Бакс ещё не закончил:

— Фауна здесь неконтролируемая, да и избранные представители флоры тоже не сильно от неё отличаются, — он кивнул на желтеющий вдалеке остов исполинского зверя, уже частично поглощённый растительностью.

— Мы взрослые люди и сами за себя отвечаем, — удивилась я такой неумеренной заботе.

— Но если ещё и вы пропадёте… — Бакс чуть заметно зябко передёрнул плечами.

— Мы маячки оставим работать, — успокоил его Мика и действительно включил соответствующую функцию на своём напульснике. Больше не слушая пожеланий, предупреждений и предостережений мы двинулись в путь.

Мы медленно брели по лугу, поросшему высокой, мне выше колена, травой, бессистемно утыканному отдельностоящими кустами и деревьями. Медленно, потому что первая же попытка быстро пересечь открытое и хорошо просматриваемое пространство закончилось в зарослях стелющейся колючей лозы, которая с маниакальным упорством вцепилась в наши штанины. Это небольшое происшествие не только существенно снизило нашу скорость, но