Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

я, и Ал вздрогнул: видно, я попала в точку. – Он заслуживает твоей ненависти. Но… Он не хотел плохого. Попробуй принять этот дар. Ведь это всё, что осталось тебе от них… Ради их любви.

Аларис кивнул. Мне показалось или выражение его лица изменилось после моих слов? Оно стало чуточку светлее.

Бинты, пропитанные «чернилами», змеиной кожей сползли на землю. Вслед за ними капля за каплей струилась черная субстанция, которую больше ничто не сдерживало. Как и в первый раз, она зависла в воздухе и уже начала скручиваться в вихрь.

Краем глаза я увидела, как напряглась Кора. Ран положил руку ей на плечо. Оба посмотрели вверх, готовясь к появлению бестий. Директор Аквидус стоял, скрестив руки на груди. Почему-то я поняла, что он не станет сражаться. Он выглядел таким уставшим.

– Ради их любви, – повторила я. – И ради моей тоже.

Наши взгляды с Аларисом встретились. А потом он поднял лицо к небу, раскинул руки, точно собирался взлететь.

Я увидела, что там, где по его телу протянулись черные полосы, кожа расходится, выпуская тьму. И вот уже Аларис весь окутан тьмой, как облаком. Мне стало страшно, но я не отошла ни на шаг.

Время замедлилось. Я видела небо, набрякшее лиловыми тучами, застывшее на той хрупкой грани, когда один толчок – и посыплются бестии. А в отличие от весенних гроз, когда грань между мирами истончается на время, эту дыру, если она возникнет, будет уже не залатать.

Аларис закричал. И мне на секунду показалось, что где-то далеко-далеко плачет маленький мальчик, лишившийся своих родителей. В тот раз он запретил себе плакать. А потом смеяться. А после он бы запретил себе чувствовать – всё к тому шло.

Живи, мой ледяной куратор. Кричи, плачь, смейся! Ты достоин этой жизни. Ты достоин самой преданной любви.

Тьма устремилась вверх, словно дым костра. Смешалась с тучами. На миг всё замерло, затихло, как перед грозой.

И тут в лиловом сумеречном небе возник просвет, в который робко скользнул луч солнца. Просвет вначале напоминал золотую монетку, но вот он сделался величиной с блюдо и всё увеличивался в размерах. Постепенно из золотого он становился ярко-синего цвета.

Поднялся невообразимый шум и гвалт. Кора сотворила огненный портал, а через секунду вернулась и вместо объяснений кинулась Рану на шею. Это означало, что она смогла выйти за территорию.

Купол пал.

Академия спасена.

* * *

Я навсегда запомню тот день. Прекрасный, длинный и счастливый день.

Сначала студенты младших курсов боялись покидать корпуса, хотя видели, что небо прояснилось, солнечный свет залил парк и нетронутый белый снег засеребрился под его лучами. Потом самые смелые высыпали наружу, но магистры вернули их под защиту стен: купол пал, но по территории еще бродили бестии. Правда, от них избавились очень быстро.

К полигону потянулись студенты. Они по привычке собирались в группы. Еще долго мы, пережившие темные и суровые времена, не сможем до конца поверить, что опасность миновала.

Я видела на лицах людей растерянность и сомнение. «Уже все? Уже действительно все?» – будто бы спрашивали они.

Кто-то накинул на плечи Алариса мантию. Его окружили магистры, студенты и кураторы. Все говорили одновременно, и я ничего не могла разобрать в этом гвалте. Ал кивал и вымученно улыбался, запахнув на груди края накидки. Никто и не вспомнил, что его кожа растрескалась, выпуская тьму. Наверное, он весь сейчас сплошная рана.

– Мастер Вайс, – громко произнес директор Аквидус. – Вы, должно быть, нуждаетесь в отдыхе!

Я пробилась сквозь толпу и взяла Ала за правую руку. Боялась, что сейчас прикоснусь к жидкости, стекающей по пальцам, но почувствовала теплую сухую ладонь.

– Все хорошо, – тихо сказал Аларис. – Как только всё завершилось, раны закрылись сами собой. Даже та, что так долго не заживала.

Теперь я смогла по-настоящему насладиться победой. Ал в безопасности, и хотя его шрамы-молнии никуда не исчезли, они больше не доставляли беспокойства. Теперь Ал по своей воле управляет этой силой!

Директор тоже понял это, и впервые за долгое время я заметила на его губах тень улыбки. Я не знала, что чувствую по отношению к Террану Аквидусу. Недавно я ощущала только ненависть, но теперь, наверное, сочувствия было больше, чем злости.

Людей на полигоне прибавлялось с каждой минутой. Я увидела друзей, которые стояли в паре метров от нас и не решались подойти. Будто бы я из привычной Элизы превратилась в другую, незнакомую Элизу.

– Ал, я на минуточку…

Аларис взглянул в том направлении, где стояли Ароника, Тим и Бадлер, кивнул им, а они очень робко кивнули в ответ. Стояли, точно загипнотизированные.

– Эй, вы чего, ребята?

Я подлетела к друзьям, обняла всех по очереди. Мои крепкие объятия немного привели их в чувство.

– Мастер Вайс… – сказала Ароника. – Значит, это был он…

Я забыла, что друзья до последнего оставались не в курсе происходящего, узнали лишь сейчас. Понятно, почему они в шоке.

– Да. Но он теперь умеет управлять этой силой! – быстро заговорила я. – Теперь у нас два сильных мага – он и Кора. Бестиям не поздоровится!

По лицам друзей было невозможно понять, о чем они думают сейчас. Боятся его? Презирают?

– Наш куратор невероятно крут! – выдохнул Тим, и я расслабила напряженные руки.

– Он… невероятный… – тихо подтвердила Ароника, глядя в землю, а потом резко подняла на меня взгляд. – И он твой муж!

– Да. – Краска залила лицо. – Я не могла рассказать. Прости. Мы помолвлены с детства. И… вот…

Нужных слов не находилось, но подруга все поняла. Шмыгнула носом и поцеловала в щеку.

– Тогда будьте самыми счастливыми! И… когда дома станете устраивать праздник – позовешь на торжество! Понятно?

Я кивнула, пообещав, что обязательно приглашу и Тима, и Бадлера. А у самой внутри заворочался червячок сомнений: «Родители! Бабушка Алариса! Что они скажут про наш скоропалительный брак!»

И все-таки, хоть я волновалась, как они воспримут эту новость, я ужасно соскучилась по маме и папе.

Время, что сначала тянулось очень медленно, вдруг понеслось галопом. Десятки событий происходили одновременно.

В Академию ворвались огненные маги – родители студентов. Во внешнем мире сходили с ума от волнения. Территория Академия извне представляла собой непроницаемый темный пузырь, который невозможно было пробить. Маги не оставляли попыток, но надежда таяла с каждым днем. А одним прекрасным утром пузырь просто растворился…

Мы – водники, воздушники и земляные – с завистью наблюдали за тем, как маги огня обнимают своих сыновей и дочерей. Наши-то родители не смогут добраться так скоро.

Зато огневики, узнав, как долго