Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

— Да как бы не секрет. — говорит она: — я ж самая мелкая в команде, да и либеро из меня… так себе. Вон Лилька на площадке как будто капельку ртути на пол пролили — и там и сям сразу одновременно… а меня из рабочего коллектива выдвинули. Всех остальных по ДЮСШ нашли, таланты и дарования, а я просто играла в волейбол на Первое Мая хорошо, вот начальник цеха и присоветовал Валерию Сергеевичу. А я возвращаться на завод в горячий цех не хочу. И не потому, что работы боюсь, нет. Просто… стыдно будет перед остальными, вот. Наверное, я просто трусиха.

— Выйти в тираж. — говорит Маша Волокитина: — перестать играть. Стать тренером в какой-нибудь ДЮСШ, ты только не обижайся, Вить. Я этого страсть как боюсь. Выйти в тираж и перестать играть, а вместо этого стать… ну как ты.

— Не обижаюсь. — отвечает он: — не всем дано быть тренерами. Кто-то еще?

— Вернуться домой. В Чигирик. В эту чертову деревню и работать там техничкой в школе. — говорит Чамдар Ай Кыс: — ничего не добившись.

— В Кызыл-Джар. — кивает Айгуля.

— На рынок. — говорит Саша Изьюрева. Все оборачиваются к ней, она пожимает плечами.

— В тюрьму. — коротко роняет Валя Федосеева и на несколько мгновений в воздухе застывает тяжелая, звенящая тишина. Виктор откашливается, привлекая внимание.

— Правда в том, что в следующую субботу вам дан шанс. — говорит Виктор: — шанс показать себя. Для кого-то это шанс быть замеченным рекрутерами из высшей лиги, для кого-то это шанс стать лучше, а кто-то просто не хочет проиграть. И вы все — боитесь не справится. Боитесь облажаться. Мы все боимся. Я — тоже боюсь. Но когда мы все испытываем один и тот же страх — мы можем справиться с ним вместе. Потому что страх — один, а нас много.

— … если с другом буду я, а медведь — без друга? — хмыкает Лиля Бергштейн.

— Именно! — Виктор поднимает палец вверх: — поэтому все наши занятия будут посвящены тому, как преодолеть свой страх и укрепить связь внутри команды. Понять тех, кто с тобой рядом. Вот например — вы все уже знакомы, однако Лиля и Юля — это гости из другой команды, так что тут и связь не такая крепкая. Вы еще не доверяете друг другу. В нормальной обстановке потребовались бы годы чтобы научиться действовать сообща и доверять друг другу, но я попрошу вас уложиться в эти восемь дней.

— Почему восемь? — спрашивает Лиля: — у нас же одиннадцать дней впереди…

— Потому что за сутки до матча нужно отдохнуть. Еще сутки — чтобы переварить все, что с нами произошло за это время. Ладно, давайте приступим к упражнениям. Я сразу говорю что тренироваться мы будем по минимуму — лишь бы форму поддержать, наша задача — сформировать команду и стать спокойными. Итак… первая задача… садитесь тесней, ближе и в круг. Да, вот так… еще ближе. Вы должны касаться друг друга локтями. И не по-турецки. Не скрещивайте ноги, а по-японски, садитесь на пятки, так чтобы справа и слева от вас были партнеры по команде, угу.

Виктор поправляет и рассаживает девушек так, чтобы они образовали тесный круг лицами наружу. Делает шаг назад и осматривает всех.

— Так хорошо. — кивает он: — а теперь слушайте задание. Я даю команду, по этой команде вы должны встать на ноги, поднять руки вверх и сделать два шага по часовой стрелке, то есть вправо. Одновременно, разумеется. Все понятно? Тогда… начали! — он взмахивает рукой. Девушки переглядываются, кто-то встает на ноги, кто-то остается на месте…

— Маслова! Салчакова! Вы чего творите! Куда торопитесь! — говорит Волокитина: — Федосеева — вставай, чего расселась! Бергштейн, а ты чего — уже все, что ли⁈

— Это не эффективно. — подает голос Юля Синицына: — какой бардак.

— Так не годится. — качает головой Виктор: — давайте все с начала.

— Секундочку. — говорит Волокитина и поворачивается ко всем: — значит так. Делаем все по команде, курицы. Я говорю «раз» — и все встаем на ноги. Говорю «два» и все поднимают руки вверх. Говорю «три» и все делают шаг вправо. Не просто вправо, а по кругу. Всем все ясно?

— Все должно быть сделано по одной команде. — возражает Синицына, поправляя очки: — это довольно простое упражнение. Я командую «старт», и все одновременно встают и поднимают руки, тут же, без перерыва — делают два шага по часовой стрелке.

— Синицына, если у тебя в команде все гении, то у меня в команде… — Маша окидывает всех взглядом и чуть снижает свой тон: — не гении. Им команды простые нужны. Задача в том, чтобы все сделать одновременно, вот и все. Если отдать только одну команду, то все обязательно запутаются, вон Маслова правую и левую руки перепутает или Салчакова споткнется там.

— Да при чем тут Салчакова опять!

— Вить… то есть Виктор Борисович! — тянет руку Лиля.

— Кстати, я не настаивал на обращении по имени-отчеству. Можно просто по имени. — говорит Виктор: — к чему формальности.

— Вить, я немного не понимаю к чему это упражнение… — Лиля хмурится и наклоняет голову: — какое-то оно… глупое. Мы же тут все спортсменки, а ты… два шага вправо, как будто в детском садике.

— А вам нужно просто справиться с ним. Потом я объясню для чего оно.

— Ладно. — Маша Волокитина оглядывается по сторонам, убеждаясь, что все смотрят на нее: — все слышали? Синицына — ты что-то сказать хочешь?

— Да. Твоя метода не эффективна и даже немного оскорбительна для людей хотя бы со средним уровнем интеллекта. Но раз уж мы находимся в… такой среде. — Юля осматривается вокруг и качает головой: — теперь я вижу, что именно нравится Бергштейн в вашей команде. Вы примерно на одном уровне.

— А у Юльки очки без диоптрий. — выдает Лиля: — она их для выпендрежа носит, чтобы умной казаться! А так у нее зрение стопроцентное!