Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Насколько мне известно, большинство бумажных книг, доживших до сегодняшнего дня, — это какие-то труды и научные изыскания старых магов. Как, например, в доме Волконских. Не зря дурацкий Антон так истерил из-за фолианта, который я у него выхватил.

Что подарил конкретно моему приюту попечитель — не знаю. Думаю, просто всякий не особо ценный бумажный хлам. Однако директриса приюта гордилась настоящей библиотекой неимоверно.

Так что, да. Я знаю, как пахнут книги. Но ощутить подобный аромат здесь? Странно… Действительно странно… Наверное, мне показалось из-за усталости.

Мира скользила впереди. Ее легкие шаги не производили вообще никаких звуков.

Я напрягся, уставившись в затылок девчонки. Мне показалось, что она не совсем обычный человек и я хотел в этом убедиться. Получилось же у меня разглядеть ауру Антона. Да и Рик сказал, что я теперь могу вычислять магов на раз.

В итоге, минут через пять я почувствовал, как ломит виски и что глаза вот-вот вылезут на лоб, но все бестолку. Башка Миры отказывалась светиться или хоть каким-то образом подтверждать наличие у этой девчонки магической силы. Она явно была простым человеком. Лишь тусклый камушек на её жезле отбрасывал нервные фиолетовые тени, пляшущие по стенам. Забавная штуковина…

В итоге я перестал заниматься ерундой и просто топал следом за Мирой, кожей ощущая незримые взгляды из тёмных щелей. Ну или меня настолько накрывало паранойей. Казалось, будто отовсюду, просто отовсюду — сверху, снизу, слева и справа — пялятся чьи-то глаза.

А еще вся эта атмосфера настоящего Нижнего города давила. Возникало ощущение, будто сам тоннель готов обрушится прямо мне на голову. Точно как в том проклятом подкопе под ангаром, когда лежал в темноте, чувствуя, как кровь Волконского и Суворова капает мне на лицо.

Внезапно коридор расширился, превратившись в просторный грот. Казалось, сама природа высекла эту полость, но кто-то приложил руку к её обустройству.

Высокий свод терялся в непроглядной темноте. Стены частично были обшиты тёмным, отполированным временем деревом. В центре я увидел монументальный стол, сколоченный из грубых ящиков. Это стол был завален бумажными картами, пожелтевшими свитками и странными железными механизмами, чьё назначение угадать невозможно.

Бумажные карты… Вот, что привлекло моё внимание в первую очередь. Я буквально пять минут назад размышлял о книгах и тут — тадам! Получите, распишитесь.

Бумажные карты — это еще более странная вещь. Ничего подобного я не видел за всю свою жизнь. Давным-давно все нормальные, и не очень, люди пользуются кучей разнообразных программ, установленных на планшетах и телефонах. Есть специальные дата-файлы, которые детально расписывают каждую улицу. Откуда вообще у Безымянного столь необычные вещи. А главное — зачем они ему?

Рядом со столом располагалось массивное кресло, обитое потёртой кожей. И в нём я увидел фигуру.

Я замер, уставившись прямо на человека, который сидел в кресле. Невежливо? Да плевать! Я был слишком удивлен, кем оказался тот, кто держит в своих руках весь Нижний город.

Парню на вид было не больше двадцати пяти лет. Худощавый, но не хлюпик — в нем чувствовалась сжатая пружина силы. Резкое, бледное лицо. Тёмные волосы, коротко острижены. Одет просто, без претензий: грубая кожаная куртка, такие же штаны, ни единого украшения или знака власти.

Но глаза… В них светился холодный, безошибочный расчёт и… бесконечная усталость от вечной игры. Холодные и цепкие, как у змеи, они словно сканировали меня насквозь, хотя на лице Безымянного играла почти добродушная ухмылка.

— Мира, — его голос, низкий и спокойный, заполнил пространство грота, — Вали. И передай, пусть дадут Шепоту воды. Им пришлось долго тащиться к нам в гости. Будем же вежливыми хозяевами.

Я мысленно усмехнулся. Рик хотел быть вежливым гостем, а этот тип рассказывает про вежливых хозяев. Намекает, что ему донесли слова Палача.

Девчонка молча кивнула и растворилась в темноте прохода. Мы остались вдвоём: я и Безымянный.

Он махнул рукой в сторону табуретки, стоявшей напротив его стола, при этом коротко, почти незаметно «цыкнул», втягивая воздух сквозь зубы. Может, это у него что-то типа нервного тика…

— Подвинься ближе, — сказал Безымянный. — Присядь. В ногах правды нет. К тому же, торчать на пороге — плохая примета. Могут дать пинка под зад. Или ты не веришь в приметы, новоявленный некромант?

Я вздрогнул от неожиданности. Значит, вот как… С первых слов этот тип дал понять, что ему известно, кем является его гость. Расставил сразу все точки над «и». Ну что ж… Хорошо. Так даже проще.

Я молча подчинился, опустившись на табурет. Удивление от возраста «босса» не отпускало. Честно говоря, в роли Безымянного я представлял кого-то более… ммм… взрослого, наверное. Более солидного. Но никак не парня, которому еще и тридцатки не стукнуло.

— Ты… ждал нашего прихода? — вырвалось у меня.

Безымянный еле заметно усмехнулся, лишь в уголках глаз появилась сеточка морщин. Он снова «цыкнул». Ну точно нервный тик…

— Ждал? Скорее, просчитывал, — произнёс истинный хозяин Нижнего города. — Шепот умён, но не всесилен. Его появление с подопечным, за которым гонится весь Корпус Гончих, да ещё с… эээ… существом, от которого несёт Безмирьем — событие не рядовое. Особенно когда земля под ногами ходуном ходит. — Безымянный положил ладони на стол, пальцы, испещрённые мелкими старыми шрамами сплелись в замок. Пожалуй, я, бы сказал, что эти пальцы неоднократно ломали или резали. — Так что, Малек? Зачем припёрся в мои подземелья, притащив за собой и гнев Ордена, и пробуждение того, что должно было спать вечно?

Я снова завис на пару минут, быстро осмысляя сказанное. По крайней мере, попытался сделать это быстро.

Значит, о нежити он тоже знает. Так выходит. Его последняя фраза говорит об этом на сто процентов.

Я вздохнул, изображая сомнения и душевные мытарства. На самом деле, думал, как лучше построить разговор. Тупить перед этим человеком бессмысленно. Он в курсе почти всего. Ключевое слово — «почти». Но вот разыграть растерянного мальчишку, который нуждается в покровителе… Это, пожалуй, сойдет за верную тактику.

— Под городом…— начал я, делая вид, будто с трудом выдавливаю слова, — Там обосновалась нежить. Там скопилось… всё. За триста лет, со времён Проклятия Некроманта. Личи, призраки, костяки, твари… Целое море. Море мёртвой плоти и ненависти. И оно просыпается. Быстро. Пепел… ещё держит их, но граница слабеет. Или они крепчают. Не знаю, что будет более верным. — Я помолчал несколько минут, продолжая изображать растерянность, неуверенность