Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

желал его пускать. Под великолепным куполом, на котором изображены были яркими красками мифические крылатые существа, собрались около двухсот бесспорно влиятельных персон, чьи наряды служили единственной цели: произвести впечатление на других. Они сидели за десятью большими круглыми столами, громко смеялись, болтали и по привычке не обращали никакого внимания на добрую сотню слуг в скверно сидящих фраках, разносящих на огромных подносах бутылки и бокалы. Воздух был насыщен запахами вин, ликеров, всевозможных сортов табака, духов и цветов пантеона, расставленных повсюду в корзинах и вазах. Музыка маленького оркестра сливалась с разговорами и звяканьем столовых приборов.

В дальнем конце зала на помосте стоял прямоугольный стол на двенадцать персон. В центре восседал принц Онрад, рядом с ним — Регула Коллингсвуд и задумчивый аристократ, в котором Брим узнал доверенное лицо и близкого друга принца, герцога Уошборна. Слева от Коллингсвуд сидела Анна Романова, поглядывая на маленький портативный дисплей, рядом с ней — стройная женщина с чарующими серыми глазами. Брим и ее знал — Вероника Пайк, директор Шеррингтонского Гиперкосмического завода, небольшого, но высоко котирующегося предприятия. Подтянутая и загадочная, как грифон, она была одета в строгий светло-серый костюм, хорошо оттеняющий ее длинные иссиня-черные волосы и безупречные черты смуглого лица.

Карескриец скрипнул зубами от смущения, сознавая, что здесь совсем не место малообеспеченному пилоту по имени Вилф Брим. Отвернувшись, чтобы избежать настойчиво-профессионального взгляда тяжеловесного метрдотеля, Брим подался обратно к двери, но тут из-за ближайшего стола, где сидели большей частью люди во флотской форме, поднялся Тоби Молдинг.

— Вилф! — позвал он. — Иди сюда. Я занял тебе место.

Брим вздрогнул, поспешно приискивая какой-нибудь предлог, чтобы сбежать, но было уже поздно. Молдинг в мгновение ока усадил его между собой и приятным на вид человеком средних лет, одетым в коричневый, елочкой, твидовый пиджак, темные фланелевые брюки и остроносые родорианские башмаки.

— Марк, — сказал Молдинг, положив руку ему на плечо, — представляю вам Вилфа Брима — с этим человеком стоило бы познакомиться, даже если бы он не собирался у вас летать.

У Марка был внушительный нос, светящиеся юмором глаза и обвислые черные усы солидного размера. Теплый костюм, дополненный старомодной белой рубашкой и галстуком, давал понять, что его владелец живет в холодном климате.

— Очень приятно, Вилф, — сказал Марк, подавая руку. — Марк Валериан.

— Взаимно. — Брим пожал руку Валериана. Это имя было ему знакомо, но он не мог вспомнить откуда. — Я работаю на базе Флота здесь, в Аталанте, — добавил Брим, садясь.

— А я — у Вероники Пайк в Шеррингтоне.

— Благая Вселенная! — вскричал Брим, вспомнив, где слышал это имя. — Вы тот самый конструктор, который построил боевой катер для К.И.Ф. «Неуловимый», верно? По заказу Абнера Клисникова.

Валериан изумленно воздел свои косматые брови.

— Где, во имя галактики, вы могли слышать об этом чудище? Я думал, что катер разлетелся на атомы вместе с «Неуловимым», когда тот напоролся на мину.

— Не совсем так, — с растущим волнением ответил Брим. — Катер действительно погиб впоследствии вместе со старым звездолетом под названием «Приз» — но я успел провести немало метациклов за его пультом. Я даже выполнил на нем одно задание — он в самом деле был настоящим супермощным чудищем со своими двумя генераторами, но все же…

— Я так и знал, что у вас найдется о чем поговорить, — засмеялся Молдинг, занимая свое место, — но понятия не имел об аппарате Абнера Клисникова. Вселенная! Бывает же такое.

— Что это за аппарат Абнера Клисникова? — вмешалась в разговор красивая женщина в ладно сидящем мундире. — Я помню — Абнер был величайшим пилотом всех времен.

— Да, расскажите! — подхватил еще кто-то. Хлопотливые официанты начали подавать завтрак. На столах рядом с бокалами логийского появились густой суп, деликатесная колбаса из редких сортов дичи, сыры всевозможного аромата и консистенции, свежеиспеченный хлеб, фрукты со всей галактики, мороженое и богатейший ассортимент десертов. Оживленная беседа, которую вели крупнейшие авторитеты космоса за столом, немного замедлилась, но не прервалась. Банкет продолжался два полных стандартных метацикла, и к концу его Брим начал понимать, что не все члены ИЗО — богатые хлыщи, хотя состояние большинства из них превышало его самые смелые мечты. К собственному удивлению, он не почувствовал себя чужим за столом Имперской Звездной Команды.

После второй перемены десерта герцог Уошборн призвал собрание к порядку или хотя бы к видимости оного. За большинством других столов тоже велись неумолкающие, хотя и тихие разговоры. Многие клевали носом, пока Романова зачитывала резюме прошлого собрания, а кое-кто даже уснул, когда Коллингсвуд заговорила о реорганизации спортивных планов Общества.

— Здесь что, всегда так? — прошептал Брим, встретившись взглядом с Валерианом.

— Не знаю, — нахмурился тот. — Но если богатые люди так себя ведут, я предпочитаю остаться бедным.

Брим не успел ответить: Онрад встал, и гул в зале сразу стих.

— С сегодняшнего дня, — возвестил принц самым что ни на есть монархическим тоном, — Имперское Звездное Общество начинает работать на совершенно новой основе, полностью изменив режим подготовки к соревнованиям. — Далее принц объяснил, что Шеррингтонский завод уже обязался построить специальный гоночный аппарат под руководством главного конструктора Марка Дж. Валериана. А содескийская фирма «Красны-Пейч», чей знаменитый на всю галактику исследовательский центр находится недалеко от Гремковы, обязуется поставить и систему гравигенераторов, и гипердвигатель.

Брим мысленно усмехнулся. Это объясняло кое-что, в том числе и появление в Аталанте его содескийских друзей. Потом он услышал свое имя, и сердце у него замерло.

— Адмиралтейство, — объявил принц, — выделило нам обновленную Звездную Команду в качестве консультантов, мы же, со своей стороны, заручились услугами мистера Вилфа Брима, прославленного ветерана нашего Флота, а ныне испытателя Аталантской базы. Он будет принят в Общество на должность первого пилота…

Раздались вежливые аплодисменты, и Брим покраснел до ушей. Посмотрев на Молдинга и Валериана, он пожал плечами и шепнул:

— Впервые слышу.

— Он что, не спрашивал твоего согласия? — удивился Молдинг.

— К чему так утруждать себя? — хмыкнул Брим. — Нет во Вселенной пилота, который бы отказался от участия в Гонках Митчелла, и принц это знает. — Брим усмехнулся, глядя на Валериана. — Особенно если этот пилот уже летал на ваших кораблях.

— Благодарю покорно, — приятно удивился конструктор. Нахмурив лоб, он задумался над чем-то, а после извлек из кармана пиджака листок дешевого желтого пластика. — Скажите мне, что вы об этом думаете, — сказал он, протягивая листок Бриму.

Тот разложил пластик на скатерти между собой и Молдингом и замер в почтительном восхищении. Валериан набросал на листке в трех проекциях космический корабль, заслуживающий названия шедевра аэродинамики: обтекаемые овальные плоскости представляли собой нечто совершенно новое после двух веков угловатых, клинообразных