"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Двое у фургона не успевают даже обернуться. Бросок. Когти правой входят в горло ближнего, прошивая плоть. Превращая глотку в кровавое месиво.

Второй отшатывается, отпуская парня. Рука к поясу. Слишком медленно. Я уже на земле позади него. Ещё в падении бью когтями. Правая — сверху вниз. Вспарываю ногу от его ягодицы до икры. Глубоко, до самой кости. Хлещет кровь. Тот вопит. Валится.

Третий, который старший, оборачивается. Пока не понимая, что это его последние секунды.

Рывок. Когти поперёк живота. Сгибается пополам. Колено в грудную клетку, в прыжке. Хруст рёбер. Сбиваю с ног. Падаю сверху, фиксирую весом.

Его лицо подо мной. Ужас в зрачках. Чистый и неразбавленный. Наслаждаюсь. Купаюсь в его безумии. Позволяю себе получить отдачу за проделанную работу.

Потом — когти в оба глаза. Резко оборвавшийся крик. Задёргавшееся в конвульсиях тело.

Соскальзываю. Разворачиваюсь. Тот, с раненой ногой, ползёт к фургону. Кровавая полоса на асфальте. Настигаю. Разрываю глотку. Сдохни, тварь!

Всё. Тишина. Три трупа на асфальте. Бой занял секунды.

Женщина у стены взвизгивает, зажимая рот и оседает на землю. Дядя стоит столбом. Его мозг похоже отказывается обрабатывать то, во что превратилась выгодная сделка.

Парень отполз спиной к колесу фургона. Смотрит на меня с ужасом и надеждой. Тяжело дышит.

— Ты кто такой? — выдавливает он.

«Бэтмен» — чуть не выдаю на автомате. Адреналин действует на нервную систему весьма специфически.

— Злой гоблин, — отвечаю второе, что приходит в голову. Первый вариант тут точно не прокатит. Даже в качестве юмора.

Когти уже превращаются обратно в пальцы. Разум возвращает управление.

— Куда они тебя тащили? — спрашиваю. — Куда должны были отвезти?

Дядя отмирает. Выходит из ступора, машет рукой.

— Эй! Ты чё наделал, зелёный! — голос срывается на фальцет, но он явно пытается переиграть ситуацию, вдохновлённый тем, что ещё жив. — Это не убийцы! Это солидные люди! Из контрактного лагеря «Молодые орлы»! Ищут молодых учеников! Договор подписывают, обучают ремеслу, потом пацан десять лет отдаёт процент с жалования! Всё по закону! Ты людей уважаемых порешил!

Контрактный лагерь. По закону. Наглухо закрытый фургон, кляпы и расчёт мятыми наличными во дворе заброшенного общежития. Прикрытие для покупки рабов на фермы, где из них выкачивают жизнь по капле, пропуская через их тела белую дрянь. А родственники сами продают их, обманывая себя ложными словами.

Сразу я его не убиваю. Вместо этого смотрю на парня.

— Оставишь дядю в живых или нет? — интересуюсь у него. — Эти люди везли тебя на убой. И он знал. Может, врал сам себе. Но точно знал.

Парень переводит взгляд с меня на дядю. Смотрит на трупы. Потом на купюры в его кулаке. Молчит.

— Можешь грохнуть, — сухо и как-то очень по-взрослому роняет пацан.

Подхожу к трупу старшего. Отбрасываю полу плаща. Из наплечной кобуры достаю тяжёлый револьвер. Полный барабан. Протягиваю парню рукоятью вперёд.

Молча. Хочешь — стреляй сам. Дядя, до того, как будто окаменевший, понимает мгновенно. Лицо стремительно сереет.

— Димка! Дима, ты чего⁈ — грузно бухается на колени, роняя купюры на асфальт. — Я ж твой дядька! Родная кровь! Мамка твоя, сестра моя покойная, она б не простила! Димка, я ж для твоего блага! Там профессия, там кормят! Тётку Зину пожалей, она ж сляжет!

Слёзы, сопли, мольбы. Семейные узы, покойная мать, клятвы. Всё то, что пять минут назад не мешало продать племянника за двести пятьдесят рублей.

Парень берёт револьвер. Поднимается. Руки ходят ходуном, но он упрямо сжимает рукоять обеими ладонями. Стабилизирует.

Слушает. Думает. Шаг. Ещё один. Останавливается в метре.

Смотрит на дядю. Выстрел.

Грохот бьёт по перепонкам, отражаясь от стен. Пуля под левый глаз. Мужчина валится.

Внутри дома кто-то орёт. Тётка на асфальте дёргается.

Район тихий. Это не порт, где сейчас везде патрули. Время ещё есть и что-то подсказывает — его полно. Хотя ускориться всё равно стоит.

Забираю у парня револьвер. Сгоряча может пальнуть ещё — в женщину или в меня.

Обыскиваю троицу. Бабла находится солидно — около двух тысяч рублей. Забираю. Поднимаю двести пятьдесят, что дядя получил за «родную кровь». Сую парню.

Трофейный нож. Метка на лбу каждого из троих. Моя подпись. Полиция свяжет с «Драконами» и Марковым. Сеть следов растёт, страх должен расти вместе с ней.

На дяде — нет. Настолько мерзкий мусор не достоин фирменного знака.

Ключи из кармана старшего. Фургон. Распахиваю задние дверцы.

В лицо — густая вонь пота, мочи и концентрированного ужаса. Девять человек. Парни и девушки. Все молодые. Связаны по рукам и ногам, во рту — тряпичные кляпы. На рифлёном металле пола. Глаза по пять копеек. Мычат, пялятся на меня, дёргаются.

Разрезаю верёвки на троих ближайших. Бросаю нож.

— Остальных сами, — озвучиваю освобождённым.

Возвращаюсь к парню по имени Дима. Стоит неподвижно, смотрит на мёртвого дядю.

— Вали отсюда, — впихиваю ему обратно револьвер. — За то, что спас тебе жизнь — объяснишь тем, в фургоне, что произошло и куда их везли. Сваливайте вместе. Залягте на дно в другом районе. Деньги — на первое время, поделишь.

— Патроны у него забери, — Ткнул пальцем в труп старшего. — Пригодятся.

Разворачиваюсь. И исчезаю в темноте.

Глава XI

Ночной Цинниванский район пах совершенно иначе, чем порт. Кирпичная пыль, машинное масло и остывающий бетон.

Адреналин и ярость выветрились, оставив лёгкую усталость и неожиданно ясную голову. Которую вдруг посетило осознание.

Этот район идеально подходил на роль резервной базы. Или даже основной. От моей главной цели далековато, но плюсов хватало. Десятки заброшенных мануфактур. Людей в разы меньше, чем в порту — значит, меньше случайных глаз и доносчиков вроде покойного Чжана. Проходные дворы, тупики, руины — масса вариантов для отхода, если прижмут. Да и бюджет теперь точно есть.

Единственное — легализация. Нормальное жильё без документов не снять. Но они будут уже завтра. А здесь и без бумаг полно заброшенных зданий, в которых можно укрыться. Или устроить тайники.

Мысль о тайниках заставила поморщиться. Оружейный схрон в ангаре за трущобами — надёжно, но далеко. Если срочно понадобятся стволы оттуда или патроны, добираться долго.

Машинально отметил несколько мест по дороге. Вот подвал с решёткой — подойдёт. Там проходной двор — удобный отход.

Сирены завыли где-то позади уже после того, как я пересёк границы портового района. Отлично. У мундиров не хватает ресурсов, чтобы настолько плотно контролировать все квартиры. Могу поспорить, к порту стянули силы сразу из нескольких городских округов. Теперь будут вынуждены подумать и поломать голову, стоит ли распыляться. Или согнать сюда