"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 - Иван Басловяк

высасывали твою божественную эссенцию, превращая тебя в безвольный овощ, не способный управлять собственным телом, не говоря уже о городе. Твои земли заражены. Пространственные искажения в заброшенных рудниках и старых фортах уже превратились в полноценные плацдармы. Демоны наращивают численность в твоем глубоком тылу. Еще пара месяцев такого «взаимовыгодного договора», и твоя хваленая Эйфория стала бы перевалочной базой для легионов Бездны, а тебя бы принесли в жертву на собственном алтаре.

Кайлан обхватил голову руками, его лицо исказилось от осознания катастрофы, которую он допустил своими руками. Пелена наркотического дурмана спала, оставив лишь горькую правду и руины его величия.

— Что мне делать? — прошептал он, и в этом вопросе звучало абсолютное отчаяние сломленного правителя.

— У тебя есть ровно два пути, — я шагнул ближе, опираясь рукой о подлокотник его трона. — Выбор первый: ты немедленно поднимаешь свою элитную гвардию, объявляешь военное положение и лично возглавляешь зачистку собственных земель. Ты выжигаешь демоническое присутствие дотла, закрываешь все открытые тропы, уничтожаешь каждый проклятый артефакт и вырезаешь культистов под корень. Мы поможем тебе в этом процессе, направляя и корректируя действия твоих войск.

Я сделал паузу, позволяя ему осмыслить сказанное, а затем озвучил альтернативу.

— Выбор второй: я делаю всю эту грязную работу сам. Я вычищаю твои земли своими методами. Но в этом случае, правителя Лорда Кайлана больше не будет существовать. Эйфория получит нового, более адекватного хозяина, который не впускает врагов в свой дом ради постельных утех. Думаю, выбор очевиден. Неправда ли?

Полубог медленно поднял голову. В его потускневших глазах затеплилась искра прежней решимости, искра гордости существа божественной крови, осознавшего глубину своего падения и желающего искупить вину.

— Я сам очищу свой дом. Я подниму войска. Ни один демон не уйдет отсюда живым.

— Отличное решение, — я выпрямился, отступая от трона. — Начинаем сегодня вечером. Вызывай командиров, готовь карты рудников. У нас много работы.

Следующие несколько недель превратились в непрерывную, изматывающую кампанию по санитарной очистке огромного региона. Кайлан, движимый яростью преданного союзника и желанием восстановить свою власть, бросил в бой все доступные резервы Эйфории. Золотые гвардейцы, магические отряды, наемные полки, вся военная машина города-государства пришла в движение.

Мы передвигались от одной зараженной точки к другой. Заброшенные рудники на северном побережье, оказавшиеся глубокими демоническими ульями, штурмовались тяжелой пехотой под прикрытием магической артиллерии. Мы выжигали гнезда младших демонов-разведчиков, заливая пещеры огнем и кислотой. Старые форты в горах, превращенные в скрытые Якоря, уничтожались до основания.

Леон командовал передовыми штурмовыми группами, замораживая узкие коридоры и лишая демонов маневренности. Тень работал как идеальный ищейка, выслеживая скрытые порталы и разрывая на куски тварей, пытающихся уйти от возмездия. Я контролировал общую картину боя, вступая в схватки только тогда, когда гвардия сталкивалась с укрепленными узлами обороны или усиленными командирами противника.

С каждым разрушенным артефактом, с каждым закрытым проходом, структура вражеской экспансии становилась для меня все более ясной. Я анализировал их схемы поставок, расположение баз и методы вербовки местных жителей.

Стоя на краю очередного дымящегося карьера, заваленного трупами демонической пехоты, я смотрел на пепел, оседающий на землю, и размышлял о стратегии нашего главного противника.

Феррус Морнингстар не являлся богом в классическом понимании этого слова. Он не был рожден из веры смертных, его существование не зависело от количества построенных храмов или искренности молитв. Он не был привязан к определенному Домену, ограничивающему его возможности рамками одной концепции.

Феррус прошел свой уникальный, чудовищно сложный путь к могуществу, который пугающим образом резонировал с моим собственным опытом. Его сила не была даром небес. Он выковал ее сам, через бесконечные битвы, поглощение энергий других могущественных существ, преодоление собственных физических и ментальных пределов. Он развивался, эволюционировал, адаптировался к любым условиям, превращаясь в идеальную форму жизни, заточенную под войну.

В этом заключалось наше главное сходство, но между нами пролегала пропасть, определяющая суть наших действий.

Мой путь был продиктован необходимостью защиты. Я наращивал мощь, чтобы оградить свой мир и близких мне людей от уничтожения, чтобы иметь возможность диктовать условия тем, кто пытался нас поглотить. Моя сила служила щитом и карающим мечом, но она оставалась под жестким контролем рационального разума.

Феррус же стремился к абсолютному, безграничному господству. Его целью было подчинение всего сущего. Он научился не просто убивать противников, он научился ломать их волю, превращая сильных и независимых лордов в послушные, одурманенные инструменты. Он предлагал им власть, сомнительные удовольствия, иллюзию тотального контроля над ситуацией, а затем медленно, словно ядовитый плющ, прорастал в их структурах, коррумпируя системы управления изнутри.

Владыка демонов презирал богов и их установленные правила. Сама концепция божественной неуязвимости в пределах Доменов, невозможность просто прийти и разорвать противника голыми руками, выводила его из себя. Феррус осознал, что прямая конфронтация с объединенным пантеоном приведет к затяжной, изматывающей войне с непредсказуемым результатом.

Именно поэтому он выбрал другой путь. Он обыгрывал богов на их же поле, используя их высокомерие, лень и уверенность в собственной безопасности. Он нарушал баланс сил, выводил их из зоны комфорта, создавая кризисы на окраинах их восприятия. Я понимал, что он копил силы даже в моем далеком прошлом не просто ради захвата мелких миров. Его конечной целью были Чертоги Богов — иного варианта просто не могло быть.

Феррус планировал ворваться в святая святых Пантеона в тот момент, когда их система сдержек и противовесов даст окончательную трещину, чтобы наглядно продемонстрировать ничтожность их Кодексов и условностей перед лицом настоящей, первобытной мощи.

Пока высшие сущности сидели в своих золотых, неприступных клетках, скованные тысячелетними договорами, взаимными претензиями и страхом перед изменениями, Феррус оставался абсолютно свободным. Его не сдерживали законы мироздания, мораль или страх наказания. И именно эта вседозволенность, помноженная на гениальный тактический расчет и способность проникать в самые защищенные миры через человеческие слабости, делала его противником, превосходящим любого бога в Пантеоне.

Война только начиналась, и я осознавал, что финальная битва потребует от меня выхода за рамки всего, что я знал и умел до сих пор.

Глава 17

Информатор

Густой воздух Божественного континента обжигал легкие при каждом глубоком вдохе, наполняя кровь первобытной, тяжелой маной. Местная реальность обладала пугающей плотностью, превосходящей привычные миры в десятки раз. Ткань пространства здесь могла выдерживать присутствие высших сущностей в их истинном обличье, не разрушаясь от колоссального давления божественных аур. Такая среда формировала совершенно уникальную экосистему, закаляя местных обитателей с самого рождения.

Люди, выросшие на этих суровых, пропитанных