Газлайтер. Компиляция. Том 1-41 - Григорий Володин

Щёлк.

Лёгкое касание мысли, и кристалл тухнет, как будто выдернули штекер. А без кристалла индус сам и ни на что не годен, Воин только на словах. Зря он сунулся ко мне в одиночку, целиком положившись на кровь предков-магов в кристальной оболочке.

Арун спотыкается, кричит, несётся за угол. За ним — колонна на байках. Вскоре доносится истошный крик, будто индуса придавили, а может так и есть, и тишина. Я же специально не сканирую подворотню и не наблюдаю угасание его сознания — чтобы не быть свидетелем его смерти. Если меня спросят, скажу честно, что не знаю да и всё.

С меня взятки гладки — телепатию против Раджвирани я не использовал, хотя тот и заслужил, ну а тигр просто повторил то, что сам Арун и говорил. Кто же виноват, что он говорит в эфир такие вещи, которые очень не понравились местным мотолюбителям? Это конечно всего лишь формальности, но никто не просил индуса нарываться на меня. Что до байкеров — ребята те ещё бандюганы. Если попадут за решётку — что ж, значит, сами туда и доехали.

Я разворачиваюсь, Шерхан рядом топает, фыркает громко, отплевываясь от индийского акцента. Мы идём к машине, припаркованной у парка.

Скоро стоит ждать совместного расследования Охранки и Раджвирани.

А что же Шива-лингам? Кристалл уже у меня в кармане. Тёплый, ещё чуть пульсирует. Ломтик сработал как всегда — аккуратно, точно, в нужный момент. Когда Арун метнулся в панике за угол, он выронил его. Ну а чтобы не валялся на земле, я прихватил. Опять же это уже боевой трофей. Арун пытался им меня убить, так что никакие Раджвирани его у меня не отберут. Пусть только попробуют.

Я подкидываю лингам на ладони. Красивый. Алый, влажно-блестящий, цвета тягучей кровью. Значит, впитал целую династию? Ну, пригодится.

Что ж, едем домой. Пора готовиться к Кремлёвскому балу. Там я пообщаюсь с лягушатником Франсуа, который должен ответить за Дантеса. Может, еще и Ангел заглянет. Ему я тоже могу сказать пару ласковых.

* * *

Молодильный сад, Примолодье

Гюрза сидела на высоком табурете и наблюдала за готовкой двух девушек.

Красивая сосредоточенно вела бой за идеальную прожарку: неуверенными движениями поворачивала стейк лопаткой. Настя управлялась с другой сковородой: мясо шипело, жир трещал, аромат был таким, что воздух в кухне уже звенел от обещания победы.

Гюрза смотрела–смотрела да не выдержала. Тем более что мясо еще было много.

Леди-дроу прошла к полке, где стояли банки, коробочки, стеклянные тубусы с надписями «дым паприки», «сахарный перец», «сушёный базилик трижды вымученный». Рука легла на нужное уверенно, будто знала, что именно пора.

Приправ было достаточно. А значит, хватит просто смотреть.

Гюрза достала чистую сковородку. Щёлк — огонь, треск масла, рукав закатан — она решительно заняла третью плиту. Настя, уловив движение, обернулась. С лёгким удивлением, даже с уважением в голосе:

— Но кто же теперь будет наши стейки пробовать?

И тут — хлопок двери. На кухню заглядывает Лакомка, весёлая, с бутылкой минералки в руках, волосы чуть растрёпаны, в глазах — безмятежное довольство жизнью. Она замирает, увидев троицу у плиты.

— Что происходит?

Гюрза молчит, сыплет приправу двумя пальцами, взгляд в сковороду.

Красивая хмыкает, не отвлекаясь от мяса.

Настя отвечает, весело:

— Конкурс. Кто лучше приготовит стейк для Дани. Да только судьи у нас нет.

Лакомка фыркает, пожимает плечами:

— Так спросите у него самого. Перенеситесь через портал, на пару минут, и всё. Пусть сам выберет.

Настя бросает взгляд на остальных и кивает:

— И правда! Почему бы и не да!

* * *

Возвращаюсь домой. Пора готовиться к кремлёвскому балу. В усадьбе кипиш — готовят Камилу к балу. Только аромат духов тянется по всему коридору.

Заглядываю в комнату, откуда доносится женский смех. Брюнетка уселась у зеркала, и служанки крутятся вокруг неё, подводят глаза, делают укладку, а Светка сидит на пуфике и травит армейские анекдоты на пару с женскими сплетнями. Бывшая Соколова умеет сочетать несочетаемое. Зато Камила чуть ли не плачет от смеха и изо всех сил сдерживается, чтобы не испортить макияж.

Я — на цыпочках назад, пока не спалили. Гепара, кстати, остаётся дома вместе со Светой — её решение. Усевшись за стол, она разложила пазлы и собирает вулкан, сосредоточившись. Она поднимает глаза. Показываю девушке большой палец.

Правильно: решение ребусов и прочих интеллектуальных задач улучшает гибкость ума.

Так, у женской половины свой дедлайн, а мне переодеваться пока рано. Сначала — надо глянуть, как там парни в Легионе. А то Егор-кровник так загорелся рейдом, что мне стало интересно.

Опускаюсь в ментальное пространство, вокруг раскрывается травяная равнина. Простор под серым небом, лёгкое марево от жары окутывает выстроившихся легионеров на одной половине поля и гоблинскую орду — на другой.

Воронов сидит верхом на вороном коне. Легат принарядился: чёрный шлем, литая кираса, клинок Тьмы во вскинутой руке. Воронов проезжается вдоль строя Легиона. Парни измотаны, с пылью на лице и ссадинами, но глаза горят.

Вдали, у горизонта, гоблины шумят и орут, потрясая кривыми копьями и ятаганами. Я, когда собирал этих НПС, то ориентировался на всякие фэнтези-книги и фильмы, которых начитался в детстве.

Воронов поднимает руку, встаёт на стременах. Меня никто из легионеров не видит, я встал в зарослях.

Легат гремит, как колокол:

— Мы подошли к решающей битве! Разгромим сраных гоблинов! За род Вещих-Филиновых! За Легион!

— Вперёд! — орёт кто-то с фланга, и ему вторит ревущий хор:

— За Легион!

Легионеры бросаются вперёд и сталкиваются с ордой. Пыль поднимается клубами, земля дрожит. Легион бросается прямо на копья, чей-то сбившийся доспех пронзает насквозь, но перед последним вздохом каждый успевает ответить сторицей — накрыв десяток-другой гоблинов объёмной техникой.

Я стою на пригорке, наблюдаю с полуулыбкой.

Отрываются парни. Молодцы.

Конечно, никто из них не умрёт. Подумаешь, нанизали на копья и воткнули в землю, как шашлыки. Погрузятся в анабиоз, а я потом всех подниму.

Поглядев, как мужики упиваются битвой, возвращаюсь к себе. Весело с ними, да только мне скоро переться на скучный бал. Хотя… как скучный? Возможно, разговор с Франсуа д’Авилоном перейдёт в обмен мнениями посредством магических техник. Так что не будем загадывать.

Только я встал и пошёл к себе переодеваться, как звонит на мобильник Ольга Валерьевна.

— Да, Ваше Высочество?

— Данила