Фантастика 2026-57 - Марина и Сергей Дяченко

Некромант оторвался от пыльной стопки каких-то папок, выпрямился и задумчиво взглянул на Арта. Потом с каким-то затаенным удовольствием улыбнулся и нежно произнес:

— Знаешь, Амалика, а я без понятия. И, если честно, мне на этот факт плевать.

— Что-о?! Как…

— Вот так как-то, — перебил ее архимаг. — С сегодняшнего утра подобные вопросы задавай Ясону. А у меня, знаешь ли, других проблем полно. Вот, Артур свидетель, город необходимо восстановить.

— Но… но… — Амалика беспомощно оглянулась на Арта, но тот лишь тяжело вздохнул.

— Сопереживаю как могу, — с самой участливой миной произнес мой муж и, не дожидаясь продолжения, подтолкнул меня к выходу из кабинета.

Вот только вопреки сказанным словам я почувствовала шедшее от Арта такое искреннее удовлетворение, что сразу с подозрением посмотрела на него.

— Ну не мог я собственных убийц безнаказанными оставить, — словно извиняясь, развел руками муж. — Еле нашел их, между прочим, слишком уж хорошо спрятались. И погибли эти светлые, кстати, быстро, без особых мучений.

Убийцы? В голове тотчас вспыхнуло воспоминание о морозном ущелье, в котором лежало обожженное до неузнаваемости тело мужа, и я со злостью поджала губы.

— Не сердись, маленькая, — тотчас отреагировал Арт.

— На тебя? Даже в мыслях не было, — заверила я.

— Заботишься? — В глазах его величества вспыхнули знакомые ультрамариновые искорки.

— Разумеется, как же иначе, — подтвердила я с улыбкой.

— Мне это нравится, — мурлыкнул Арт, наклоняясь ко мне и с нежностью целуя.

— Люблю тебя, — прошептала я, отвечая его губам и обвивая руками шею мужа.

Момента, когда Арт открыл для нас темный портал до Вайленберга, я даже не заметила.

ГЛАВА 18

Ланатиэль стояла в просторной светлой спальне родового замка первого дома темных эльфов Айанор и задумчиво смотрела на свое отражение в зеркале.

По подолу пышного белоснежного платья полуэльфийки россыпью сияли звезды драгоценных камней. Расшитый нежнейшим мерцающим кружевом корсет выгодно подчеркивал грудь и тонкую линию талии, оставляя плечи и руки открытыми. Это делало миниатюрную девушку еще более хрупкой. Сложная прическа, макияж и полная королевская парюра из бриллиантов и изумрудов завершали сложный, но удивительно красивый образ невесты.

Давно Ланатиэль не видела себя такой. В последние годы девушка предпочитала более неброские вещи. Да и куда ей было так одеваться?

Впрочем, надо признаться, за эти годы принцесса порядком отвыкла не только от собственного царственного облика, но и от процесса его создания. Да, вспоминать те несколько часов, которые хлопотали над ней несколько присланных матерью темных эльфиек, никакого желания не было. От одной мысли о том, как ради прически женщины терзали расческами ее кудри, у Ланатиэль по коже пробегали неприятные мурашки. А как эти садистки затягивали корсет! Возможно, именно из-за них полуэльфийка теперь дышала через раз.

Правда, для столь прерывистого дыхания были и куда более весомые причины. Ланатиэль просто-напросто переживала. И до сих пор не могла окончательно поверить, что то, о чем она мечтала долгие годы, вот-вот сбудется. Ведь восемь лет назад ее, казалось, лишили всякой надежды!

В тот вечер восьмилетней давности, когда отец вызвал Ланатиэль для «сверхважного разговора», полуэльфийка появилась на пороге его кабинета с неохотой. После снятия блока она вообще предпочитала не встречаться с родственниками и ушла в глухую оборону, не желая обсуждать свое будущее и настоящее. Ульриху, понятное дело, произошедшие в сознании дочери изменения не нравились. И причиной таких перемен стала не только предоставленная принцессе самостоятельность в отсутствие старших, но и один небезызвестный темный эльф.

Ланатиэль была об этом прекрасно осведомлена, как и о том, что венценосный родитель мечтает убрать Алеорна из ее жизни. В общем, будь ее воля, полуэльфийка попыталась бы этой беседы избежать, однако на этот раз требование о встрече Ульрих передал в категоричной форме, не приемлющей отказа. Поэтому, хотя Ланатиэль и догадывалась о содержании предстоящего разговора, выбора у нее не было.

Войдя в кабинет отца, Ланатиэль присела в легком реверансе, склонив голову ровно настолько, чтобы показать уважение.

— Рад, что ты пришла, дочь моя. — Низкий бархатный голос его величества даже при разговоре с родной кровью не избавился от холодных и властных ноток.

— Весьма польщена, — безэмоционально ответила Ланатиэль и по кивку короля опустилась в кресло для посетителей.

Кабинет Ульриха Светлоликого был просторен и одновременно не лишен удобства. Мягкие кресла, обтянутые дорогой парчой, всем своим видом не допускали и мысли о том, что властитель недостаточно гостеприимен. Изящные гравюры на стенах и несколько старинных ваз создавали толику необходимого для таких помещений по протоколу уюта. А широкий стол с аккуратно разложенными пишущими принадлежностями и стопками документов и множество заполненных разнообразными справочниками книжных полок настраивали на деловой лад.

Что ж, предстоящий разговор и впрямь стоило провести по-деловому и желательно побыстрее закончить. Поэтому Ланатиэль вопреки этикету первая задала вопрос:

— Отец, вы желали меня видеть? Хотелось бы узнать, с какой целью?

Король хмыкнул, поудобнее устроился в своем кресле и, сложив руки в замок, произнес:

— Лана, я знаю, что в последнее время тебе приходится нелегко.

Девушка иронично приподняла бровь, но перебивать родителя не позволило воспитание.

— И я понимаю причины, — заметив это, подтвердил Ульрих. — Однако твой отказ выйти замуж за принца Карминии все же считаю необдуманным и импульсивным поступком.

Сдержаться на этот раз оказалось сложнее, однако Ланатиэль вновь промолчала. Разве что глаза девушки стали более яркими, готовясь вспыхнуть гневным изумрудом.

— Не стоит раздражаться, — легко уловив настроение дочери, заметил его величество. — Выслушай сначала. Алеорн ведь не пара тебе, и ты сама это знаешь. Ты — полукровка, хоть и высокого статуса. К тому же дом твоей матери не относится к числу великих. Думаешь, старший сын первого дома согласится на такой брак? Нет. Ему нужны чистокровные потомки, которые будут способны и дальше удерживать первенство рода Айанор. Ты этого ему дать, Лана, физически неспособна, увы. Дети от полукровок с большой вероятностью рождаются куда слабее своих чистокровных собратьев, даже при наличии всех признаков темных эльфов. А у Алеорна уже есть один признанный сын от любовницы. Что помешает ему обзавестись еще парочкой? Думаю, препятствий этому нет. Разумеется, в таком случае он не станет связывать себя узами брака. Как дальновидный мужчина, Алеорн просто будет оттягивать этот момент вновь и вновь, придумывая какие-то отговорки и приводя убедительные аргументы. А в результате ты так и останешься на вторых ролях, как приятная сердцу игрушка. Неужели ты, моя гордая, сильная дочь, готова к такому унижению? — Ульрих серьезно смотрел в полыхающие глаза дочери, видя, как гнев пробивается сквозь неумелую