"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

за наследника престола. Когда тот погиб и стало понятно, что Э́йдэрд близок к трону, началась долгая игра: поссорь принцессу с герцогом, добавь масло в огонь, а затем устрани её. И та душевная беседа после гибели короля сводилась к этому же. И, когда Ка́лфус предложил выдать свою сестру замуж за Амери́са, И́ннис, который планировал видеть на троне Элэйсдэ́йра собственную дочь, вспомнил про Лео́лию, спрятанную в монастыре. Серебряный герцог купился на выгодное предложение Ка́лфуса, но Амери́с нужен был им самим.

О, это была очень искусная игра! Куда там простая и явная злоба Алэ́йды! Впрочем, Ильси́ния ради собственных целей использовала и золотую подругу, провоцируя в ней ревность, подталкивая к решительным шагам, а на фоне высокомерной и злой фрейлины укрепляя свою роль верного друга принцессы, единственной, кто отнёсся к изгою с теплом.

– Королевство стоит на семи щитах, – начала Лео́лия, поняв, что затянула молчание. – Так было и так будет. Это неизменно. Однако Золотой и Серебряный щиты предали корону. А потому щит да будет взят от рода их вовек.

Три герцога склонили головы.

– Да будет так, – скорбно произнёс Диармэ́д.

– Да будет так, – кивнул Нэ́йос, по-прежнему улыбаясь и жмурясь.

– Да будет так.

От громового раската голоса Сеума́са зазвенели хрустальные бокалы.

– Да будет так, – заключила Лео́лия. – Говорю эти слова как супруга и доверенное лицо хранителя Медвежьего щита.

Рыжий Ю́дард, стоявший с обнажённой саблей при входе в зал, благоговейно наклонил голову. Хранители покосились на него с недоумением.

Лео́лия помолчала.

– Щиты были верны своим королям и королевам, – продолжила она, выдержав паузу, – а потому я, королева Элэйсдэ́йра, передаю Золотой щит тому, кто был мне верен. Тому, кто выступил против всадников и ценой своей жизни пытался предотвратить гибель своей королевы. Ю́дард, оруженосец мужа моего, защитник Запретного острова и правая рука моя во время обороны, возьмёшь ли Золотой щит, чтобы закрыть им Элэйсдэ́йр от врага и мятежника?

Герцоги переглянулись. Со времени падения Запретного острова и гибели королевского дворца прошла неделя, и, конечно, все уже знали как оруженосец пытался спасти свою королеву, жертвуя своей жизнью. Он умер бы, если бы не сила медвежьих камней.

Ю́дард пожал плечами:

– Можно. Только вот что… Я ж не медве́дец, чтоб вы понимали. Я ж из этих, кровавых.

Полуприкрытые глаза Нэ́йоса распахнулись. Казалось, ещё немного и Шёлковый щит зашипит, выпуская когти. Лицо Диармэ́да окаменело, а Горный щит схватился за саблю. Ю́дард, конечно, не понял всех этих выражений и простодушно продолжал:

– Когда мне было восемь лет, отец взял меня в поход на Медвежий щит, чтобы показать, как правильно убивать медведей. Мы взяли Берлогу…

– И убили герцога и его семью, не так ли? – процедил Нэ́йос, сверкая глазами. – А если точнее, отрезали им головы и посадили на пики?

Ю́дард простодушно кивнул:

– Ага. А вы уже знаете всё это? Когда мы возвращались, на нас напал отряд лорда Эйдэ́рда. Он тогда ещё не был герцогом. Медведцы уничтожили всех всадников. Это было очень необычное сражение, ведь их было раз в десять меньше. Но меня господин Эйд запретил трогать и забрал себе. Так я это к тому, чтобы вы знали, что я не элэйсдэ́йрец и не медве́дец по крови-то.

«Э́йдэрд пощадил ребёнка, – подумала Лео́лия. Она была шокирована рассказом. – Эйду было восемнадцать лет, у него только что убили всех родных и… Но он пощадил ребёнка!»

– Ваше Величество, – Диармэ́д прервал затянувшееся молчание. – Уверены ли вы, что сын кровавых всадников Ю́дард не опустит щит перед…

– Уверена, – ответила королева и голос её не дрогнул. – Ю́дард поднял руку на принца Ка́лфуса, понимая, что будет убит. Именно он научил меня как правильно брать кровавую клятву, которую ни один всадник не смеет нарушить. В моём королевстве мало людей, которым я могу доверять так же, как оруженосцу моего мужа.

Нэ́йос вновь прикрыл веки. Добродушная ленивая улыбка вернулась на его румяное лицо. Сеума́с хмыкнул.

– Мне плевать, где у тебя родичи, парень, – пророкотал Горный щит, – но если ты – человек Эйда, то ты человек. И если моя королева поручилась за тебя, то вот тебе моя рука.

Ю́дард с недоумением глянул на протянутую ему руку, и прежде чем рыжий успел спросить что-то вроде: «зачем мне она?» или «и что мне с ней делать?», Лео́лия тихо шепнула ему:

– Пожми её. Это просто знак.

Ю́дард аккуратно пожал.

– Ю́дард, сын… Ю́дард, оруженосец Э́йдэрда, – провозгласил Сеума́с, – достоин стать Золотым щитом.

Остальные повторили ритуальную фразу. Лео́лия протянула оруженосцу небольшой медальон из медвежьего камня. С его помощью открывались порталы, через него можно было связываться с королевой и другими хранителями.

– Могут возникнуть проблемы с народом, – мурлыкнул Нэ́йос. – Конечно, святой Фрэнго́н отдал щит простому купцу, но… Те благородные времена давно прошли… Герцог-простолюдин. Безродный…

Лео́лия кивнула.

– Ю́дард, хранитель Золотого щита королевства, готов ли ты посвататься к Алэ́йде, моей фрейлине и дочери герцога Беннеи́та?

Новоиспечённый Золотой герцог пожал узкими плечами:

– Можно и посвататься.

Диармэ́д удовлетворённо кивнул. Жизнь входила в своё русло.

– А кто же будет хранителем Серебряного щита? – поинтересовался Нэ́йос, рассматривая собственные ногти.

– И́нрэг, капитан дворцовой стражи, достоин держать этот щит, – просто ответила Лео́лия.

Рыжий капитан склонился в почтительном изумлении. Только сейчас все поняли, зачем он на совете.

На этот раз никто не стал возражать или задавать вопросов. Капитан, старый служака, был известен своей преданностью Элэйсдэ́йру и трону. В остальном ритуал назначения Золотого щита прошёл так же, как и Серебряного: герцоги прокричали «достоин», королева вручила амулет.

– Берегите свой щит так же, – шепнула она, – как берегли Шуг.

– Есть ещё вопрос, – мурлыкнул Нэ́йос. – Князь Тинатинский изволит гневаться. Ему нужна невеста.

Лео́лия улыбнулась:

– И́нрэг, хранитель Серебряного щита королевства, у тебя, кажется, есть дочка? Как её зовут?

***

Вот уже неделю Э́йдэрд находился в Медвежьем щите, и Лео́лия отчаянно скучала по нему.

После уничтожения королевского дворца, Лео переселилась в Берлогу – особняк Э́йдэрда. Здесь всё напоминало о нём. Парадная гостиная, когда-то казавшаяся ей суровой: стены, затянутые бархатом цвета винного уксуса, мебель из полированного тёмного дерева, обитая шёлком такого же цвета, как и стены. Мраморный камин. Окна – стрельчатые, узкие, без гардин или какого-то намёка на шторы. Сюда принцесса приходила договориться,