Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Апани ехала обратно в Верону, так ничего и не узнав. Путь на шахту и обратно отнял много времени, и надо было уже забирать Леду из садика.

Она побрела от автовокзала пешком, слишком глубоко погрузившись в свои мысли и надеясь, что ее посетит какая-нибудь спасительная идея. На улицах было ещё пусто: люди не вернулись пока со своих рабочих мест.

Апани шла по городу, опустив голову. Внезапно, боковым зрением, она заметила какое-то движение между зданием школы и библиотекой. Апани не успела понять, кого она увидела, но мозг автоматически дорисовал большую бродячую собаку. Через несколько секунд с той стороны улицы послышались душераздирающие крики. У Апани все внутри похолодело, но она, сама не понимая, что творит, побежала на вопли. Это было глупой идеей, но рационально мыслить уже не получалось.

Когда Апани прибежала, то и сама вскрикнула от ужаса: на земле в луже крови лежало трое человек – двое мужчин и одна женщина, все разодранные до кровавого месива. Апани начала громко рыдать, закрывая лицо руками. Она никогда прежде не видела такого. Как и смерть в принципе. А тут – трое, и все в крови. Уже мертвы. Уже не дергаются. Апани вырвало прямо на землю, и она спешно утерла рот рукавом. Затем ей показалось, что она вляпалась в лужу липкой крови и стоит в ней по колено. Она обернулась по сторонам, но не заметила то существо, которое поначалу приняла за бродячую собаку. От страха она уже толком и не понимала, что на самом деле тогда видела, и образы в ее голове перемешивались один с другим.

Не помня себя от ужаса, Апани на подкашивающихся ногах сбежала оттуда, пулей забежала в детский сад, схватила Леду на руки и стремглав бросилась домой, где первым делом заперла калитку, двери и ставни окон.

Леда ошарашенно смотрела на тетю-воспитательницу. Апани даже не подумала, что она пугает ребёнка своим поведением, но, оказавшись дома, в безопасность, начала рыдать в голос и стучать кулаками по стенам и кухонным шкафам. Увиденное было слишком жутким. Только дома до нее дошло, что надо было хоть что-то сделать! Надо было вызвать полицию, врачей! Хотя – зачем врачей? Только полицию. Но и их она не вызвала.

И вот Апани теперь дома, одна – мелкая не в счёт. Темнеет. А где-то по улицам Вероны бродит существо, которое она видела в арке. Собака или не собака.

«Но даже если это и бешеная собака, могла ли она разом убить троих?»

Ответа на этот вопрос не было. В Вероне были бродячие собаки, но управа от них регулярно избавлялась. Можно было бы предположить, что одну псину они все же пропустили, и та оказалась особо агрессивной. Да, это могло бы случиться.

«Да, – сказала Апани себе, подумав еще немного, – никто, кроме собаки, это не мог быть»

Надо было бы успокоиться, но только сразу после этой мысли Апани подумала, что с Найдом могло вообще-то случиться то же самое. И страх охватил её теперь уже окончательно. Она просто не знала, как будет жить, если Найд тотчас же не появится перед ней, живой и невредимый. Но Найд не появлялся. И не мог бы появиться никаким чудом.

***

Рамис выслушал Апани, прибежавшую к нему почти с самого утра. Она пыталась спокойно обрисовать ситуацию, но не смогла сдержать слез, и Рамису приходилось несколько раз приносить ей чай, заваренный с какой-то травой, по заверениям торговца с рынка, успокаивающей. Рамис как купил пакетик для родителей год назад, так он у него и лежал. Видимо, его родителям не настолько требовалось успокоение. На Апани же чай не имел ровным счётом никакого воздействия. Да и разве может какая-то трава, дай боже, чтоб ещё не собранная прямо у забора, помочь женщине, у которой пропал муж? Когда он отсутствует уже четвёртый день.

Рамис хотел было скрыть от Апани то, чем ему пришлось заниматься вчера большую часть дня, но не смог. Он хотел уберечь её, предупредить, и потому рассказал правду. И слухи про Фарела Рамис тоже выложил. Всё как есть.

Апани взяла к Рамису и Леду, потому что та уж очень просила не отправлять её в садик и не оставлять её там одну. На время разговора Леду отправили на кухню – пить чай с родителями Рамиса. Рамис сгреб с полки свои деревянные фигурки и отдал девочке – пущай играется.

И вот теперь Леда пришла с кухни, сжимая в кулачке деревянную жабу, ещё не покрашенную и забралась на колени к Апани. Рамис смотрел на них, смотрел, и до него доходило, что нужно принимать решение прямо сейчас. Найд черт знает где. Да. Нет тела – нельзя и утверждать, что мертв. Но нельзя и точно сказать, что жив!

Вот прямо сейчас перед ним сидит женщина, судьба которой ему явно не безразлична. И женщина эта осталась одна – без мужа, без поддержки. Она кое-как пытается найти его, а еще пытается нести ответственность за жизнь маленькой девочки, чья мама уже точно не вернется. В городе творится полная жесть: за два дня три убийства, и пять точно подтвержденных жертв. Одинаково убитых. Насильственная смерть. И он, как мужчина обязан что-то предпринять.

Рамис вздохнул. Он себе не простит, если с Апани что-то случится. Если они сейчас с Ледой пойдут домой, и по дороге на них нападут. Или хуже – если он уедет с концами и бросит их тут! И не то что не сможет помочь, он даже не будет знать, что с ними происходит. Черт возьми, да он больше никогда Апани не увидит!

Рамису на мгновение стало жутко страшно. Все остальное почему-то казалось не столь уж важным. Все остальное не так уж страшно, если он сможет помочь Апани. И у Рамиса в голове вырисовывалось только одно адекватное решение, которое подкрепляли события последних дней.

– Апани, – осторожно начал он, – у меня есть возможность увезти тебя отсюда, подальше от этой чертовщины. И Леду взять, разумеется. Ты поедешь?

***

Этим утром новых заключенных распределили на работу. Найд попал на мебельный завод, так как дел там всегда было валом, а рук не хватало. Густав, узнав, куда Найда распределили, сам вызвался туда же.

- Вместе веселее, - ответил он на возмущенный взгляд Найда. Тот все еще не мог