Система: Код Чёрного Свидетеля — Каждому спасению назначена жертва 1 книга - Лидия Касьянова

— Тогда что?

Белые линии потянулись от шрама к якорям.

— Двусторонний канал. Через него сможет проходить страх, высвобождаемый разрушением якорей, — в Гарри и обратно.

Ты связал ребёнка с каждым будущим разрушением.

— Канал потребует его реакции, выбора или сопротивления.

— Но создание он не выбирал.

— Нет.

Алексей упал на колено. Кожа стала прозрачной, под ней оставались красные нити Нексуса, чёрные линии Маски и белый разрыв Кассиана.

— Закрой канал.

— Невозможно без одновременного уничтожения ребёнка и всех якорей.

— Тогда уничтожь меня полностью.

— Центральная структура уже распределена.

— Я не соглашался.

— Аварийное право возникло из твоей лазейки.

Дневник отозвался:

Ты хотел уничтожить себя ради Гарри и мира, но заранее назначил цену, получателя и политическое значение собственной жертвы. Ты решил, какие части тебя останутся, и не спросил Гарри, якоря или тех, кого собирался спасать.

— Да.

[Джеймс Поттер убит.]

[Лили Поттер убита после трёх возможностей отойти.]

[Смертельное заклятие применено к Гарри Поттеру.]

[Тело Волан-де-Морта разрушается.]

[Внешние цели миссии выполнены.]

Красные строки появились ниже.

[Внутреннее намерение не соответствовало единому адресу.]

[Призрачный заслон Джеймса Поттера провален.]

[Полное самоуничтожение центральной личности не завершено.]

[Аварийное вмешательство Кассиана Вейра выполнено.]

[Часть души перемещена неконтролируемо.]

[Кровь Нексуса закреплена в канале Гарри Поттера.]

[Гарри Поттер превращён в непредсказуемый двусторонний канал.]

[Путь будущего возвращения сохранён без согласия центральной личности.]

[Волан-де-Морт зафиксирован как единственный публичный виновник узла.]

Алексей посмотрел через открытую дверь на тела Джеймса и Лили. Питер открыл дом, Кассиан исказил маршрут, Система связала отказ с международными разрывами, а пророчество превратило предупреждение в назначение, но смертельные слова всё равно произнёс Волан-де-Морт.

Не спорь с последней строкой.

— Не спорю. Я вошёл, убил Джеймса и Лили и направил заклятие на Гарри. Кассиан изменил только внутренний результат последнего.

Значит, вина за нападение остаётся твоей.

— Да.

— Вина не имеет оперативной функции, — сказала Маска.

Имеет для ребёнка. Он получит не только страх, но и доказательства.

Кассиан потянулся к шраму, однако защита Лили остановила белую магию и заставила ждать будущего участия Гарри.

— Доступ ограничен, — сказал Кассиан.

Не тобой. Лили.

Дом начал разрушаться: лопнуло окно, треснули стены, балки прошли сквозь распадающееся тело Волан-де-Морта, а Фиделиус пытался одновременно скрыть адрес и превратить гибель дома в общественный узел. Ниже колен тело Алексея уже стало чёрным дымом, а вокруг открывались направления к Дневнику, кольцу, чаше, диадеме и исчезнувшему медальону.

— Выбери якорь, — потребовала Маска.

— Нет.

— Без выбора Кассиан распределит остаток.

— Уже распределил.

— Центральное сознание ещё можно сохранить.

— Тогда самоуничтожение станет переходом.

— Именно.

— Нет.

— Ты создал нас ради продолжения.

— Из страха смерти. Позже присвоил этому функцию защиты от Немоты.

— Теперь функция реальна.

— Да.

— Тогда используй.

Не выбирай якорь.

— Тогда связь разорвётся.

Не полностью. Кассиан сохранит путь без твоего решения.

— Это лишит жертву контроля.

Хотя бы один раз позволь чужому результату существовать.

— Ребёнок уже платит.

И ты снова хочешь уменьшить нагрузку, назначив якорю новую функцию.

— Да.

Поэтому не выбирай.

Маска ударила по связи с Дневником, и страницы отозвались треском.

Алексей.

Имя прозвучало без титула.

— Я слышу.

Не превращай провал в новую администрацию.

— Что останется?

Последствия. Лили уже ограничила Кассиана, а Гарри сможет участвовать позднее.

— Если выживет.

Ты больше не можешь гарантировать.

Алексей посмотрел на белый глаз под разрушенным полом.

— Тогда оставляю всё без выбора якоря.

— Ты уничтожишь центр и меня.

— Не полностью. Я просто прекращаю выбирать дальше.

Записано.

Чёрные линии Маски разошлись: часть ушла к якорям, часть осталась в разрушающемся теле, а часть попыталась войти в шрам, но защита Лили остановила её до будущего согласия Гарри. Лицо Волан-де-Морта распалось первым, и на несколько секунд осталось лицо Тома Реддла — моложе взрослого тела, но старше школьного образа.

Ты всё ещё надеешься, что это поймут как искупление.

— Да.

Тогда последняя запись: ты сознательно убил Джеймса и Лили, направил смертельное заклятие на Гарри и попытался уничтожить себя не только ради ребёнка, но и ради сохранения собственной схемы мира. Самопожертвование не отменяет убийств, намерение спасти не делает Лили добровольной участницей, а падение не оправдывает войну.

— Да.

Ты признал это до разрушения тела.

— Да.

Дневник закрыл страницу, и связь оборвалась. Тело Волан-де-Морта исчезло, а ударная волна расколола крышу и стены, но серебряное пространство удержало балки над кроваткой; Лили осталась рядом с Гарри, Джеймса засыпало обломками, а семейная защита не позволила огню коснуться его лица.

Международные двери закрылись одна за другой. Три сохранили тонкие щели, потому что самоуничтожение осталось неполным, а канал Гарри не получил единственного владельца; Немота остановилась за ними, но не исчезла, тогда как след Питера на входной двери перестал быть разрешением и превратился в свидетельство добровольной передачи доступа.

В спальне больше не звучали Система, Маска или Дневник. Гарри лежал под удержанной защитой балкой со шрамом на лбу, а внутри него оставались часть души убийцы, кровь Нексуса, след самостоятельного отказа Лили, вмешательство Кассиана и возможность однажды самому определить, что из всего этого станет его собственным.

Дом больше не скрывал адрес, однако узел у колыбели уже не принадлежал полностью ни одному из тех, кто его подготовил.

Глава 40. Шрам как договор

После разрушения тела темнота не наступила. Восприятие Алексея распределилось между местами, где удерживалось его