Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

отряхивая пыль с одежды и недовольно морщась. Стратег огляделся, быстро оценил ситуацию — замершие враги, готовые к мести братья, я в роли стороннего наблюдателя. Кивнул с пониманием и тоже отошёл в сторону.

Лок подошёл к парню с тёмными волосами. Склонил голову чуть набок и подмигнул ему. Жест почти дружеский, если не знать предыстории. На его руках загорелся огонь.

Бывший блондин медленно, почти нежно положил пылающие ладони на лицо наследника. Огонь лизнул кожу, и воздух наполнился запахом горелого мяса.

Того затрясло, как в лихорадке. Всё тело заходило мелкой дрожью, мышцы сводило судорогой. Кричать он не мог — эфир сжимал горло железной хваткой. Упасть тоже не получалось. Серебристые нити удерживали тело в вертикальном положении, как у марионетки на проволоке.

Зато он обмочился. Не только он — девка тоже потеряла контроль над мочевым пузырём.

Забавно, как быстро высокомерие и надменность превращаются в животный страх. Минуту назад эти ребята чувствовали себя хозяевами жизни, а теперь мочатся от ужаса.

— Это я, Локариус, тварь! — произнёс Лок голосом, который я раньше у него не слышал.

Голос изменился полностью. Стал ниже, жёстче, с металлическими нотками.

— Помнишь, как гнал меня и Торса по улицам родного города? Как вы потешались, убивая наших людей на наших же глазах? Как мочились на их трупы? Играли их отрубленными головами в мяч на площади?

С каждым словом огонь становился жарче, ярче, голоднее. От лица пацана уже мало что осталось человеческого. Плоть плавилась под воздействием магического пламени, обнажая белые кости черепа. Кожа пузырилась и отслаивалась, волосы вспыхивали и сгорали в мгновение ока.

Запах горелого мяса заполнил всю комнату.

Кристи встала рядом со мной и взялась за руку. Её пальцы дрожали. Девушка не заметила, что её импровизированный «подгузник» из тряпок окончательно сполз. Теперь она демонстрировала всем присутствующим те прелести, которыми наградила её природа.

Тряслось её так сильно, что зубы стучали друг о друга. Закусывала нижнюю губу до крови и дышала часто, поверхностно, словно после интенсивной физической нагрузки. Глаза горели нездоровым блеском.

Поднял бровь, внимательно изучая её реакцию. Эта дура возбудилась. Реально возбудилась от вида пыток и крови. От чужой боли и страданий.

Мне стало скучно. Психи всех мастей и оттенков давно перестали меня удивлять. Повидал их достаточно за свою жизнь.

— Подожди! — внезапно прервал экзекуцию Ульрих.

Стратег шагнул вперёд, подняв руку в останавливающем жесте. На его лице не было ни жалости к жертве, ни отвращения к происходящему. Только холодная практичность опытного воина.

— Может, у них что-то есть с собой? Ценные артефакты, информация, деньги? А ты сейчас всё это уничтожишь вместе с ними.

Лок нехотя отвёл пламя от лица жертвы. Огонь погас, оставив после себя обугленное месиво из плоти и костей. То, что раньше было лицом аристократа, теперь больше походило на кусок пережаренного мяса.

Стратег подошёл к тому, кто уже слабо походил на человека. Методично, не брезгуя прикасаться к горячему и липкому мясу, обшарил все карманы. Достал несколько предметов. Металлические амулеты с выгравированными рунами, кольца с драгоценными камнями, свитки в кожаных футлярах, кошелёк с монетами.

Зачем-то дал умирающему пинка в рёбра — видимо, для души или из профессиональной привычки.

— Готово, — кивнул Ульрих, отступая и вытирая руки о свою одежду. — Можешь продолжать.

Лок снова зажёг огонь и ещё немного поиграл с полумёртвой жертвой. Парнишка умер довольно быстро. Один наследник Биар меньше. Остался ещё один парень и девушка.

Торс… Громила между тем просто стоял и смотрел на другого брата-наследника Биар. Парня со светлыми волосами и испуганными голубыми глазами. Молча изучал его лицо, словно пытался что-то вспомнить из далёкого прошлого.

В его взгляде не было ни ярости, ни жажды мести, которые пылали в глазах Лока. Только какая-то грустная задумчивость и недоумение.

— Зачем? — спросил он наконец.

Простой вопрос из одного слова. Без злости, без ненависти, без угрозы. Просто искреннее человеческое непонимание того, как можно было дойти до такого.

— Что ты с ними разговариваешь? — тут же возмутился Лок, поворачиваясь к брату с недоумением. — Они твари! Они убили нашу семью, наших друзей! Они заслуживают только смерти!

— Зачем? — повторил Торс, полностью игнорируя эмоциональную вспышку брата.

Я чуть ослабил давление эфира на горло светловолосого парня, позволив ему говорить. Мне тоже было интересно послушать, что он скажет. Как попытается оправдать убийство целой семьи, включая детей и стариков.

— Что ты хочешь услышать? — произнёс тот хрипло, массируя освобождённое горло.

Голос звучал устало, но не сломлено. Словно он уже давно ждал этого разговора, мысленно готовился к нему и знал, чем всё закончится.

— Ваш отец проиграл в политической игре. Вы — его продолжение, его наследие. По законам нашего мира, вы должны были исчезнуть вместе с ним.

Логика железная и понятная. Убивай конкурентов, забирай их ресурсы, устраняй потенциальные угрозы, укрепляй собственную власть. Стандартная политика для мира, где физическая и магическая сила решает всё.

— Понимаю, — медленно кивнул громила. — А зачем убивали наших слуг? Наших друзей? Наших союзников? Они не были наследниками, не претендовали на власть. Ты… мы же дружили когда-то. Вместе учились, играли, росли.

В голосе Торса прозвучала настоящая боль.

— Дружили?.. — хмыкнул наследник Биар, и в его голосе прозвучала искренняя, почти добродушная насмешка. — Милый Торс, это было до того момента, как ваш отец проиграл, а наш выиграл. Дружба в мире аристократов — это всего лишь временный договор о ненападении.

Честный ответ. Жестокий, циничный, но предельно честный. Дружба среди высших слоёв общества длится ровно до тех пор, пока она взаимовыгодна. Как только баланс сил меняется, вчерашние друзья превращаются в смертельных врагов.

— Теперь вы умираете, — констатировал Торс без всякой эмоциональной окраски, — а потом умрёт и Он. Оно того стоило? Все эти убийства, вся эта кровь, все эти годы страха и ненависти?

Ответа не последовало. Парень просто смотрел на Торса молча, и в его голубых глазах медленно проступало что-то вроде запоздалого сожаления. Не о содеянном — о том, что всё должно закончиться именно таким образом.

Торс подождал ещё несколько секунд, потом медленно кивнул сам себе. Громила подошёл ближе к светловолосому парню. Никакой злости на лице, никакой ярости или жажды мести. Только спокойная решимость человека, который делает то, что считает необходимым.

Один быстрый взмах руки — точный, отработанный, профессиональный. И Торс уже сжимал ещё тёплое, бьющееся сердце в своём кулаке, пока бывший наследник Биар медленно оседал на пол, вылупив остекленевшие глаза на собственный жизненно важный орган.

Эффективно и без лишних страданий. Громила несколько секунд разглядывал сердце в