Край Времени - Майкл Муркок

Дафниш круто повернулась к Мисс Минг и гневно воскликнула:

– И вы посчитали, что в этом предназначение моего сына?

– О, вы… вы… – Мисс Минг всхлипнула, ее глаза выражали тупое недоумение.

– Я мог бы вернуть вашему сыну его прежний облик, – подал голос Лорд Джеггед.

Дафниш тоскливо покачала головой.

– Слишком поздно. Что осталось от моего сына?

– Но я вижу, вы очень переживаете, – заметил Лорд Джеггед. В его голосе послышалось несвойственное ему волнение. – Эта женщина не из наших. В ее творениях ни вдохновения, ни ума.

– Вы больше не станете говорить, что на Краю Времени не существует зла?

– Если низкопробная имитация искусства суть зло, я, пожалуй, соглашусь с вами.

Дафниш слегка пожала плечами – на большее у нее не было сил.

– Я потеряла цель в жизни, а без нее жизнь бессмысленна и жалка, – Дафниш вздохнула и обратилась к сыну:

– Раз уж ты повзрослел, стал мужчиной, тебе впору принимать мужские решения. Не отрекайся от Арматьюса, вспомни наши максимы, повинуйся своему долгу. – Она воздела руки в мольбе, ее голос дрогнул. – Возвращайся со мной в Арматьюс Там ты сможешь приносить пользу…

– Всяким дуракам? Нет уж, уволь. Не принимай меня за болвана. Да ты посмотри вокруг. Вот к чему надо стремиться, – Снафлз развел руки в стороны, словно хотел объять мир. – Мое предназначение – упиваться жизнью, а не гнуть спину в угоду другим.

– О, Снафлз!.. – голова Дафниш упала на грудь, ее тело тряслось от рыданий.

– Мама, это имя мне ненавистно. Снафлза больше не существует. Теперь я – Маркграф Вулвергемптон, который намерен поразить мир своим величием и умом. Имя я выбрал сам, Мисс Минг мне лишь чуть-чуть подсказала. Блистательное имя! Отныне у меня один долг: вкушать радости жизни и развлекать окружающих – высокие цели. Я уже выбрал себе девиз: «Экстравагантность во всем». Мои творения потрясут мир. Ты еще будешь гордиться мной, мама.

Дафниш покачала головой.

– У меня больше нет гордости.

Внезапно все часы в зале громко забили. Лорд Джеггед подошел к Дафниш и тихо сказал:

– В структуре времени появился разрыв. Если вы не изменили решения, вам следует отправляться: разрыв скоро затянет.

Услышав долгожданную весть, Дафниш только вздохнула:

– Я отправлюсь одна. Что толку брать с собой сына? Я посвятила ему всю жизнь, старалась достойным образом подготовить его ко вступлению в статус взрослого, надеялась, что он переймет мои знания, мой жизненный опыт, станет моим преемником. Увы, мои надежды не оправдались.

Снафлз равнодушно пожал плечами, зато Мисс Минг снова затараторила:

– Ты не уедешь! Я сделала все, чтобы сделать тебя счастливой. Ты обретешь блаженство в дружбе со мной. Меж нами больше не существует препятствия.

Дафниш истерически рассмеялась. Мисс Минг отпрянула, закусила палец и застыла в оцепенении.

– Вы убили моего сына, Мисс Минг, – глухо сказала Дафниш, – безжалостно обломали веточку дерева по имени Арматьюс, корни которого раскинулись по всему миру. Мой долг уберечь эти корни, они дадут жизнь новым ветвям. Я возвращаюсь домой, чтобы предостеречь мой народ от новых путешествий на Край Времени. Проникновение в будущее опасно, оно таит угрозу существованию Арматьюса. Вы говорите, что… что мой мальчик обойдется без моей помощи. Я оставляю вам Снафлза, а сама возвращаюсь.

Снафлз не слушал. Он нашел себе увлекательное занятие: удерживал на кончике пальца вертикально поставленный карандаш. Дафниш шагнула к нему.

– Снафлз…

– Я больше не Снафлз.

– Ну, что ж, тогда я говорю тебе: прощай, незнакомец, – Дафниш гордо подняла голову, она снова была дочерью Арматьюса.

– Ты погибнешь! – заголосила Мисс Минг. – В лучшем случае вернешься сюда. Зачем рисковать?

– Я предупрежу Арматьюс о смертельной опасности, – Дафниш повернулась к Лорду Джеггеду, – У меня есть шансы на возвращение?

– Весьма незначительные, да и то они появились благодаря некоторому ослаблению законов времени. Мне стало известно о пересечении нашего временного пласта с другими пластами. Используя это редкостное явление, вы, возможно, сможете возвратиться в свою эпоху, но лишь ненадолго.

– Тогда я отправляюсь немедля.

– Как я уже говорил, я не вмешиваюсь в чужие решения, но считаю долгом предупредить: Мисс Минг права, вполне вероятно, что вы погибнете.

– Я должна попытаться. Надеюсь, Сладкому Мускатному Оку неизвестно об аномалии, и он не помешает мне воспользоваться машиной времени.

– Можете не беспокоиться.

– Тогда, Лорд Джеггед, мне остается поблагодарить вас за гостеприимство. Вы хороший человек и смогли бы жить в Арматьюсе.

– Вы льстите мне.

– В Арматьюсе лести не существует. Прощайте. Дафниш повернулась и направилась к выходу. Она шла мимо многочисленных экспонатов, разнообразных творений из канувших в Лету тысячелетий, словно продиралась сквозь толщу времени. Лорд Джеггед собрался было ее окликнуть, но промолчал. Его рука потянулась к лицу, намереваясь что-то смахнуть под глазом, но оказалось, что движение было лишним. Мисс Минг шмыгнула носом и загнусавила:

– Я все испортила, но она же сама хотела, чтобы ты, Снафлз, поскорее стал взрослым. Разве не так?

– Маркграф Вулвергемптон, – самодовольно поправил Снафлз. Он вытащил оправленное серебром зеркало, полюбовался собой и равнодушно продолжил: – Она еще возвратится.

– Поймет свою ошибку? – Мисс Минг вопросительно посмотрела на Снафлза в надежде на благоприятный ответ.

– Возможно, но в Арматьюсе ей было бы лучше. Радости жизни не для нее. Ей подавай высокие идеалы и самопожертвование. Я первым понял, что это чушь.

Лорд Джеггед сумрачно посмотрел на Снафлза и размеренно произнес:

– Ваша мать унесла с собой многие бесценные качества. Теперь они вам недоступны.

– Те качества, которые я должен был унаследовать? – насмешливо спросил Снафлз. – А зачем они мне? Спасибо, старина, покорно благодарю, – употребив фразу из лексикона Мисс Минг, он взглянул на свою наставницу, ища одобрения.

Мисс Минг улыбнулась сквозь слезы, но тут же заголосила:

– Дафниш может погибнуть.

– Она бы все равно умерла, умерла ради меня, – сказал Снафлз. – Ей нечего терять.

– Передала бы вам свою жизнь? – спросил Лорд Джеггед.

– Вот именно. Только в Арматьюсе, не здесь. На Краю Времени я не нуждаюсь в жизненных силах матери. А там она бы передала мне свой дух. Я стал бы человеком, наделенным ее сознанием. Пошла бы в дело и полезная часть ее плоти: в Арматьюсе ничем не бросаются. Однако получилось как нельзя лучше. Я стал самостоятельной личностью, хотя во мне лишь малая толика материнского естества, дарованная мне при рождении. Теперь мы не зависим друг от друга.

– Так вы симбионты[65]?

– В какой-то мере.

– Но если вы обретаете самостоятельность только со смертью матери, значит, до той поры зависите от ее жизненных сил.

– В Арматьюсе – да,