Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

— Расскажите это министру внутренних дел Мацуи Хироюки, — невежливо перебил гангстер. — Абсолютно случайно в этом помещении присутствуют сразу двое независимых людей, которые лично видели, как министр-сан говорил именно эти слова сотрудникам вашего министерства. После их задержания на месте особо тяжкого уголовного преступления, второго в их послужном списке только лишь по нашим данным.

Немного натянуто и не совсем правда по форме, подумала Хонока — там размахивали руками Решетников и Миёси Мая, не Министр Мацуи. С армейскими рубились именно они плюс патрульные полиции.

Но если не цепляться к форме, а смотреть в суть…

— В силу уникальности ситуации, до Эдогава-кай доведён закрытый меморандум между министерствами Внутренних и Иностранных дел, — продолжил сятэйгасира. — Ввиду остроты проблемы — предположительного систематического нарушения законодательства вашими структурами — Министерство иностранных дел обратилось к МВД с просьбой. По закрытым каналам. И эту просьбу удовлетворили.

— Какую просьбу?

— Ну мы же здесь, — ухмыльнулся якудза. — Отвечу намёком: вы внутри страны работать не имеете права, в отличие от МИД и МВД. Последнее имеет Общественный Совет, членом которого — с правом голоса — является и глава Эдогава-кай. С недавних пор. Не он один, но и он тоже.

— Как мне его тащить обратно? — чиновник резко повернулся к подчинённому, бросая чужой планшет на стол. — Он больше восьмидесяти килограмм весит.

— Если это ваш единственный вопрос, мы его сами донесём до машины, в которой вы приехали. В здании министерства будет кому помочь выгрузить? Или нам проехать следом?

— Не нужно. Просто несите в мою машину.

* * *

— Ты что-нибудь понимаешь? — Хонока задумчиво качалась сомнамбулой с пяток на носки перед дверью директорского лифта. — А то у меня мозги заколодило.

— Понимаю. МО не будет выступать с иском: Эдогава-кай в ответ на свои вопросы получили такие ответы от подполковника под запись, что армейцам проще самим удавиться в случае огласки.

— Я слышала. Этот генерал не хочет, чтобы запись всплыла?

— Очень не хочет, — серьёзно подтвердила Хьюга. — Потому что одно дело — бодаться с якудзой. А вот воевать с коллегами, с Министерством Иностранных Дел, с полицией… ты поняла. Ещё и по своей инициативе.

— Что будет с Решетниковым?

— Не знаю. Ты же присутствовала — кое-кто в КНР ушёл со связи и не появится до исполнения предписанного. Стандартная фишка у вояк. Когда некоторые команды исполняются, другие автоматически блокируются отсутствием связи.

— Я до последнего момента надеялась, что хотя б этот генерал прекратит бардак.

— Знаешь, в чём опасность хаоса? — неожиданно спросила пловчиха без какой-либо связи.

— Просвети.

— Хаос не контролируется снаружи. Это как лавина — надо или аккуратнее сначала, или потом уже поздно метаться в попытках чем-то управлять, когда понеслось. — Хозяйка бассейна пару секунд пронзительно смотрела на коллегу по совету директоров. — Насколько я поняла из их разговора, непосредственно Такидзиро-куну ничего не угрожает — не та ситуация. Только с его задачей могут быть осложнения, не с ним самим. С тем китайцем.

— Спасибо.

— Можно прямой вопрос тебе лоб?

— Да, — машинально брякнула Хаяси и тут же пожалела.

— Тебе какое дело до Решетникова? Ты ведь к нему никаким местом?

— Ты права. — Медленно выговорила Хонока, заставляя себя не моргать, не суетиться и глядеть Хьюге в глаза. — Мне нет до него никакого дела. И я уже опаздываю на встречу, нужно спешить. Извини, потом договорим.

— Тогда сперва вниз едем, тебя на парковку отвезём. — Традиционно бездушная глава регулярного менеджмента, похоже, ничего не почувствовала и первой шагнула в кабину лифта. — Я наверх не тороплюсь. Встреча важная? С кем?

— Тебе зачем? — огрызнулась финансистка, снова на автомате.

— На тебе лица нет. Если ты за руль решила с такой физиономией усесться — не лучшая идея. Хотела предложить тебе, давай отвезу. Могу на твоей машине, могу на своей. Не хочешь — не буду.

Хонока прислушалась к ощущениям и, признав чужую правоту, согласилась, ошибочно: высаживая её под вывеской «Центра Коюмэ», Хьюга, естественно, прочла, куда привезла финансистку. ¹

Пловчиха не стала задавать вопросов, но Хаяси почувствовала, что в который раз за сегодня краснеет, а спина покрывается потом:

— Не смей никому говорить, где я была! — прошипела она, наклоняясь над опущенным стеклом и заглядывая в салон. — И вообще забудь обо всём!

Спортсменка молча пожала плечами и надавила на газ.

* * *

¹

Коюмэ — тренер по женскому сексапилу, коуч нового направления. Было в предыдущих главах

Глава 15

— Вот ты!.. — Ута никого не стесняется, щипая меня за мягкое место пониже спины. — Я весь полёт проспала! Всё из-за тебя!

Представители авиакомпании, стоящие возле открытой двери самолёта, скрещивают на ней озадаченные взгляды:

— Пожалуйста, проходите. Спасибо, что выбрали нас.

— Я ничего не выпила и не съела! — Уэки притворно вздыхает, извлекая из-под сиденья рюкзак с недешёвыми туфлями. — Храпела, как бурундук зимой — весь полёт зря. Могли бы и разбудить.

— Ваш спутник просил вас не тревожить, — стюардесса, обслуживающая бизнес-класс, невозмутимо кланяется. — Вы так сладко спали, — и улыбается открыто, не дежурно.

— Это был огромный плюс на мои старые пьяные дрожжи, — соглашается айтишница, резко меняя точку зрения, подхватывая меня под руку и ожесточённо расчёсывая запятником правого кеда щиколотку левого. — Пожалуй, выспаться вволю — чуть не главный бонус для молодой тёлки, живущей со взрослым мужиком. Годящимся ей в отцы, а-ха-ха.

— Какой я тебе отец? Даже полутора десятков лет разницы нет, — решаю обидеться вслух.

Эпатировать так эпатировать, вдвоём так вдвоём. Опять же, пассажиры эконом класса тоже слушают (отделяющие нас от них шторы после посадки убраны) — разговор работает на легенду.

— Мало ли. Подумаешь. Бывают же гормонально активные, безответственные и рано развившиеся папаши в четырнадцать? — Ута картинно задумывается. — Мамаши точно бывают, хоть и Латинскую Америку взять.

— И четырнадцати лет разницы между нами тоже нет. Говори тише, в Японии такие откровения не приняты, — вздыхаю. — Не смущай персонал. Авиакомпания всё-таки наша. Вот выйдем в Китай — продолжим.

— Когда летают гайдзины, мы и не с таким сталкиваемся, — неожиданно в нашу беседу врезается вторая стюардесса, отступая к