Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

— Мы очень старались, — хмыкает Уэки саркастически. — Накануне, хе-хе. Куда дальше, Такидзиро-кун? Ой, как хорошо, что не телетрап. Ненавижу.

— Почему?

— Так лучше — интимнее. И по асфальту подошвы стирать не нужно. Помнишь, сколько стоят мои кеды?

Как бизнес-класс, шагаем первыми. Рукав, пристыкованный к самолёту, после небольшого изгиба выводит в коридор международного прибытия.

— Здесь я ещё не была, — Ута оглядывается, не обращая внимания на то, что перекрывает путь другим.

— На уровень иммиграционного контроля идём, — мягко подталкиваю в нужном направлении.

— Почему-то думала, людей будет меньше.

В коридоре — движущиеся дорожки, камеры наблюдения, указатели: «Foreigners / Aliens», «Chinese Citizens» «Diplomatic / Crew / VIP».

Уэки сжимает пальцы на моём бицепсе и направляет меня вправо-вперёд:

— Давай сюда? У нас и паспорта не общегражданские, и бизнес-класс в наличии. Два в одном, так сказать.

— Вообще-то, служебный паспорт не даёт дипломатических привилегий, — замечаю.

— Но вызывает повышенное внимание и уважение, особенно когда видно, что мы — не обычные туристы, — спутница кивает на свою нетривиальную обувь. — Я читала перед вылетом! Наши документы обрабатываются отдельно от туристов — возможен отдельный коридор или вызов офицера. — И опять оглядывается по сторонам. — Может, пошумим? Позовём кого-нибудь — нас проводят?

— С ума сошла? Шагай прямо, — двигаю её вперёд.

Вообще-то она права, такие документы фиксируются в системе как «представитель японских госструктур», даже без дипстатуса. Опять же, система видеораспознавания наверняка сработала. Но есть и иные нюансы, о которых рассказывать долго и незачем (особенно здесь).

— А нас пропустят здесь без дипломатической аккредитации? — кое-кому ну очень хочется развлекаться. — Не зря сюда свернули?

— Мы уже полкоридора прошли, — напоминаю тихо.

— О. Наконец-то. Пять часов без движения! — завидев туалеты, Ута устремляется в женский. — Иди умойся во втором. Через три минуты здесь.

В мужском санузле к своему великому удивлению обнаруживаю не безлюдную пустоту, что было бы логично, а склонившегося над умывальником аккуратного китайца.

— Занятно, — становлюсь рядом, тоже открываю воду. — От рукава сюда через спецкоридор мы топали как бы не минуту — рядом с нами вас не было. Ни спереди, ни сзади. Предыдущим рейсом вы прибыть тоже не могли.

— Почему?

— Время не бьётся. Я уверенно считаю до десяти.

— Может, я с сеульского рейса? Чуть отстал, задержался? — не совсем правильно, с где-то смешной фонетикой, но вполне узнаваемо и очень старательно отвечает по-японски человек, которого я, кажется, знаю заочно.

— В таком случае вы моете руки уже двадцать минут. В не самой удобной позе, не отрываясь от раковины. С целеустремлённостью робота, заслуживающей лучшего применения.

— С чего вдруг? — он ненатурально удивляется. — Прихватило живот, задержался, теперь вот продолжаю путь.

— В этом варианте вы бы смыли за собой, — указываю на ближайшую кабинку. — Было б слышно, как бачок наполняется прямо сейчас. А этого нет…

— Хм. Зачёт.

— … но и это не всё. Вообще без вещей? Даже без лёгкой сумки? С пустыми карманами — с сеульского рейса? А куда загранпаспорт положили? — демонстративно разглядываю его со всех сторон, подхожу вплотную, охлопываю силуэт. — Если не секрет, как вы через пограничников собираетесь пройти наружу? Усилием воли?

Служебные, да и общегражданские удостоверения личности в КНР давно существуют не только в бумажном (пластиковом), а и в электронном виде. Если с собой смартфон — внутри страны, по большому счёту, ничего иного таскать не нужно. Платить, как и у нас, тоже везде можно телефоном.

У стоящего рядом человека в карманах кроме гаджета ничего нет, что тут же ему и сообщаю.

— Вы прошли границу с другой стороны, — смотрю на отражение его глаз в зеркале, вернувшись к раковине. — Из города сюда. Скорее всего, предъявили наряду электронное id, цыкнули на сержантов — чтобы те не раскрывали рта, да и пошли себе дальше. Сюда, поджидать меня. Интересно, как вы поняли, что я в этот туалет войду? До последней секунды я и сам не собирался.

— Какой наряд? — сосед по рукомойнику вскидывается, услышав незнакомое слово неродного языка.

— Наряд по проверке документов пограничной службы КНР.

— Вы откуда вырвались? — искренне удивляется китаец, переходя на английский. С этим языком у него получше, значительно. — Какая пограничная служба? Нет такой. Вы бы хоть страну изучали перед тем, как ехать! Ещё и по государственной линии.

— Прошу извинить мою дремучесть. Буду благодарен за любой комментарий. — На самом деле мне важна не информация, точнее, не то, что он расскажет.

Для меня сейчас главное — как он будет это говорить и что он при этом будет думать. Чем дольше общаемся, тем больше пойму.

— Мы в Японии не очень любим ездить, восемьдесят три процента граждан за свою жизнь так и не получают загранпаспорта — им банально хорошо дома. Всё есть, — продолжаю. — Я не в курсе местных политико-страноведческих реалий.

— В Китае контроль паспортов на границе, включая аэропорты, выполняет государственный орган, который отличается от армейских или специальных служб. — Собеседник витиеват, так бывает, когда стараешься говорить бегло, но языком пользуешься редко и вынужден подбирать слова (и чужие тебе грамматические конструкции). — Этот орган называется Национальное иммиграционное управление КНР, Guójiā Yímín Guǎnlǐ Jú. State Immigration Administration, SIA — разве вы не сталкивались раньше?

— Кому подчиняется служба? — последний вопрос оставляю без ответа, вместо этого задавая свой, поскольку в паразитные второстепенные нюансы действительно не вдавался — я здесь более чем официально, а с последнего визита многое поменялось.

— Подчиняется Министерству общественной безопасности КНР. Управление было создано в две тысячи восемнадцатом году в результате реформы, объединив прежние функции пограничников, иммиграции и въездного контроля.

— А-а-а. — На язык просится, но вслух не говорю, что прошлый раз я приезжал сюда до реформы.

Мыслей собеседник не читает, но думает в унисон:

— Последний раз перед этим вы были до реформы? А выезжали из страны вообще по специальному маршруту, да, господин Решетников?

— Вы что-то путаете, — улыбаюсь простодушно и искренне, не комментирую того факта, что я не представлялся. — Решетников Такидзиро, — хлопаю себя по животу жестом Уты,