Скучная жизнь. Книги 1-6 - Виталий Хонихоев

увидел тебя и решил «ой какая беззащитная дурочка, ее нужно спасти»? Ха! Я дала ему поручение. Потому что не собиралась видеть, как ситуация выходит из-под контроля. Ты не справилась, допустила всю эту травлю, вот мне и пришлось присылать специалиста. Только специалист какой-то… не очень, честно говоря.

— Это правда⁈ — распахнутые глаза Су Хи. В них — ужас и горечь.

— Вот малыш… вот и пришло время, когда ты поймешь, почему всегда нужно говорить правду — если ты можешь себе это позволить. Госпожа Мэй выбрала самое неудачное время, чтобы вывалить все на Су Хи и если бы мы с самого начала ей соврали — сейчас было бы совсем хреново. Она бы вскочила и выгнала нас из квартиры… а потом… не знаю, что с ней стало бы. Эта Мэй совсем не умеет читать атмосферу. Она серьезно меня разозлить пытается? Придется показать ей зубы… не сейчас, но позже.

— Так и есть, — кивает он: — сперва это действительно было так. Мэй дала мне поручение. Но я мог отказаться от него. И я конечно же не знал о ситуации… откуда бы мне знать.

— … вот как…

— Я же сразу сказал, что моя цель — сделать так, чтобы травля прекратилась. И… сперва я просто хотел, чтобы мы с тобой прикинулись влюбленными. Нет, не так. Я сам хотел выглядеть таковым. Тебе — было не обязательно. Не помнишь? Я же говорил тебе об этом…

— Ах… да. Точно. Говорил. — Су Хи кивает и поворачивается к Мэй: — Он с самого начала так мне и сказал. Никто меня не обманывал.

— Какой честный Волк. Говорит овечке что собрался ее скушать. — насмешливо произносит Мэй: — Но в любом случае, вся эта шумиха с полицией нам не нужна. Не нужна администрации школы, не нужна Студсовету, не нужна мне.

— Даже если и так. Это же решение отца Гванхи, а не мое. Как мы можем повлиять на это? — пожимает он плечами, чувствуя, что начинает сердиться на эту Мэй: — Это не моя зона ответственности. Разговаривай с ним.

— Вот поэтому я тут. Сделай так, чтобы он не написал это заявление. Убеди его. Насколько я понимаю, ты умеешь убеждать. У тебя есть доказательства. Убеди отца Гванхи в том, что ему невыгодно поднимать шум. Ни ему, ни его сыночку. Потому что если все раскрутиться по полной, то репутация его сына рухнет в такую грязь, что его даже мойщиком машин на автомойку никто не возьмет. С такой репутацией только из страны уезжать.

— Мне это не нравится. — тихо говорит Су Хи: — Вы всегда все под ковер заметаете. И угрожаете что репутация рухнет. Мне уже все равно, как я буду выглядеть со стороны. Плевала я на ваше мнение, госпожа Мэй, вы уж извините.

— А мне — плевать на твое мнение, Су Хи, ты уж извини. Не к тебе обращаюсь. Мистер Волк? — она снова смотрит на него. На секунду ему в голову ударяет мысль о какой-то невозможности и даже абсурдности ситуации — он стоит совсем голый перед первой заместительницей главы Студсовета в полной школьной форме и застегнутой на все пуговицы, он — стоит, а Су Хи в наряде Евы — сидит на кресле рядом. И они обсуждают какие-то темы — так, словно это в порядке вещей. Более того… сейчас это не он и не Су Хи испытывают неловкость. По напряженной позе Мэй и по тому, как она поспешно отвела в сторону взгляд, он понимает, что ей неудобно, просто она старается не показывать этого. Су Хи бросает на него понимающий взгляд и… кивает ему. Так, словно они — сообщники. Хотя так и есть, они — сообщники. Сейчас они выступают единым фронтом против Мэй и им уже удалось наконец пробить броню ледяного хладнокровия первой заместительницы — у нее даже предательский румянец на щеках появился. Су Хи видимо сделала какие-то свои выводы и… сняла ногу с ноги, откинулась в кресле и расставила их пошире. Так она выглядела совсем бесстыжей и Бон Хва вдруг почувствовал как его орган там, внизу — получил новый прилив крови и снова начал поднимать голову.

Мэй едва взглянула на Су Хи, отреагировав на движение и тут же отвела взгляд в сторону. Действительно стесняется?

— Так что же ты мне предлагаешь, Мэй? Просто пойти и поговорить с отцом Гванхи, из разряда «если напишите заявление в полицию — вашему сыну не поздоровится»? Как по мне, так на шантаж похоже. Очень похоже. До степени смешения.

— Я-я… — Мэй смотрит в сторону, на ее лице появились красные пятна, она сглатывает, словно преодолевая себя: — Тебе выдадут удостоверение члена Студсовета. Второго заместителя. Т-так это будет легально. Легальный разговор. Ты… ты будешь представителем от школы в этом вопросе. Никакого шантажа.

— Хм. То есть я должен поговорить с отцом этого мудака и убедить его не писать заявление? Как по мне так контрпродуктивно, разве не ты собиралась положить конец…

— Слушай! — Мэй поворачивается к нему, ее глаза горят темным пламенем: — Не я создавала эту систему, окей? Не я травила твою подружку! Наоборот, это я обратила твое внимание на нее! Мне осталось доучиться один год! И я не собираюсь уходить из школы с клеймом «главы Студсовета при которой произошло такое»! Я могу поговорить и сама. Если ты сейчас откажешься — так и сделаю. Но у тебя получится лучше, я же знаю. Ты сможешь его убедить. И ты сможешь разобраться с ее обидчиками в школе, в этом я уверена. Возьми все в свои руки и доведи до конца, а я — прикрою все, что ты сделаешь в школе, пусть даже ты ими пол вытирать будешь!

— Вот это и называется коррупция. — кивает он: — Особое отношение к определенным ученикам.

— Заткнись, Мистер Волк. Не тебе жаловаться! У тебя есть все, что нужно хищнику, я тебе все на блюдечке подала. Взамен… я буду тебе должна. Очень сильно должна. И… еще раз — все это по твоей вине! Не стал бы ты его избивать в классе…

— Все равно это случилось бы. Избил бы я его в городе, вне школы. И что? Все равно его папаша написал бы заявление. Если у него характер такой. Ладно. — вздыхает он и поворачивается к Су Хи, которая уже подняла одну ногу на кресло, окончательно приняв позу порнозвезды на фотосессии: — А ты что думаешь? Если тебя это устроит — я помогу Мэй.