Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

— Пруфлас, — Астарот сделал шаг в сторону, чтобы Жрец был сбоку от него, а не за спиной. — Ты что здесь делаешь? — Страха в нём уже не было, демон быстро взял себя в руки.

— Не играй в дурака, Астарот. Ты уже всё понял. — Жёлтый дым рванулся вверх, прижимаясь к телу. Стоило Астероту моргнуть, как рядом с ним уже стоял закованный в чёрные доспехи демон, сжимающий в руках два длинных изогнутых кинжала. Несмотря на то, что блеск брони был похож на блеск металла, материал был другим, гораздо более гибким: доспехи не были составными, они покрывали всё тело Пруфласа, не оставляя открытых мест, при этом не сковывая движений. Тряхнув головой, с которой слетело несколько перьев, он перехватил один из кинжалов обратным хватом.

— А ты, я понимаю, всё уже решил.

Кивок Астарота смазался из-за вспышки света за его спиной. Пруфлас в ту же секунду рванулся вперёд с такой скоростью, что человеческий глаз не мог увидеть его несущийся в атаку силуэт, зато уши прекрасно услышали свист рассекаемого воздуха. Громкий птичий крик сменил оставшийся после Астарота хлопок, и сталь звонко стукнулась о сталь.

Но демон напал не на Астарота, а на одного из Тёмных, прибывших с Ниакрой. Сам же желтолицый, поменявшись местами с отрядом Гончей Тьмы, спрятал куда-то за спину трость и уже держал в левой руке длинный плоский меч. На пальцах правой радостно бегали языки пламени, предвкушающие схватку.

— Предатели!

Жрец развернулся вовремя и успел уйти от луча огня, полетевшего в его сторону, но удар меча из зачарованной стали достиг цели и срубил с правой руки пару наростов. Атака Осквернённого не заставила себя долго ждать: правая рука словно змея обвилась вокруг меча, а три пальца на левой быстро щёлкнули по лезвию. У Астарота остался только жалкий обрубок меча, который он тут же отшвырнул в сторону.

Тёмные, оживлённые заклинанием Астарота, выстроились в круг, защищая вставшую в центре Ниакру. Глефы, мечи, алебарды и щиты безуспешно пытались выцепить невидимый силуэт бегающего вокруг них Пруфласа, чьи кинжалы раз за разом пробивали шипованную броню слуг Госпожи. Несколько воинов уже были вымазаны в собственной крови, но продолжали попытки попасть по демону. Ниакра поддерживала свой эскорт магией, то шепча исцеляющие слова, то напитывая их оружие Материей.

Короткий, полный страданий крик ознаменовал первую смерть. Пруфлас взрезал шею воина с алебардой, с лёгкостью преодолев толстый слой брони, и алебардщик выронил оружие, чтобы руками остановить хлещущую из раны кровь. Но ни он, ни магия Ниакры не могли остановить кровотечение, а останавливаться надолго в этом бою они не имели права. Поэтому Тёмные сомкнули строй, чтобы Пруфлас не смог вбежать внутрь, оставив своего собрата умирать.

Астерот, не желая просто так стоять, решил вступить в бой на стороне своего демонического наставника, — ну, действительно, как будто он мог поступить иначе. Шианхут такой же чёрной, как это утро, тенью отправился к Астароту, а сам маг вместе с Убийцей решил помочь Ниакре. Лира же пока только осознавала происходящее, оказавшееся для её человеческого мозга слишком внезапным.

Иссушённая эльфийка, дополнительно прикрывшись невидимостью, побежала к кругу Тёмных. Пруфласа не было видно, как и Убийцы, так что просчитать хоть что-то было невозможно. Тёмные скорее размахивали оружием в разные стороны, а не придерживались какой-то тактики, магические выпады Ниакры вроде заклинаний замедления помогали не сильно, потому что отбивались колдовством демона. Астерот и сам не очень понимал, зачем отправил Иссушённую в эту мясорубку.

Но вдруг это действие обрело смысл. Пруфлас, не смотрящий перед собой, а сосредоточенный лишь на атаках в сторону Тёмных, не заметил невидимую эльфийку. Та, впрочем, тоже не смогла его увидеть, но это было не важно. Демон врезался в неё, и Иссушённая отлетела в сторону, пропахав своим телом гальку, да ещё и потеряв в полёте невидимость, но на несколько секунд Пруфлас стал видимым. Его доспехи не закрывали лицо, и даже в темноте на птичьей голове очень резко выразилось изумление.

— Ниакра! — Крикнул Астерот, но, не надеясь на неё, атаковал демона первым. Два толстых копья из Материи Тьмы, усиленные эмоциями, которыми с ним щедро поделился артефакт, полетели в трясущего головой Пруфласа, а вслед за ними Аспер выпустил несколько десятков тонких игл. Новые Матерчатые каналы вновь показали себя с лучшей стороны, обеспечив невероятно быстрое взаимодействие с Материей.

Ниакра не обманула его ожидания: услышав своё имя, она обернулась, и с её ладони в воздух поднялся длинный кнут. Увидев стоящего демона, она направила оружие на него, икнут, обросший в полёте шипами, колючим шарфом оплёлся вокруг шеи Пруфласа. Будто этого было мало, копья Астерота вонзились ему в плечи. Большая часть Материи ушла на преодоление оказавшейся на удивление крепкой брони, а потом эмоции, запертые внутри копий, проникли внутрь и побежали по коже демона. Защитные плетения загорались разными цветами, но тут долетели иглы. Около двадцати тонких полос Материи прицепились к доспеху, проделывая в нём крошечные дыры и пробираясь внутрь. На эту атаку ушла почти половина эмоций, собранных Астеротом в доме шамана, но она выполнила поставленную перед собой задачу.

Страх, отвращение и более мелкие эмоции ненадолго остановили руки демона, сковав их парализующим заклинанием. Пруфлас уже оправился от столкновения, но столкнулся с другой проблемой: на шее ошейником сомкнулся кнут, а руки, до сих пор сжимающие кинжалы, его не слушались.

— Отец!

Крик Жреца заставил их отвлечься от Демона. Отлетев от Астарота, имевшего весьма побитый вид, не менее израненный Осквернённый поднял руки с раскрытыми ладонями. Его кожа тускло светилась, а над ним из воздуха проступал неровный овал. Пока Астарот, воспользовавшись передышкой, пытался залечить полученные раны, не допуская проникновения в тело Скверны, Жрец напитывал фигуру своей силой.

— Отец! — Словно раскат грома обрушился на слух всех, кто был на побережье Озера, и пространство сжалось. Пространство задрожало, искривилось, а потом с жалобным плачем разорвалось, и в провале над головой Жреца раскрылся налитый кровью глаз.

Глава XXVIII. Спасение утопающих

— Отец! — Второй крик, вырвавшийся из глотки Жреца, остановился в воздухе. Кровь, перемешиваясь со Скверной, вытекала из многочисленных ран и царапин, которыми Астарот щедро одарил Осквернённого. Но вместо того, чтобы капать с ног, висящих в полумерте над землёй, или с локтей, которыми Жрец отбивал удары Астарота, эта отвратительная субстанция ползла вверх, к распахнувшемуся над