Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

Не, ну сколько можно удивляться? Катя опять зависла, только теперь с видом задумчивого Чебурашки. И я её понимаю. Ничего - подожду немного.

Ничего не придумав Катя решила пойти посоветоваться к старшему товарищу. О чём мне и сказала. А я что? Пошёл следом. Мне-то что? Пройдусь, может там тоже покормят.

Собкин, как раз куда-то собирался. Так что, на вопрос Катерины, посоветовал, раз уж есть нормальный водитель, доехать до спортзала "Динамо". Потом, если ничего или никого не найдём, разъезжаться по домам. И отложить все дела до завтра.

Тут опять меня подвёл мой язык. Этот Вилор уже достал со своим аппетитом. Или это я всех достал? В общем, я спросил ни к кому не обращаясь лично: - "Можно ли покушать в рюмочных на талоны? Ну или хотя бы, на пару бутербродов обменять? Жрать-то охота".

Что мне ещё оставалось делать? А оказалось снова подвёл мою спутницу. Тьфу ты блин!

Десять минут мне полоскали мозги. Десять минут я выслушивал лекции о недопустимости такого поведения комсомольца. И понял только одно, что мне вход, в рюмочные и пивные, закрыт. Даже бутерброд нельзя купить. Или обменять на талоны. Печально.

Зато, я их позабавил вопросом:

— Мне бы кеды. Чтобы утром можно было бегать. А пожрать можно и с утра.

Сначала хохот двух, вполне здоровых и, на первый взгляд, адекватных людей, привёл меня в недоумение. Потом, по обрывкам фраз, что проскакивали сквозь смех, я понял причину этого веселья. Оказывается кеды это несбыточная мечта всех спортсменов. Даже не так, про них знали-то немногие люди. Хорошо, что лейтенант и Катя знали, о чём идёт речь, а то многие бы и не поняли что я сказал. Вот это я попал! В моей памяти, в той жизни кеды появились ещё в девятнадцатом веке, где-то я об этом читал. Не может такого быть, чтобы в СССР их не было! Как так-то?! Это же самая простая обувь. Никогда не интересовался этой темой. Но... блин. А действительно, когда кеды появились в Советском Союзе? Убейте меня, но я не знаю и не знал никогда. А знаете, что меня добило больше всего? Это то, что я неправильно их назвал. Тут их называют КИДЫ?!!!

Ладно. Поржали и хватит. Между прочим скоро ночь наступит, а мы смеёмся. Вместо того чтобы сало резать и кушать с хлебом, как все нормальные люди. А что? Жрать охота. А мне, между прочим, согласно приказа товарища лейтенанта, ещё Катерину домой надо доставить. А потом назад вернуться. Машину вернуть в стойло. На площадку то есть. Домой пойду пешком. Слава всем, моим учителям дорогу я запомнил. Найду и дойду.

В динамовский зал мы попали прямо, как говорится, впритык. Тренировок уже не было. Ребята споласкивались в душе, переодевались, разговаривали и уходили. На первый взгляд этот зал в полуподвальном помещении, на улице Дзержинского, служил для занятий самбо. Но я могу и ошибаться. Несколько мешков подвешенных к потолку, вдоль дальней стены, намекали что боксёры тут тоже присутствуют. Но это ничего не значит. Самбисты тоже тренируют ударную технику.

Катерину тут знали. Некоторые парни здоровались с нею, когда мы проходили мимо. А кое-кто пожал руку и добавил пару слов.

Тренер находился в миниатюрной комнате, куда кое-как воткнули письменный стол и стул, а гости могли только заглядывать в дверь. Входить было некуда. Нет, если стать по стойке "смирно" и так стоять, то вполне можно поместиться. А так, просто не реально. Расстояние между дверью и столом было сантиметров сорок. Вот и думайте. Кстати, в наше время, некоторые туалеты гораздо больше, чем эта комната.

Тренер тоже узнал мою спутницу. Стоило ей открыть дверь и замереть перед входом, как раздался густой и сочный бас:

— О, Катерина пожаловала. Никак к нам заниматься отправили? Это кто там в управлении такой умный нашёлся?

— Нет, не нашёлся, - улыбаясь ответила Катя, - я по делу.

— Это какое же дело, тебя привело? - опять забасил в ответ тренер, - давно спать пора, а она по делу!

— Да вот, дали в нагрузку дитё шебутное, - начала весело рассказывать, о своём горе Катерина, - а оно без подходящей обуви. Так-то ладно, но запросы у молодого комсомольца слишком высокие. Ему киды подавай, или на худой конец, что-то из спортивной обуви. Не может он без бега по утрам. Шило, в одном месте, не даёт покоя.

— А чего это сразу шило? - я возмутился, не высовываясь из-за спины Кати, - может мне нравится бегать. Не всем же мешки колошматить. Надо кому-то и бегать.

— А ну, покажись там, - опять раздался бас из тренерской, - кто это нашей Катерине не даёт жизни спокойной?

— Ага, сейчас покажусь и совсем без обуви останусь, - я попытался перевести в шутку, затянувшееся приветствие, - лучше вы к нам. Тут и места побольше. И убежать всегда можно.

— Это что? - деланно возмутился тренер, кое-как выбираясь из помещения, - испугался, что ли твой подопечный?

Катя не успела ответить. Я опять влез в разговор. А что? Меня тут, между прочим, чуть ли не в трусости обвиняют. Что, молчать что ли?

— Кто сказал, что я испугался? - ответил я, посмотрев на этого мужика, - просто сказал, что есть куда убежать. Фик его знает, вдруг вы сами решите побегать. А из-за стола вылезать долго.

Хохотали минуты три, всё вместе. Потом, протерев глаза от слёз, всё-таки перешли к насущным вопросам. Я пожаловался на несправедливое использование детского труда. При этом заметил, что раз уж взяли водителем, то и обувь должны выдавать. И куртку кожаную. И фуражку с козырьком. И сапоги нужны... хромовые. И портянки желательно бархатные. И талоны на усиленное питание. И зарплату надо в конце концов. Опять хохотали, но уже не так долго. Стараюсь говорить больше и быстрее, не давая вставить хоть одно слово Катерине. Пускай изображает присутствие. А я сам с человеком разберусь. Умею с такими людьми говорить. Опыт есть.

Десять минут и молодой (лет тридцать примерно) тренер отказался, что-либо искать в секции для меня. Объяснив тем, что ничего хорошего тут нету. А вот из личных запасов, под поручительство Катерины, отдал на время хорошие теннисные туфли. Фик его знает откуда они у него. Как ни старался, ответ так и не получил. Зато получил бесплатный совет. Смазать туфли касторовым маслом, перед тем как одевать. Что меня