Где моя башня, барон?! Том 7 - Антон Панарин

Надо было держаться правой стороны и так мы выйдем к переходу на другой уровень. Но не было там сияющей двери. Лабиринт заканчивался и лишь один тоннель вёл к мерцающему переходу. Это и был выход.

— Чо опять тормозим? — уселся на плите Лютый, хмуро посматривая на нас и открывая фляжку с водой. — Нам болотники в спину дышат. Вы не вдупляете?

— Лютый, свали с платформы! — зарычал я на него, замечая, как глаза изваяния загорелись.

— Заткни пасть! — рявкнул наёмник, выставив указательный палец. — Я же сказал, ещё так будешь со мной… Ахр-р-р-р…

Ожившее изваяние одним резким движением ухватило Лютого за шею и начало сдавливать, будто в тисках. Треск ломаемых словно хворост костей и вываливающиеся из орбит глаза наёмника говорили о том, что пора валить.

— Побежали, его уже не спасти. Нам надо выбраться, — схватил я за локоть обомлевшего Романа.

Конечно, можно было завалить эту громадину. Даже нужно. Но вот толпа болотников, вывалившихся из тоннелей позади нас, заставляла усомниться в этом.

Даже так я мог сделать их всех. Но ведь сейчас цель была пройти уровень, и дойти с более-менее свежими силами до босса. Да и Роман вряд ли в этом побоище может погибнуть.

— Как это ожило⁈ — воскликнул Роман. — Что случилось?

— Ловушка, — коротко ответил я ему. — Быстрей.

Мы ускорились. Роман вызвал воздушный поток, чтобы задержать тварей, и это позволило скрыться в тоннеле. Впереди появился Гоб. Маг увидел его и удивлённо воскликнул.

— Я же говорил, что мой друг оживёт, — улыбнулся я магу.

Зеленомордый скакал впереди, являясь ориентиром. Кусака же в свою очередь залетал в особо тёмные провалы в стенах тоннеля, проверяя нет ли там засады.

Через полчаса мы спешно добрались к единственному тоннелю, и я услышал шум воды.

— Ох ты нихера себе! — закричал Роман, когда мы забежали в тоннель.

Ревущий поток мутной жижи надвигался на нас стеной.

Маг мгновенно выплеснул заклинание. Вокруг нас образовался воздушный купол. По сути мы очутились в воздушном пузыре. И его бурный поток понёс по тоннелю со страшной скоростью.

Я чуть не оглох от крика Романа. Он так орал на ухо, что его в итоге заложило напрочь.

Мы пролетели очередной поворот, и нас швырнуло в сияющую стену.

Я выпал из портала и кое-как ухватил рукоять Пожирателя, который чуть не выскочил из моих рук. Роман упал лицом вниз и расквасил себе нос.

— Вот же зараза, — засопел он, вытирая кровь рукавом одеяния. — Мы где?

— Думаю, что это последнее испытание башни, — мрачно ответил я, посматривая в сторону центра зала, где медленно кружились вокруг выбитого в центре углубления несколько зелёных шаров.

'Узрите мощь ужасного Зирниццы

Теперь вам точно никуда не скрыться'.

— Зирницца… — хмыкнул Роман, вновь вытирая нос рукавом. — Кто это?

— Думаю, что мы сейчас и увидим, — сообщил я и обратился сразу к Брумгильде. Чтобы троллиха приготовилась.

Как только появится монстр, она примется искать о нём информацию в своей библиотеке. Надеюсь, что троллиха справится быстро.

В это время шары закружились быстрее, затем ещё быстрее. Через несколько секунд я уже не различал их контуров. Лишь зелёный обод, который поднялся и со страшной силой обрушился в углубление.

Камень захрустел, вздыбился. А из проломленной дыры выползло нечто невообразимое.

На нас уставилось огромное раздутое и очень склизкое существо, с десятками глаз по всему телу и кучей раскрытых ртов. Его внутренности просматривались через полупрозрачную кожу. Я даже видел, как бьётся несколько сердец и зелёная кровь питает внутренние органы.

Чудовище тут же атаковало. Из пастей вылетели лягушачьи языки. За счёт них тварь подтягивалась вперёд и быстро приближалась к нам.

— Пло-о-оть, — зашептали множество ртов. — Свеж пло-оть… дай пло-о-оти…

— Роман! — крикнул я. — Ты чего творишь⁈ Назад!

— Я его остановлю барьером! — крикнул маг, блеснув глазами в мою сторону. — А ты нападай сбоку. Только не прошляпь момент!

Не успел я остановить мага, слишком поздно что-то говорить. Зирницца разогнался, и перед Романом сгустилась стена. Монстр ударил в него плечом.

— Пло-о-оть! — завизжали десятки глоток. — Сюда-а-а-а!

Я кинулся справа, Гоб с Кусакой слева. Но один из лягушачьих языков поймал Гоба, сдавливая поперёк туловища и потащив к пасти.

Я ускорился по максимуму, почти достал гада. Но меня эта тварь увидела. Я вывернулся в последний момент, и почувствовал, как мою руку с оружием оплетает один из языков монстра.

Выкинул из правой руки Пожирателя, схватил левой и рубанул наотмашь. Хватка мгновенно сошла на нет. Зирницца запищал, втягивая в свою пасть обрубок, который выплёскивал зелёную кровищу.

— Вот же… зараза, — только и выдохнул я, наблюдая, как лягушачьи языки монстра пробили воздушный барьер и оплели мага. Они рванули его к своему хозяину, запихивая добычу в расширившуюся, чавкающую от предвкушения пасть.

Ж-жуть. Я даже видел Романа, когда монстр проглотил его. И маг очень быстро растворялся в желудке чудовища.

Я должен закончить начатое. Эта тварь должна сдохнуть.

А тут и Брумгильда зашелестела в голове, сообщая, что Зирниццу можно убить лишь проколов ей все глаза. А их более двадцати. Ну понял. И Гоб тоже.

— Выколю тебе я глазки!

Будет всё как в лучшей сказке!

Чики-чик и чики-чик,

Тут язык и там язык! — верещал Гоб, тыкая в очередные лягушачьи языки, которые пытались его надёжней схватить и запеленать. Зеленомордый приближался к пасти и готовился к атаке.

Ну а я оставил на время Пожирателя после того, как накинул костяную броню, и достал скрытые кинжалы. С этой мрази костей не вытащишь, не ослабишь, да и мечом таким хрен попадёшь в глазницу. А вот кинжалами сподручней.

Покров и три руны «родэ» — и вот я уже у Зирниццы. Жуткий смрад, исходящий от монстра, ударил в нос. Я отрешился от этого. Только цель. Глаза.

Мои кинжалы заработали со страшной скоростью. Когда я пробивал восьмой по счёту зрачок, Гоб оказался у пасти монстра. Зелёный вывернулся, обрезал лягушачий язык и принялся скакать вокруг Зирниццы, тыкая кинжалом в глазища твари. Кусака помогал ему.

В итоге последний глаз пробил я, когда меня всё-таки поймали с десяток языков и подтащили к раскрывающейся здоровенной пасти. Рёбра хрустели, от боли пылала грудина. С десяток точно сломано, почти половина.

Как раз над пастью и находился последний глаз Зирниццы, хлопающий склизкими кожаными складками. Я с великим удовольствием вогнал по рукоять кинжал, затем провернул, слыша хруст.

Монстр содрогнулся, затем осел на пол. Языки ослабли, и я срезал с себя эту гадость.

От каждого движения боль прокатывалась волной по телу, но затем она начала затихать. К тому же