Темный страж. Проклятое наследие - Ника Лисицына

— Эй! Постой! — крикнула Настя ему вслед. — Я же тебе ещё рот не обработала! Нужно перекись к дыркам приложить, или водичкой святой обработать на худой конец…

После этого случая можно было смело отправляться домой. И я в общем-то так и решил, всё равно впустую всё, но Настя сказала, что хочет ещё.

Я так и не понял, что именно «ещё» она хотела, но, когда всё-таки мы пошли дальше, она напугала приведение…

Как? Скажите, как она это делает???

И вот стою я, смотрю на Настю, а в голове только одна мысль бьётся: «Попал ты, мохнатый».

Вся охота насмарку.

Блин, обидно-то как.

— Дорогой, как ты думаешь, тут есть интересные цветочки?

— Зачем тебе это? — спросил, продолжив движение.

— Домой принесу, красиво будет. А может они ещё и целебными будут? Слу-ууушай, я знаю несколько рецептов от запора! Может поищем нужные травки и цветочки, а? — протянула она, подёргав меня за руку.

Не обращая больше внимания на эту ненормальную, я иду дальше.

И тут резко на дорогу выскакивает гуль.

Страшный, вонючий… с клыков кровь со слюной капает, сам шерстью оброс. В общем, зрелище то ещё.

— Шёл бы ты отсюда, пока цел, — говорю спокойно.

Ну, а чего? Один хрен сейчас Настя его заметит и…

— Ой, какая прелесть! — протянула ненормальная, оторвавшись от своей сумки и, наконец, замечая монстра.

Ну вот, я же говорил, что бежать ему нужно было. А не стоять и примеряться, допрыгнет или нет.

А Настя тем временем продолжила.

— Дорогой, — сказала она с улыбкой. — А давай его с собой заберём!

— Что? — поразился я.

— Ну, дорогой, ты только посмотри, какой он хорошенький!

Тут или у меня с глазами что-то стало, или она совсем крышей поехала.

— Зачем? — спросил, а гуль прислушивается. То в одну сторону голову склонит, то в другую. И скалится, готовясь к прыжку.

— Как это «зачем»? Будку сделаем и на цепь посадим, будет местных воришек отпугивать.

Честно сказать, гули — тупые существа! Да, они жрут не только мёртвую плоть, но и живую. Они не чувствуют боли, но они умеют слышать! А ещё понимают, боится противник или же нет.

И вот какого же было его удивление, когда человек, которого он вот прямо сейчас собирался схомячить не просто не боится, но ещё и спокойно так рассуждает о его будущем⁈ Будка? Цепь? Ха, она только что, парой фраз сломала всё его представление о «прекрасном»!

— А кормить ты его чем будешь? — спросил я.

Вот самому стало интересно узнать направление фантазии этой ненормальной.

— Как это чем? Кормом собачьим! Можно сухим.

Чёрные бусинки глаз гуля, до этого момента недобро сверкавшие в нашу сторону, вдруг как-то резко расширились, а заострённые, свисавшие по черепу ушки, поджались.

Я бы тоже испугался, если б меня в будку и на цепь. А тут ещё и корм собачий предлагают? И да, гуль всё это отчётливо понял и стал пятиться.

Всё. Это конец.

— Настя, — сказал я. — Я не пойду больше с тобой на охоту.

— Почему, милый? — спросила она, беря меня за руку и с удивлением заглядывая в глаза.

— Да тебя даже гуль испугался! — констатировал я, махнув рукой в сторону медленно отдалявшегося монстра.

— Что? Как испугался? — удивилась она. — Нет, так не пойдёт, — и обернувшись, закричала:

— ГУЛИ, ГУЛИ, ГУЛИ! ИДИ СЮДА, ЩЕНОЧЕК! Эй! Ты куда рванул, зараза такая? А ну иди сюда, кому говорят? Ну держись, сейчас как поймаю…

* * *

В таверну входил, открывая двери с пинка.

Настроение в хлам, значит, нужно срочно выпить.

Эх, такую охоту испортила.

Она не женщина, а дьяволица в чистом виде!

— Настойки мне, да покрепче! — сказал, выискивая свободный столик.

Вот я не понял, мне нужно выпить, а тут все столы заняты? Они это серьёзно?

— Р-рр, — вырвалось утробное.

Чувствую, начинается. Мой зверь поднял голову, готовый выбраться наружу.

— Эй, Эштон! Иди сюда! — слышу знакомый голос.

— Эдриан? Ты ли это? Какими судьбами? — удивился я.

Да уж, вот кого-кого, а посла из соседнего Королевства я точно здесь встретить не ожидал.

— Я, Эш, — хмыкнул тот. — Вот, перерыв взять решил.

— Ваша настойка, господин, — сказала подавальщица, и быстро сгрузив на стол кружки и графин, сбежала.

— Проблемы какие? — спросил, наливая нам обоим напиток.

— Не-ее, — протянул он. — Так, встречи, совещания. Но достало меня всё это, ужас просто! — сказал, стуча себя по груди.

— Хм, ты ещё настоящий ужас не видел, — сказал, делая большие глотки. — И я, кстати, с ним знаком!

— Серьёзно? — удивился Эд.

— Отвечаю, — кивнул, и снова припал к кружке.

— А я слышал, что ты невесту себе нашёл. Значит скоро проклятье снимешь?

— Лучше бы не искал, — сказал, тяжело вздыхая.

— Что не так? Уродина, болезная, или ещё что?

— Лучше бы это, — хмыкнул. — Она атна… аната… тьфу ты, дьявол, даже выговорить не могу. Антрополог, во!

— Это что ещё? Болезнь какая?

— Ага, она самая. И не лечится, — сказал, тяжело вздыхая.

— Ну, может само пройдёт? — предположил Эд с надеждой в голосе.

— Не пройдёт. С каждым днём всё хуже только становится.

И ведь ни словом не соврал!

— Крепись, приятель, — произнёс сочувствующе, и по плечу меня похлопал.

Второй раз за сегодня, между прочим.

— А брат твой как поживает? Он выходил на охоту?

— Не знаю, — приятель пожал плечами. — Я ж весь в делах, и света белого не вижу. Но мне кажется, если он не вышел в этот раз на охоту, то не вернуть нам его уже. Проклятье его почти доконало.

— Знаешь, я иногда думаю, что проклятье — это не так уж и плохо!

— Для самого проклятого, ага! — хохотнул Эд.

— Ну да, и то верно, — сказал, опустошая кружку.

Потом была ещё настойка, и ещё… и потом ещё. За первым графинам последовал второй, потом третий. В общем, утро, голова такая, словно ею всю ночь гвозди забивали, а под ухом звук странный, что хочется соскочить с постели и бежать.

— Ну ма-ааальчики! Вставайте! — слышится недовольное.

— М-мм, — простонал я, прижимая к себе что-то мягкое.

— Вот фу такими быть, — фыркнуло чудовище.

Что? Чудовище? Здесь?

Распахнув глаза, едва на пол не свалился.

— Какого дьявола тут происходит? — выдавил я, глядя на спящего посла, которого почему-то обнимал.

— Мне вот и самой интересно, какого дьявола ты вчера из дома свалил, а? И ладно бы по бабам пошёл, так нет же, ты мужика в дом притащил! — возмутилась, уперев руки в бока.

— Чудовище, не кричи только, — выдохнул, хватаясь за голову.

— Что, головка бо-бо? — ехидно спросила она.

— А тебе