Темный страж. Проклятое наследие - Ника Лисицына

— Я? Плаваю! Хочешь со мной?

— Не, — качнула головой. — Я плавать не умею.

— Так я научу!

— Лучше научи рыбу ловить.

— А зачем её ловить? — удивилась она, и чуть подплыла.

— Как это зачем? На обед!

— Фу-уу! — протянула она и поморщилась. — Кто ж такую гадость ещё ест? То ли дело водоросли, мох…

— Чего? Ты с ума сошла? И кто такое ест?

И тут гляжу, из-под воды хвост появился. Большой такой! Наверняка тут огромная рыбина проплывает, а эта вегетарианка рядом плещется.

Недолго думая, поудобнее ухватила свою палку и саданула.

— А-АААЙ! — заголосила ненормальная. — Ты что творишь?

— Говорю же, рыбку на обед поймать хочу. А ты тут барахтаешься. Всю рыбу мне распугиваешь.

— Ты… ты… — даже слов не нашла.

— Ну вот, уплыла, — сказала угрюмо, садясь на камень и обхватывая ноги руками.

Смотрю на странную девицу. У неё волосы такие красивые, под солнышком разными цветами переливаются. И купальник смешной такой, грудь водорослями прикрывает.

— И не холодно тебе плескаться столько времени? — спросила я.

— А мы не мёрзнем, — ответила она обиженно.

И чего обиделась, говорится? Ну и фиг на неё.

— Так пригорюнилась-то чего? — снова спросила девица.

— Да, забей, — отмахнулась я.

— Что забить? — выпучила она глаза.

— На всё забей.

— А ты странная, — сказала, а потом из-под воды снова хвост рыбий появился.

У меня таки будет сегодня вкусный обед!

Медленно поднимаюсь, беру поудобнее свою палку и…

— НЕТ! — закричала ненормальная и руки вперёд выставила. — Не бей меня!

— Да ты-то тут причём? Я вон рыбу увидела, а ты сейчас снова её спугнёшь!

— Да это хвост мой! — сказала… чего она сказала?

Я уставилась на девицу в немом изумлении, а она чуть повернулась, и взмахнула хвостом.

— Твою мать, — выдохнула я, падая на пятую точку. — Это что?

— Ты чего, ни разу русалку ещё не видела? — спросила, состроив умильную гримасу.

— Не-а.

— Ну так вот, смотри!

Чуть отплыв, девица сделала кульбит в воде и снова подплыла.

— А-фи-геть! — выдохнула, во все глаза рассматривая странное создание.

— Нравлюсь?

— Ага!

— Хочешь так же, как и я плавать и не знать ни тревог, ни печалей?

Прям змея искусительница какая-то.

— А куда же эти печали денутся? — спросила я.

— Они станут бессмысленными! Водный мир сотрёт грусть с твоего милого личика.

Улыбка у русалки такая приятная, располагающая.

Неужели и правда так может быть, что все мои горести уйдут на второй план?

— То есть я могу стать такой же, как и ты? — спросила настороженно.

— Конечно! — сказала она, подплывая поближе и протягивая мне руку.

Отшатнулась.

— Да не бойся, я тебя не съем, — усмехнулась хвостатая. — Просто хочу помочь тебе стать такой же!

Хм, правда или ложь?

Странная тревога заставила меня насторожиться, но голос этой русалки был таким успокаивающим, обволакивающим, что ей хотелось верить.

— Если я стану русалкой, то перестану скучать по нему, ведь так?

— Конечно, перестанешь! — пропела русалка, и взобралась на камень, а хвост в воде болтается.

Теперь она стала ещё красивее. Чешуйки блестят под лучами солнца так, что глаз не оторвать.

— А он? — задала ещё вопрос, хотя разве мне это интересно? — Он будет по мне скучать?

— Нет, — ответила русалка, перекинув через плечо свои красивые волосы. — Они никто не скучают. Это только наша участь. Именно поэтому я и стала русалкой, чтобы забыть всю боль и обиды.

Она права, вряд ли Эш даже вспомнит обо мне.

— Хочешь потрогать? — спросила русалка, и приподняла прядь волос на ладони.

И снова эта тревога. Хочется подняться и убежать.

— А можно? — спросила неуверенно.

— Конечно! — усмехнулась она и ласково улыбнулась.

И чего я так испугалась? Не съест же она меня! Она вегетарианка, так что бояться нечего.

Словно завороженная тяну руку, намереваясь коснуться пряди.

— Ну же, смелее, — проворковала она, замерев на месте.

Пальчики аж покалывает от желания дотронуться, ощутить прохладу и мягкость…

— Прикоснись, и я покажу тебе всю красоту подводного мира, — шепчет она.

Бороться с соблазном невозможно, и я сдаюсь.

Мои пальцы касаются пряди, и перед глазами словно дымка появилась.

Поднимаю взгляд, русалка смотрит на меня с улыбкой.

Она сама берёт меня за руку и поднимает её, намереваясь оставить на моём запястье поцелуй.

Это так странно и волнительно.

Аккуратненькие ровные зубки блеснули, но в этот момент…

— НЕ СМЕЙ! — раздалось за спиной.

А в следующий миг кто-то пинком отправляет русалку в полёт.

Наваждение развеялось, и мне стало жутко холодно.

— Тёмный, — вынырнула русалка и оскалилась.

Вот только теперь я видела не аккуратненькие зубки, а клыки как у пираньи.

— Решила своему хозяину обед привести? — оскалился… Эш. — Видать провинилась за что-то.

Сейчас он стоял такой огромный, мощный, покрытый шерстью, словно замер посреди трансформации.

— А твоё какое дело? — ощерилась русалка, хлопая хвостом по воде.

— Она… МОЯ!!!

— Она сама пожелала со мной пойти! — выкрикнула морская дева.

— Это моя вина, — чуть опустил голову.

— Никакой разницы. Ты не смеешь мешать мне и отнимать подношение! — зашипела эта… выдра.

— Подношение? — наконец спросила я. — То есть я «подношение»?

Русалка снова оскалилась.

— Ах ты тварюга хвостатая! — разозлилась, снова беря свою бой-палочку в руку. — Селёдка недоделанная! — спускаюсь в водичку. — Да я тебя сейчас на вертел насажу…

Выпучив глаза, своим хвостом почувствовав неприятности, русалка нырнула, а когда вынырнула, оказалась уже на приличном таком расстоянии.

— Ты что, снова хочешь меня этой палкой потыкать?

— Я хочу тебя на эту палку насадить и зажарить. Помнишь ведь, я рыбку хотела, — плотоядно улыбнулась, и сделала шаг в её сторону.

— Вот же ненормальная, — выкрикнула та, и махнув хвостом, уплыла.

— Ну выдра, а! Ну стерлядь недобитая! — ругалась, глядя вслед этой заразе.

— Выходи из воды, — сказал Эш. — А то простудишься ещё.

Обернувшись, уставилась на него пристально.

Он уже вернул себе привычный облик, и теперь смотрел на меня исподлобья.

— Ты… пришёл, — выдохнула, только сейчас осознавая, что он только что меня спас.

— Ага, — сказал смущённо.

— Э-ээш!

— Чего?

— Я есть хочу!

Глава 11

Эштон…

Я сидел на новой кухне за столом и хмурился, глядя как чудовище улепётывает уже третью порцию жареного мяса с овощами.

Сам не понимаю, что на меня нашло. Ведь после того, как Настя ушла из дома, мне стало не по себе, и я отправился следом.

Чувство закралось такое гаденькое, словно кто-то у меня что-то ценное отжал. А я не могу так! Не отдам, моё же.

Следовал за ней, чтобы убедиться, что… ну, что, не вернётся, может. Что найдёт себе местечко, да там и останется.