Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров

он нагревал его до ярко-красного свечения и плавно опускал в ведро с льняным маслом. Закончив, парень взялся за заточку. Одно тесло пришлось слегка подравнять, чтобы задать лезвию нужный угол. Закончил он уже в темноте. Всё полученное от плотника железо резало дубовую доску, словно масло. Убедившись, что всё сделано на совесть, Матвей погасил горн и отправился ужинать.

Утром, наведя на инструмент окончательный лоск, парень занялся отковкой ободов. Разогрев металлический прут, он быстро превратил его в железную полосу и начал пробивать отверстия под гвозди. Так повторилось четыре раза. К тому моменту, когда Никандр загнал во двор телегу, все подготовительные работы уже были закончены. Показав, куда ставить транспорт, Матвей вынес из кузни уже готовый инструмент и, кивая на корзину головой, предложил:

– Испробуй сам, дядька. Коль чего не так, я сразу и поправлю.

Кивнув, плотник достал всё тот же многострадальный обрезок доски и, вдумчиво опробовав на нём весь инструмент, удивлённо проворчал:

– Добре тебя батька выучил, Матвейка. Стамески и новыми так не резали. Добрая работа. Спаси Христос.

– Благодарствую, дядька Никандр, – поклонился парень. – За телегой завтра зайди. Готова будет.

– Не к спеху, – отмахнулся плотник. – Как сделаешь, так и ладно.

– Ну, сам смотри, – не стал спорить парень.

– Неужто и вправду за день управишься? – не поверил казак.

– Так дело-то нехитрое, да и привычное, – пожал Матвей плечами.

– Добре. Завтра зайду, – кивнул Никандр, направляясь к тыну.

Проводив его взглядом, Матвей взялся за дело. Подставив под телегу толстое полено, он жердью приподнял её заднюю часть и, ногой подвинув ещё одну деревяшку, принялся снимать колёса. Отмерив полосу железа прямо по месту, он отрубил нужный кусок и, быстро склепав обод, принялся нагревать его. Потом, перекинув клещами обод на колесо, он быстро набил его на место и, закрепив гвоздями, повторил процесс.

Через два часа, сняв уже передние колёса, Матвей сделал короткий перерыв, воды попить и слегка остыть от жара. Заглянувшая с кузню Настасья, с интересом оглядев его работу, удивлённо проворчала:

– И вправду мастером стал. У батьки и то дольше выходит. Это что же, ты ту доску на свою работу сменял?

– Угу.

– И зачем она тебе?

– Дроги новые сделать хочу. Наши старые совсем. Того и гляди развалятся. Да и колёса там на одну дорогу.

– Это что же, ты теперь у нас и за кузнеца, и за плотника будешь, – поддела его Настасья, лукаво прищурившись.

– Надо будет, и тебя на кухне заменю, – не подумав, брякнул Матвей, снова прикладываясь к ковшу с водой.

– Что, и обед сам сготовишь? – не поверила женщина.

– Случись нужда, сготовлю, – кивнул Матвей, мысленно обозвав себя ишаком.

Удивлённо хмыкнув, Настасья окинула сына задумчивым взглядом и, выходя, уточнила:

– Опять до самой ночи возиться будешь?

– Приду, как закончу, – туманно отозвался Матвей, быстро сбивая с колеса старый обод.

Ещё пара часов уже привычной работы, и телега плотника обзавелась почти новыми колёсами. Ставя их на место, парень не забыл смазать ступицы дёгтем. Как говорится, марку мастера нужно было держать. Убедившись, что обода насажены ровно и колёса на телеге вращаются без особого усилия, он навёл в кузне порядок и отправился в дом.

Утро началось с того, что Матвей взялся месить глину. Ему нужны были хоть какие-то подшипники. Вылепив основы под гильзы, парень сунул их в горн для просушки и взялся обрабатывать дубовые бруски. С задней осью особых проблем не было. Тут нужно было только обточить концы для посадки подшипника. А вот с поворотным механизмом ему пришлось повозиться. Для большего угла поворота и большей надёжности он решил использовать шкворневой способ.

Помня, что дерево плохо работает на смятие, парень оббил концы осевого бруска железом и, просверлив сквозные вертикальные отверстия, занялся поворотными кулаками. Выбрав из хлама несколько подходящих кусков, снова взялся за глину. Ему предстояло отлить поворотные кулаки. Сунув форму в горн, Матвей перевёл дух и осторожно вытянул из него поддон с формами под подшипники. Готовые формы от температуры едва не раскалились.

Помня, что резкий перепад температур для глины может быть губителен, он поставил поддон у самого жерла, так, чтобы формы остывали постепенно. Сообразив, что на данном этапе заняться ему больше нечем, парень отправился в конюшню. Нужно было проверить, всё ли у коней в достатке и, если придётся, почистить стойла. Тренировок он не бросал, но Елизар, убедившись, что навыки у парня появились серьёзные, отпустил его в свободное плаванье. Теперь он занимался сам, когда выдавалось свободное время.

Закончив с конюшней, Матвей прихватил из дому кнут и, уйдя на задний двор, принялся тренироваться. Как оказалось, навык работы с этим оружием серьёзно помогал орудовать шашкой. Парень приучился точнее оценивать расстояние до цели и правильно выбирать силу удара. А самое главное, верно оценивать окружающее пространство. Срубив два десятка прутьев, воткнутых в плетень, он убедился, что наука старого казака не прошла даром и, прибрав за собой, отправился отдыхать.

* * *

Расплавленный металл ровной, тонкой струйкой перелился в форму и, растёкшись, начал медленно остывать. То, чего больше всего Матвей боялся, не случилось. Нагретая форма из обожжённой глины выдержала. Да, температура плавления латуни гораздо ниже температуры плавления стали, но и её было вполне достаточно, чтобы форма не выдержала. Весело глядя на узкий поддон, на котором и лежали нагретые заранее формы, парень уже мысленно прикидывал, как ещё можно будет использовать подобный метод.

Поворотные кулаки для телеги он отлил из бронзы, благо обрезков этого металла в кузнице хватало. Откуда Григорий натащил столько сплава, он так и не смог понять. Все эти обломки не были от чего-то одного. Похоже, кузнец собрал их на какой-то свалке. Дождавшись, когда металл остынет, Матвей принялся поливать его поверхность тонкой струйкой воды, чтобы окончательно сбить температуру.

Ещё примерно через четверть часа он принялся осторожно сбивать с гильзы глиняную форму. Его хитрость с воском помогла. Форма легко соскользнула, и парень, внимательно осмотрев полученный результат, радостно усмехнулся. У него всё получилось. Поверхность полученной детали была ровной и даже не очень шероховатой. Достаточно было просто пройтись по ней мелким наждаком.

Так же осторожно сбив внутреннюю часть формы, Матвей задумчиво повертел её в руках и, иронично хмыкнув, проворчал:

– Блин, матерею на глазах. И запчасть получил, и формы целые. Похоже, мне дико везёт. Или кто-то там наверху решил малость мне подыграть.

Разобрав все четыре формы, Матвей внимательно осмотрел полученный результат и, отложив гильзы в сторону, взялся за изготовление роликов. Всё та же латунь в виде небольших брусков нагревалась и вытягивалась на наковальне в