Вечно голодный студент 6 - RedDetonator

В итоге мы потеряли кучу времени зря.

— О, здорова! — приветствовал нас Щека, лежащий на шезлонге на парковке.

В руках у него стакан с вискарём и тлеющая сигара. Одет он в леопардового окраса шорты, той же расцветки сланцы, а на глазах у него солнцезащитные очки.

На улице температура не больше 12 градусов, а небо облачное — я без понятия, чего он тут загорает…

— Даров! — приветствовал я его.

— Привет, Щека, — сказал Проф, помахав рукой.

— Как сходили? — спросил Щека, сев на шезлонге.

— Нормально, — ответил Проф.

— Душно, — ответил я.

— Вы же, как я слышал, мочканули какого-то мощного котяру, — нахмурившись, произнёс Щека.

— Туда шли — душно, возвращались — тоже душно, — объяснил я. — Проф вообще не бегает, задыхается и хрипит. Тяжело, в общем.

— Но левелы хоть апнули? — спросил Щека.

— Ещё как! — с улыбкой ответил Проф.

— Слегка, — сказал я. — Ну, Проф прямо нормально поднял, а я — символически. Считай, что ради него ходили.

— Студик, ты зажрался, — нахмурившись, ответил на это Проф. — Ты поднял шесть уровней — на твоих высотах каждый уровень можно считать событием. А тут их шесть — порадовался бы.

— Ура! — притворно жизнерадостно воскликнул я.

— Не, ну, всё равно круто, — произнёс Щека и приложился к стакану. — Будете вискарь?

— Не откажусь, — сказал Проф и сел на соседний шезлонг.

— Давай, — не стал я отказываться.

Щека налил виски из бутылки в стаканы со льдом.

— Проф, соточку апнул? — спросил он, передав нам стаканы.

— Да, — удовлетворённо кивнув, ответил он.

— Велкам ту зе клаб, бадди! — сказал Щека. — Эх, мне бы двухсоточку апнуть…

— А ты чего тут? — спросил я, отпив из бокала.

— Загораю, — ответил Щека. — Пришлось сходить в охотничий рейд из-за вас — почти все КДшники уехали.

Проф со значением посмотрел на меня. Это он намекает на наш разговор.

— Лутецкий жирный? — спросил Щека.

— Мы не знаем, — ответил Проф. — Может быть как очень много, так и очень мало. Сложно сказать наверняка, так как у нас нет информации, когда именно этот Кот начал терроризировать местность. Если у людей было время, чтобы убраться подальше, то ресурсов в той области будет мало, а если не успели…

— Бля, мне бы пару десятков таких тварей мочкануть, — мечтательным тоном произнёс Щека. — Это же сколько опыта — двухсоточку точно возьму. Хотя, приятнее иметь дело с КДшниками — от них всегда есть нешуточная угроза и можно накуканиться.

— В обозримом будущем у нас вряд ли будут серьёзные конфликты, — сказал на это Проф. — Единственное, мы пойдём в Тамбов, чтобы эвакуировать оттуда мирных жителей, но это будет позже.

Он хочет дать обстановке в Тамбове настояться — чтобы тамошние КДшники основательно побили друг друга, став менее опасными для нас. И тогда можно будет эвакуировать главную ценность любого города — мирных жителей.

— Кстати, у нас появился новый челик! — вспомнил вдруг Щека. — Пробудился КДшник с не очень внятной способностью. Но в апексе может стать очень твёрдым хуем, если поможем ему. Ты знаешь его, Студик — он в гараже у Фазана работал. Зовут Лёхой, но теперь он Муравей. В чат-боте забейте.

Я помню Лёху — рукастый мужик, в прошлом работавший кузовщиком-маляром. По натуре добряк, без особых амбиций, но не дурак — крепкий спец по своему направлению. Ну, а сейчас он крепкий спец по всем видам работ в автомастерской, потому что наши стандарты рухнули до уровня плинтуса и сейчас любой спец ценен.

Пишу в чат-бот прозвище нового КДшника и получаю о нём полную информацию.

Его первая способность, действительно, выглядит не очень круто.

— «Хитиноидная Дермальная Матрица»

Описание: мутация, при которой эпидермальные клетки активируют экспрессию генов, аналогичных хитинсинтазе, для производства полимерного гликозаминогликана, формирующего тонкий внешний слой на поверхности кожи. Этот процесс интегрирует хитин с кератином, создавая гибридную матрицу для базовой защиты.

Эффект: на 5 минут образует тонкую хитиновую плёнку толщиной до 1,1 миллиметра, обеспечивающую минимальную устойчивость к поверхностным царапинам и лёгким абразивным воздействиям.

Расход: 280 килокалорий за активацию.

Примечание: матрица хрупкая и легко разрушается при умеренном давлении. Регенерация слоя требует 10–15 минут после деактивации. Не защищает от проникающих или ударных повреждений.

— А Муравьём его за что прозвали? — спросил Проф.

— У него кожа местами облупилась и там теперь хитин, как у муравья, — пояснил Щека. — Если апнуть его до апекса, он реально имеет все шансы превратиться в насекомое, блядь! И я пиздец как хочу увидеть это!

— Да, кончилась его карьера кузовщика… — произнёс я. — А он как сам настроен?

— Нормально он настроен, — ответил Щека. — Готов стрелять и убивать, потому что с самого начала мечтал о том, что станет КДшником. Надо качать его — хороший челик.

— Будем, — пообещал Проф. — Сейчас важны все КДшники.

Его интерес понятный. Исходя из того, что он сказал при нашем откровенном разговоре, ему нужно поддерживать и усиливать ядро из лояльных КДшников, которые не позволят условно-дружественным КДшникам, примкнувшим к нам под давлением нашей силы, обрести хоть какое-то влияние во Фронтире.

Вин, бедолага, пусть и хороший парень, но вояка практически никакой, а Муравей, в данный момент, тёмная лошадка.

Никогда не знаешь заранее, выйдет ли из человека толковый боец, поэтому придётся проводить испытание боем.

— Сначала отдадим Муравья Майору и Зулусу, на КМБ, — сказал Проф. — А затем передадим его Бубну — пусть погоняет его в охотничьих рейдах пониженной опасности.

Зулус сейчас полностью сфокусирован на выдрачивании Вина в компетентного боевика, причём это индивидуальные занятия, так как Проф понимает, что Вин — это наш человек, а наши люди должны быть сильнее, чем остальные.

Я надеюсь, что из Муравья выйдет толк, и он не ударит в грязь лицом.

Залпом допиваю виски и ставлю стакан со льдом на пластиковый столик.

— Всё, я пошёл в номер, — сказал я.

— Не хочешь присутствовать на моём усилении? — спросил Проф.

— Усилок будет⁈ — вскинувшись, спросил Щека.

— Ну… — замявшись, протянул я. — Ладно, окей.

— Тогда идём сдавать оружие, а из оружейки сразу в медблок, — сказал Проф.

Пришлось по пути зайти в мастерскую, чтобы отдать потрёпанную броню — в нынешнем виде её носить нельзя, так как силикон истрепался, дохрена царапин, вмятин и вообще, вид непрезентабельный.

В медблоке нас встретил абсолютно трезвый Николай Семёнович — абсолютно трезвый и абсолютно злой.

Проф провёл с ним исправительную беседу, в ходе которой пригрозил, что отправит его в аграрии, так как врач-алкаш Фронтиру не нужен.

Даже я, не разбирающийся в