Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту - Лилия Карниенко

Чисто.И всё равно от этого было больно.Потому что он умел быть правильным. Просто раньше не считал нужным быть правильным с ней.Она завернула браслет в плотный лист, сверху положила карточку, затем убрала свёрток в отдельный карман футляра Орвина. Старый полевой карман на мгновение нагрелся, принимая новую улику. Внутри уже лежали копия протокола, линии чужого имени, временное постановление и судебный оттиск.Слишком много правды для одной женщины, которую ещё утром велели забыть.Когда Элиана вышла из нижнего архива, служители Палаты выпрямились. Оба были молоды, оба старались не смотреть ей прямо в глаза. Один держал официальный лист сопровождения. Другой — пустую коробку для документов, будто любая бумага в руках Элианы могла быть обвинением.Они пошли по коридору молча.Но молчание не защитило.У первой лестницы стояли две женщины из дома Вейров. Элиана знала их лица, но не имена — дальние родственницы, появлявшиеся на семейных ужинах, когда нужно было заполнить зал правильными взглядами и осторожными улыбками. Одна из них вчера, кажется, смотрела на Селесту с нежностью. Сегодня смотрела на Элиану с жадным неодобрением.— Вот она, — прошептала вторая достаточно громко, чтобы Элиана услышала. — Говорят, всю ночь в архивах провела.— Конечно, — ответила первая. — Если женщина не может удержать мужа, она удерживает документы.Служитель Палаты сделал вид, что ничего не слышит.Элиана остановилась.Не резко. Не как человек, которого задели. Просто остановилась и повернула голову.Женщины тут же притихли, но поздно.— Если вам нужна справка о порядке хранения брачных документов, — сказала Элиана, — обратитесь в Палату. Если слухи — к госпоже Мор. Она, кажется, сегодня щедро ими делится.Первая женщина побледнела.Вторая поджала губы.— Мы ничего такого не имели в виду.— Разумеется.Элиана пошла дальше.В спину больше не шептали.Но шёпот не исчез. Он просто перебежал вперёд.К тому времени, как она поднялась в главный коридор нижнего крыла, слух уже ждал её там. Вейры умели передавать чужое падение быстрее родовых приказов. Служанки отводили глаза. Молодой дракон у окна слишком поспешно отвернулся. Управляющий Тарн разговаривал с писцом у двери и замолчал, едва увидел её.Элиана шла ровно.С каждым шагом ей становилось яснее: Селеста не будет спорить с проверочным кругом. Не станет кричать, не станет отрицать очевидное. Она выберет другое. Сделает Элиану причиной всего, что происходит.Бывшая жена не смирилась.Бывшая жена лезет в архивы.Бывшая жена хочет вернуть мужа.Бывшая жена цепляется за дело, потому что не может вынести новую невесту.Это было проще, чем объяснять «вдову живого брака».И куда удобнее для тех, кто не хотел думать.У дверей малого приёмного зала стояли ещё трое. Двое старших Вейров и одна женщина из союзного дома. При виде Элианы они не отступили. Наоборот, будто специально заняли проход.Служитель Палаты открыл рот, но Элиана едва заметно подняла руку, останавливая.— Госпожа Арден, — произнёс старший Вейр, высокий мужчина с седыми висками и тяжёлым родовым перстнем. — Вам не кажется, что после всего произошедшего было бы достойнее покинуть дом без новых сцен?— Я как раз этим и занимаюсь.— Архивные хождения с сопровождающими Палаты трудно назвать тихим уходом.— Тогда предъявите претензию тому, кто вынудил меня доказывать очевидное через суд.Его глаза сузились.— Осторожнее. Род Вейров и так проявил к вам больше терпения, чем обязан.Элиана посмотрела на него и вдруг ощутила не боль, а странную пустую ясность.Ещё вчера эти слова, возможно, заставили бы её сжаться. Не внешне — внешне она бы держалась, как привыкла. Но внутри обязательно дрогнуло бы что-то старое, брачное, приученное искать место в доме Рейнара.Сегодня места уже не было.А значит, нечего было терять в этом коридоре.— Род Вейров публично лишил меня права голоса, — сказала она. — Потом Палата публично вернула мне его, потому что ваша новая избранница оказалась не свободна от прежней клятвы. Советую вам выбирать слово «терпение» осторожнее. Оно плохо смотрится рядом с такими фактами.Женщина из союзного дома тихо ахнула.Седовласый Вейр побледнел от гнева.— Вы забываетесь.— Нет. Я вспоминаю себя.Она обошла его, и служители Палаты пошли следом.На лестнице сверху послышались шаги.Рейнар спускался быстро, но не бегом. Он уже сменил церемониальный камзол на тёмный сюртук без родовых украшений, только обруч на запястье всё ещё мерцал серебром. Видимо, успел побывать в верхнем крыле, отдать несколько распоряжений и услышать достаточно, чтобы лицо стало жёстким.Он остановился на нижней ступени.— Что здесь происходит?Никто не ответил сразу.И это молчание было красноречивее любой жалобы.Элиана посмотрела на него, потом на Вейров у прохода.— Твой род учится обсуждать судебные решения в коридорах. Пока не очень грамотно.Седовласый мужчина резко повернулся к Рейнару.— Лорд Вейр, мы всего лишь выразили беспокойство. После ночного скандала дом полон слухов. Люди говорят, что госпожа Арден намеренно тянет дело, чтобы вернуть себе место рядом с вами.Вот оно.Прямо, вслух, почти официально.Элиана почувствовала, как служители за её спиной напряглись. Теперь слух был произнесён при свидетелях Палаты. Значит, мог быть внесён в жалобу. Или опровергнут.Всё зависело от Рейнара.Он медленно спустился на последнюю ступень.— Кто говорит?Седовласый Вейр не сразу понял.— Что?— Кто именно говорит?— Это общее беспокойство семьи.— У семьи появилось имя?Мужчина замолчал.Элиана смотрела на Рейнара с неожиданным, почти болезненным вниманием.Он не повысил голоса. Не бросил на неё защитный взгляд. Не сделал красивого жеста. Просто потребовал источник. Именно то, что должен был сделать в тот день, когда кто-то впервые принёс ему «доказательства» против неё.Поздно.Но теперь она видела, как он сам замечает это «поздно».Рейнар перевёл взгляд на всех троих.— До завершения проверки Селесты Мор любые разговоры о мотивах Элианы Арден считаю попыткой давления на свидетельницу дела, связанного с родовым контуром Вейров.Слово «свидетельница» легло в коридор тяжело.Не бывшая жена.Не обвиняемая.Не ревнивая женщина.Свидетельница.Седовласый Вейр сжал губы.— Лорд Вейр, вы ставите её слово выше спокойствия рода?— Я ставлю проверку выше слухов.Элиана не отвела глаз.Слова были правильными.Очень правильными.И всё равно в груди что-то больно кольнуло: так легко, оказывается, было сказать это тогда, в зале. Так просто. Одной фразой. Одним выбором.Рейнар посмотрел на неё, и, кажется, понял.Не всё. Не глубину. Но достаточно, чтобы его лицо стало чуть темнее.— Элиана, — сказал он уже тише, — документы собраны?— Почти.— Тебя проводят туда, куда ты скажешь.— Меня уже проводят служители Палаты.— Хорошо.Он не стал настаивать.Она кивнула и пошла дальше.Только у выхода из коридора Рейнар догнал её.Не взял за руку. Не перегородил путь. Просто остановился рядом, выдерживая расстояние.— Мне нужно увидеть браслет.Элиана медленно повернула к нему голову.— Какой именно?Он понял по её голосу.— Тот, что тебе прислали.— Ты уже знаешь?— О коробке мне сообщили служители. О браслете