Звёзды, пламя и сталь. Книга 6 - Игорь Викторович Лопарев

— Ну и?

И никто из сидящих за этим столом не поднял глаз к потолку. А зря. Ибо на потолке сидело крупное насекомое, цветом точь-в-точь такое же, как и панели, которыми был обшит потолок. И любой, глядя на этого таракана тут же сказал бы себе: «Ба, да он прислушивается к каждому слову»

— Ну, раз у вас нет вопросов, то я начну, — сказал квартерон, — меня зовут Кинси Лерок.

Глава 8

— Главное успокоить свои нервы, паника мне не поможет… — мысли метались в голове Яруны, как испуганные тушканчики, — не надо нервничать, надо искать выход, надо искать. Должен же быть хоть какой-то выход…

Девушка подняла голову и встретилась взглядом в тощим мужчиной, который смотрелся довольно пожилым, лет под пятьдесят.

Он был одет в мятую тонкую пижаму, седые волосы топорщились неровным ёжиком, кожа была бледной с синими прожилкам и на глазах покрывалась пупырышками — тут было, откровенно говоря, не жарко.

На щеках трёхдневная щетина, под глазами мешки. Но сами глаза — холодные и ясные, смотрели на неё без страха, равнодушно, и, в то же время, изучающе… Как будто она не более, чем букашка на предметном стекле старинного микроскопа.

— Меня зовут Яруна, — она честно старалась, чтобы её голос не выдавал её внутреннего состояния, получилось не очень, так как он всё равно подрагивал, — Яруна Моулетт.

— Меня зовут Черис Квабло, — хрипло каркнул мужчина, и сразу умолк. Видимо он и не ожидал, что его горло сможет выдавать такие скрежещущие звуки. — Не пугайся красавица, — криво улыбнулся он. Похоже, что и лицевые мышцы были ему не особенно послушны, — мы с Беном недавно из криокамеры, так что наши тела ещё не полностью отогрелись, а потому и случаются такие вот казусы, — и он зашёлся хриплым лающим смехом.

— Моё имя Бен Герберо, — голос второго мужчины тоже был каким-то шершавым, неряшливым, — и я лидер группы. А потому я буду говорить от имени всех моих людей. Черис же, — он кивнул в сторону сидящего рядом, — моя правая рука, — он усмехнулся, — ещё с тех пор, когда руки наши были тёплыми.

— Что вы этим хотите сказать? — удивилась Яруна.

— Только то, что было сказано, — внезапно Черис плавным слитным движением потянулся через стол и коснулся руки Яруны кончиками пальцев. Девушка едва слышно пискнула и отдёрнулась всем телом, чуть не опрокинув стул, на котором сидела. Это касание обожгло её, словно ледяная молния хлестнула по руке.

— Я ответил на ваш вопрос? — он посмотрел на неё с насмешкой и превосходством.

— Д-да, — чуть заикаясь ответила Яруна. Сейчас она сама себе активно не нравилась. Ведь вместо того, чтобы сохранять спокойствие, она вдруг стала метаться, как курица, которой отрубили голову.

А причина всему этому была одна. Диплом пси-мастера она когда-то купила. Очень давно. Нейронная сеть у неё была неплохая, пятого поколения. Но… Но её собственный пси уровень был до обидного низок — всего лишь D5,а потому, даже с учётом всех усилений, которые она смогла себе позволить и возможностей нейросети она смогла поднять его до уровня С8. Всего лишь С8…

То есть, сейчас возможности её пси были очень слабы. Она не дотягивала даже до минимального уровня чистокровных аграфов, где нижним пределом пси был уровень С5. До сих пор её спасало только то, что она была неплохим природным эмпатом.

То есть её эмпатия позволяла чувствовать, какие эмоции испытывают разумные. Воздействуя на эти эмоции, где-то делая их сильнее, а где-то и притупляя их, она могла производить несложные манипуляции.

Но стоило ей только столкнуться со сколь-нибудь серьёзным ментатом, или даже просто человеком, которому хороший ментат или пси-мастер ставил защиту или какие-то блоки, так она сразу понимала, что тут ей ничего не светит. На таких людей она воздействовать не могла. А тут её сплошь окружают именно такие. Взять, к примеру, того же Пхукунци, или этого Чериса, у которого эти ментальные блоки чуть ли не из ушей торчат…

Но сейчас она ударилась в панику совсем по другому поводу.

По пути сюда её накрывало прямо-таки физическое ощущение чего-то липкого, обволакивающего… Прислушавшись к эмоциям окружающих она поняла, что это эмоции забавного, как ей раньше казалось, толстячка в оранжевой тоге. Но сила, с которой её этот толстячок, Мганга Пхукунци её вожделел, пугала до дрожи.

Но и это не всё… Немного изменился и спектр эмоций её нанимателя по отношению к ней. Если раньше он относился к ней, как к члену команды, то теперь…

Теперь он изменил своё отношение. Сейчас он воспринимал её, как актив, который…

Который можно обменять на что-то полезное…

И она тут же ясно представила себе, кому она может достаться, если этот холодный ублюдок, Кинси Лерок, решит расплатиться ею за этих небритых мужиков в пижамах… И понимала, кому в этом случае она достанется. И кто после этого будет её с превеликим удовольствием использовать по назначению. И изменить что-либо не представлялось возможным — некому было за неё заступиться, да и сама она не могла оказать никакого сопротивления.

И скоро она станет совсем податливой и послушной, поскольку голову её наверняка обнимет элегантный обруч. Может его и стразиками украсят. Только это слабо как-то утешает…

Это знание делало панику, постепенно охватывающую её, всё менее и менее управляемой. Но паниковать было нельзя. Только хладнокровие и осмысленное поведение может дать ей хоть какой-то, пусть мизерный, но шанс… Но никаких шансов пока не просматривалось. Оставалось надеяться только на то, что ей всё это показалось.

— И что скажешь, Бен? — слава Ушедшим, нейросеть-симбиот без последствий перенесла криокамеру и перепад температур. Мыслесвязь работала, и это позволяло общаться, имея при этом хоть какую-то уверенность в том, что те, кому этого слышать не следует, так ничего и не услышат…

— Ну, что я могу сказать? — мыслесвязь, встроенная в продвинутую био-нейросеть производства Империи Таори передала даже эмоциональную окраску в виде горького смешка, — мы по прежнему в заднице… И сейчас нам надо выяснить, что этот сын свиньи и аграфа из-под нас хочет. Но ты это, веди себя поскромнее, Черис. Не борзей, а то