Особое задание - Михаил Дорин

— Светлана, это не займёт много времени, — улыбнулся Казарин, и Сарская вернулась на место.

Казарин тяжело опустился на свой стул, придвинул к себе растрёпанную папку и заговорил уже сугубо по-деловому.

— Ситуация, товарищи командиры, сложная. Завод работает на износ, но пока нам передали только две машины Ла-5. Они его здесь ещё и ЛаГ-5 почему-то величают, но проходит по документам он как просто Ла-5. Оставшиеся восемнадцать самолётов ещё в цехах. Если заводчане не подведут, всю группу укомплектуем в январе. До тех пор работаем с тем, что есть.

— Насколько самолёт вообще облётан и опробован? — спросил я.

Казарин пожал плечами, но вопрос-то я задавал не ему. Это у Светы может быть информация практически из первых уст.

— Первая партия уже находится в одном из полков на Юго-западном фронте. Показатели хорошие. Сначала не хотели нам давать Ла-5. Мол, самолёт новый, девочки ещё разобьют, но… дали, короче, — объяснила Света.

Как по мне, удивительно, что на новый и не совсем ещё обкатанный самолёт посадят девушек, у которых нет боевого опыта. С другой стороны, не у всех испытателей и лётчиков-инструкторов он есть.

— Дали. А теперь мучайся, — пробурчал Казарин, а потом вновь широко улыбнулся Сарской. — Вы на свой счёт не воспринимайте, Светлана. В вашем опыте я не сомневаюсь.

— Спасибо, товарищ командир, — расплылась в улыбке девушка в звании старшего лейтенанта.

Казарин довёл, что необходимо будет выполнить каждой из девушек несколько проруливаний и пробежек по полосе на Ла-5.

— Ежедневно, можно вечером и ночью, гоняем всех по знаниям кабины. Пусть учат, пока по кончику носа пот не побежит, а в глазах звёздочки не заиграют, — слегка стукнул Казарин по столу, смотря на реакцию Светы.

Очень уж мой командир полка перед девушкой разошёлся. Ну а Свете, видимо, нравилось, что она в центре внимания сразу двух мужиков.

— Так, Андрей Николаевич, а ты что ж ничего не предлагаешь? Отойти от первого знакомства с… девчатами не можешь? — спросил у меня Казарин и ехидно заулыбался.

— Ну, почему же. Мысли есть. Мне нужно проверить технику пилотирования у подчинённых.

— Хорошо. Сколько надо человек проверить? — спросил Казарин, взял карандаш, приподнял кружку, чтобы отпить чай, и приготовился писать.

— Всех. Причём по полной, — ответил я.

Антон Иванович закашлял ещё сильнее и чуть не разлил чай от неожиданности.

— Как всех и по полной? Я тебе где столько бензина найду?

Также я предложил отработать воздушный бой сначала на уже освоенных девушками УТИ-4 и Як-7УТИ.

На Як у меня допуска не было, но в эти годы пройти подготовку на этом самолёте было недолго. Тем более в Сейме на стоянке я видел несколько Як-7УТИ.

— Составим программу контрольно-вывозных полётов. С каждой из девушек сделаю по два-три вылета в зону. Этого будет достаточно.

Казарин недовольно заворчал себе что-то под нос. Я смог разобрать только «блин» и «умник».

— Значит… — начал говорить командир, но я решил не останавливаться и продолжил.

— Мне нужно проверить, как они держат машину на взлёте, как реагируют на сваливание, как они ориентируются после пилотажа.

Светлана, сидевшая рядом, одобрительно кивнула.

— Товарищ комполка, абсолютно согласна с Андреем Николаевичем. Техника пилотирования на самолётах с мощным мотором требует других рефлексов. Не говоря уже о маневрировании во время воздушного боя. Товарищ Михайлов это знает не понаслышке.

Я перевёл взгляд на Светлану, затем снова на Казарина. Тот внимательно смотрел на меня недовольным взглядом, скривив губу.

Казарин тяжело вздохнул, понимая и нашу правоту, и что он перед Светой себя должен показать.

— Добро. Но горючее экономить! Я договорюсь, чтобы нам выделили лимит из местного 2-го Запасного полка, и за него не вылезать.

Казарин с шумом захлопнул папку и отбросил карандаш на стол.

— Если вдруг у вас не выйдет, вы можете сказать мне, — кокетливо подмигнула Светлана Казарину.

Командир полка отпустил нас, и мы направились к выходу. У двери Светлана грациозно кивнула Антону Ивановичу, и тот попытался изобразить на прощание галантную улыбку, но вышло весьма скомкано и суетливо.

После беседы с командиром мы вышли в коридор нашего мужского барака. Сарская запахнула свой реглан, поправила ремень и с улыбкой заглянула мне в глаза.

— Не волнуйся, Андрей. Девочки у нас все как на подбор. Раскова сама отбирала. Самых опытных и подготовленных отдала в истребительные полки. Я вот не переживаю, — произнесла Света с лёгкой усмешкой, доставая мундштук.

Я остановился и посмотрел в эти весёлые карие глаза. Конечно, Светлана не новичок в авиации, но она меня немного не поняла, когда я предложил заново всех «провезти» на спарках.

— В старательности и прилежности девушек я ни капли не сомневаюсь, Светлана. Но одно дело крутить бочки и петли над родным аэроклубом в мирном небе, где твоя главная проблема — это строгий инструктор на земле. И совершенно другое дело, когда у тебя на хвосте плотно сидит пара мессеров и поливает трассерами, или когда тебе самой надо удержать в прицеле врага на крутом вираже, теряя сознание от перегрузки. На войне оценки не ставят и аплодисментами не одаривают.

После обеда, как я и планировал, нужно было познакомиться со всеми девушками-лётчицами. Техсостав буду изучать уже в процессе и через старшего техника эскадрильи.

Для «собеседований» я занял крошечную каптёрку в дальнем конце барака. На стеллажах в этом помещении лежали большие стопки постельного и нательного белья. Из мебели тут был шаткий стол, пара табуретов да керосинка «летучая мышь», от которой на стенах были тусклые жёлтые блики.

Я разложил перед собой тетрадь, свой блокнот и написанные руками девочек данные. Первая, с кем я побеседовал, была мой заместитель Дуся Синичкина.

— Что ещё можете рассказать о себе? — спросил я.

Евдокия пожала плечами, прикрывая от усталости свои зелёные глаза. Впрочем, то что она имела огромный опыт полётов на УТ-2 и И-16, была инструктором в Свердловском аэроклубе, а потом ещё и закончила Качинскую военную авиационную школу, было вполне достаточно. К тому же, она успела послужить в 34-м истребительном авиационном полку ПВО на МиГ-3.

— Что сказать… Я крестиком умею вышивать, — призналась Дуся.

Я улыбнулся, но в блокнот себе эту «суперспособность» отметил.

Следующей зашла командир звена лейтенант Громова.

— Товарищ старший лейтенант…

— На этом достаточно. Присаживайтесь, Ольга Викторовна.

У этой девушки был колючий взгляд, маленькая родинка под левым нижним веком, а в разговоре не было ни одного лишнего слова. Настоящий суровый боец, которая к тому же окончила Херсонскую авиационную школу и участвовала в парадах в Тушино.

А вот следующая девушка вошла так, что было