Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

— Не святотатствуй. Но практически да. Только и того, что мы совсем не Боги и смертные люди.

— И в чём же тогда это выражается?

— Только не задавай лишних вопросов. Хорошо? Суть в том, что я отвечаю за разведку, поисковиков, ну и, естественно, за обучение наших бойцов, и все военные действия. Отец — за все виды производства, то есть, от организации огородов, рыбалки и охоты, до обустройства полей, и попытки исследований недр Выборга и остальных, подконтрольных нам крупных островов. А мама — за контакты с Организаторами Эксперимента в виде заказов, за кухню и быт. Ну и общее руководство всеми, включая мной и папой — а то, честно говоря, мы иногда сильно зарываемся.

— Так к вам…?

— Да-да! Об этом я и хотела рассказать чуть попозже, но и подробнее. На третье утро после моего тут появления, только я успела закончить разминку и собралась окунуться, а батя издал очередной вопль бешеного ирокеза на тропе войны, выудив какую-то по счету рыбу из воды. Как за нашими спинами раздался столь привычный собачий лай и мамочкин голос:

— Тааак? А куда это меня нелегкая занесла? И вы, мои милые, уже тут? Давно ли? Судя по одежде — явно не сегодня.

— В те, самые первые минуты, лично для меня эта её невозмутимость была шоком. Ведь дома, да и на работе, или в общении с друзьями-знакомыми-родственниками мама была… ну, не совсем робким, и частично испуганным человеком. А тихой и благовоспитанной женщиной, со строгостью, очень редко у неё проскакивающей. Но такой, такой… Какой она была в то утро, и осталась до сих пор, я мамочку никогда не представляла.

— Ну и чём тогда закончились ваши объяснения? И о каком собачьем лае ты упоминала?

— У нас в то время дома жила наша собака — моя мечта, шестимесячный щенок стафф-терьера, которого подарили на день варенья. И две собачки соседей, что вот только уехали в отпуск на Кавказ — тоже щенки, но только пятимесячные, лаечки. Дядя Сеня егерьствует, и взял их себе по нужде, для службы. Вот у мама' и был утренний моцион — каждое утро, с восьми и до полдевятого выгуливать всю гавкающее-мяукающую стаю. Да-да! У нас были ещё и кот с кошкой, и кошечку подогнали все те же соседи. Кстати! Они должны вернуться уже через три дня, и представляю их шок, когда не найдут ни нас, ни своих животных.

А объяснения чем закончились? Да, в принципе, ничем. Провал хрен его знает куда со стороны матери был воспринят так, как будто это с ней происходит минимум каждую неделю, если не говорить, что чаще. И больше всего меня в тот момент поразило только одно — строго одетая женщина чуть ли не с визгом отпустила с поводков своих подопечных, мгновенно разулась. И, так как утрами у нас, не смотря на середину лета, на траве частая роса, и она была не в офисном костюме и туфлях. А в прикиде, честно слизанном лично у меня — то есть высокие берцы и тактический пустынный камуфляж, так как именно их я недолюбливала, а парни из команды снабжали одежкой, не скупясь. Вот она летит к воде босая, на бегу сбрасывая всё с себя, и уже почти у кромки сняв белье, голышом бросается в море.

— Лиса, не медитируй, присоединяйся, — вынырнув уже метрах в десяти от берега, позвала меня, — и ты, старый, бросай свою рыбу к чертям собачим. Кууупаться!

Мы с батей переглянулись, и последовали за ней — но только не в таком наглом виде. Я, правда, лифон сбросила — мочить в солёной воде это изделие узкоглазых мастеров явный моветон. И к трусняках залезли в теплую, что парное молоко, воду…

— Последние дни меня все прямо колобродило от предчувствий близких изменений, — рассказывала, лежа на уже горячеватом песке животом и светя на всю округу своей классной попой, мама, — я уже и одно продумала, и к другому вроде как подготовилась.

— Это ты о чём? — настороженно спросил, покосившись на неё, отец.

— Подумывала, что Алиса наконец нашла себе пару по душе, и собралась с ним сваливать из отчего дома. Но, как показало наблюдение, она даже с прежним вполне успешно мягко разосралась, но некоторые отношения всё-таки поддерживает. На тебя, пенек старый, были подозрения. Хоть ты и старше меня, но по отзывам подруг и соседей — внешне ещё ого-го какой мачо.

— Ну и причём тут я?

— А твои юные секретарь и помощница? Только мне сбросили видео, как они на тебя горящими и восхищенными глазками смотрят, так сразу заподозрила неладное, вспомнив былое. Но и в этом случае вышел пролёт. Правда ведь?

— Сдурела. Явно. Одна из них — это внучка моего учителя, ещё из института, а вторая — дочка, самая младшая, наставника на верфи. И обе пришли зарабатывать себе бонусы на учебу, ведь им всего по семнадцать, ну и в поисках возможно-вероятной пары. А ты что, подумала — что я на малолеток запал? Во, чокнутая.

— Во именно это я и выяснила. И оказалась на распутье. Предчувствие так и орёт: вот-вот что-то будет. А с кем и когда, не говоря какое — молчит. А оно вот что, — и развела руками в стороны. — Те россказни, что вечерами Лиса читала, неожиданно, совершенно неожиданно воплотились в жизнь? Я права, милые и родные мои?

— Ну-у-у? — промычали мы оба в один голос.

— Тогда давайте колитесь, что здесь и как? И что нам всем ожидать в самом ближайшем будущем?

Потом был рассказ. Вначале мой. Но когда родители услышали о той истерике, очень сильно удивились. Я ведь все последние годы была таким себе храбрым и непобедимым оловянным солдатиком. А, как внезапно оказалось, тоже была с нервами и тараканами в душе и мозгах. Но особо сильно виду не подали. Потом о себе поведал папа', и тоже, лично для меня совершенно ничего нового. Но зато в его откровениях были впечатления о том, как я с ним себя вела — и так вышло, что ему это понравилось. Сильно. Ведь его дочь — не тряпка, а строгая и требовательная девушка, знающая чего хочет и от себя, и от других, и, тем более, от жизни.

Дальше мама прочла первый, начальный текст на комме, и мы