Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха - Александр Вайс

изящное тело, пошел черный дым. В приближении я видел, как кожа буквально закипает. А дракон уже выпустил из зубов крыло и собирался откусить изящную голову с огненным хохолком.

По глазам ударил ослепительной свет. На месте, где сражались твари, теперь бушевал огненный смерч. Дракон весь обгорел, рывком отлетел назад, снова взмахнув поврежденными крыльями. Но птица огненной однокрылой кометой метнулась в его сторону и пробила насквозь грудь, оставив за собой шлейф черных ошметков. До меня докатился сверхзвуковой хлопок.

Теперь пламенная вспышка прошла по лесу, куда угодила птица. Дракон же падал на мертвую землю. Зеленое пламя погасло, крылья рассыпались на части.

Птица также не поднялась в воздух, все стихло, лишь поврежденные участки леса продолжали догорать. Видимо… взаимное уничтожение.

– Боевого киборга мне в койку… какого класса эти твари? – выдохнул наконец я. – Говорите, четвертый класс максимум обитает? Да они первого по всем параметрам! Очень крепкого первого!

Подобная тварь осколочного мага на шашлык пустит довольно быстро, только толпой наваливаться. А их тут две схлестнулось!

Я подождал немного. Лес продолжал гореть, но в остальном все было тихо, признаков жизни существа не показывали, и я направился к поверженному дракону. Мне навстречу неслись всевозможные летающие птицы, по земле бежали монстры. От магической катастрофы все убегали, не понимая, что она уже закончилась.

Дракон частично распался. Видимо, магия, удерживающая его в цельном состоянии, ушла.

– Вопрос… есть ли в тебе что-то ценное? Ну-ка…

Я стал его сканировать всеми методами. Центр мощи обнаружился в перекореженной голове. Мне было слегка страшно приближаться к неизвестной твари такого класса. Вдруг рванет, как та? Но все же снял со спины меч, по нему непрерывно текла моя мана, не давая искажению обломка сломать его. На лбу дракона обнаружился небольшой белый рог, что я стал отковыривать. Всего пара ударов, и он отлетел… и распался пылью. Под ним виднелся неожиданно небольшой белый полупрозрачный кристалл с зелеными прожилками, расползающимися внутри сетью, как будто это «плазменной шар». Буквально семь сантиметров в диаметре, но мощи в нем много.

Он даже сейчас был полон странной энергии, что продолжала течь в мертвое тело. Я аккуратно коснулся его пальцем… ноль реакции. Никаких странных ощущений или тревожных сигналов брони. Сковырнул его мечом и вынул, на всякий случай, сразу убрав в мешок.

В поле зрения начало происходить что-то странное. Повинуясь жесту, в левую руку скользнул пульт, и я резко отлетел назад… тело дракона рассыпалось как тот белый рог, становясь прахом и энергией.

– Да что за долбанутый мир… интересно, а у птахи есть такой же кристалл?

Я поднялся чуть выше и увидел вдали длинную выжженную борозду и погасшую оранжево-красную тушку в конце. Двинулся к ней, надо быстрее закончить и валить отсюда.

Когда я уже подлетал, тело огромной птицы внезапно воспламенилось, и я стал спешно улетать к разлому. К черту, мне очень интересно, безумно интересно, но предпочту не ждать, что там произойдет. Может, она рванет сейчас как тактический ядерный заряд.

Сзади вспыхнула волна пламени, не тронувшая лес. Я уже видел разлом, когда мимо меня мелькнула небольшая пламенная тень…

Грязно выругавшись, я усилил щиты на предел и приготовился защищаться. Как эта тварь выжила?!

А чего она такая мелкая?

Птица была размером хорошо если в одну пятую от изначального. Пламя же было совсем слабым, да и жара не ощутил. Она смотрела на мешочек в моей руке.

– Уни…ч…тожь… – проклекотала. Шикарно, еще один разумный монстр. Я же медленно открыл коммуникатор и выкрутил внешнюю громкость на максимум. Заодно включил переводчик с древнего.

– Уничтожить этот… кристалл?

– Да… или… станешь… им.

– Кем, этим… змеедраконом? – я охренел и стал опасливо коситься на штуку. – Разве оно не мертво? Откуда ты знаешь язык?

– Мы… апостолы… когда-то. Ты… человек… друг. Он не… мертв. Захватит ближайшее тело… когда окрепнет… Много раз… сражались – сотни…

Отлично, у нас тут почти бессмертные создания… и они апостолы?! Тоже изменились под влиянием осколка?

– Тогда почему вы все еще не уничтожили друг друга? Ты пришел в себя раньше, – у меня было охренительно много вопросов. Но я решил начать с логичного и касающегося столь важной темы.

– Не… можем. Слишком прочны для… нас – обжигает.

– У меня много вопросов… но мне трудно оставаться в этом осколке долго. Можешь рассказать о прошлом? Ты знаешь, что за светящимися штуками – разломами, другие клочки земли?

– Помню… жалкие обрывки, – разбирать речь существа было трудно, но оно начинало говорить все четче, словно вспомнив язык. – Забыла… имя. Знаю… от ходивших тут людей… давно, очень давно. Мы долго спим, плохо себя контролируем, когда сильны. Разум слабеет, когда сила возвращается. В прошлый раз… когда я победила… он уже возродился и убежал. Его… нужно уничтожить…

«Победила». Это существо было женщиной?

– Если этот кристалл вынести из осколка, он, скорее всего, быстро разрушится, тут иные законы магии.

– Нет… белая аномалия меж мирами… рушится, если коснется нас…

Вот тут меня пробрало. Если бы я попробовал вынести это из осколка, неся в руке, скорее всего, либо остался бы без руки в этом мире, либо меня бы располовинило. Если бы я был быстрее или не полез проверять его… ух…

Но у меня тут бесценный источник информации. Лишь бы она оставалась мирной.

– Тогда… как я уничтожу его, если это не можешь сделать ты? И зачем вы сражаетесь, если разумны? Вами движут инстинкты? Кем вы были? Что было в этом месте раньше? Прошу, скажи все, что знаешь. Я хочу узнать о прошлом осколков. Только мы можем приземлиться? Мне трудно долго находиться в небе и вообще в этом мире.

– Пошли… но я буду далеко… мне больно слишком приближаться к нему…

Птица на скорости километров шестьсот в час полетела к разлому и села поодаль на ветвь дерева. Она продолжала гореть, но даже не опаляла листья. Я приземлился рядом и пока положил кристалл подальше.

– Я… рада… могу… поговорить, – пророкотала она. – Можешь… лицо… пожалуйста…

Я снял шлем, воздух тут безопасный. Уверен, оно зла не желает, более разумно.

– Спасибо… ответы… я дам… при условии…

Она затихла, слишком надолго.

– Каком? – не выдержал я.

– Потом… убей и меня. Я не могу так больше… в одиночестве… сотни и сотни… в неправильном мире. Мне нельзя оставаться… живой.

Я не знал, что сказать, но… С моей позиции я против… но если такова ее воля.

– Постараюсь, но все еще не уверен, смогу ли – обещаю.

– Тогда… история. Я… апостол… нет… ученица… Радоса.

Я пошатнулся.

– Ты ученица