"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

Возвращались мы не напрямик, не через гребень, а по берегу. Солнце село, и над головой разгорались крупные южные звезды. Йарра шел чуть впереди, я за ним, задумчиво глядя под ноги: танец графа все еще стоял у меня перед глазами. Я тоже хочу так уметь! И сделаю все, чтоб научиться!..

А еще… Йарра учит меня, выходит, ему снова что-то нужно? И раз так. Сиятельству придется снять с меня эту блямбу, — дернула я браслет. Выходит, у меня теперь двойной стимул.

— Я могу спросить, господин?

— Ну? — повернулся Йарра.

— Почему вы… не сказали раньше? Не объяснили?..

Сиятельство пожал плечами, выражения его лица в темноте я не разглядела.

— Знаешь, Лира, я всегда был уверен, что слово «тренировка» означает именно тренировку, а не что-то еще. И не подозревал, что придется пояснять очевидные вещи. Ты же знаешь рисунок танца с лучами, неужели тебе не пришло в голову, что это тоже танец, но другой?

— Простите, господин… — прошептала я.

— Надеюсь, теперь ты будешь более прилежна.

— Да, Ваше Сиятельство.

— Отлично, — кивнул он.

Впереди показалась лодка. Я догнала графа, и в освещенный факелом круг мы шагнули одновременно.

Я перестала халтурить и жалеть себя. Теперь, когда у меня снова появилась цель, а впереди забрезжила надежда избавиться от поводка, я пахала, как… одержимая? нет, не то… проклятая, вот! — примите, Светлые, шебутную душу Кайна, и едкие замечания графа сменились одобрительными кивками и легкими прикосновениями: «Чуть выше. Прижми локоть. Да, вот так».

К побудке Сиятельства я была уже на ногах и даже успевала размяться. Под чутким руководством Йарры бегала, прыгала, плавала, отжималась — ни гроба, ни савана тому, кто это придумал! — перевязывала ладони и лазила по мачтам — однажды даже помогла сменить парус, прыгала по лестнице, ведущей в трюм, отрабатывала статику, прятала набитые синяки, а утром начинала сначала.

И быстро возвращалась в форму. У меня даже бедро болеть перестало.

— Все благодаря правильному настрою, — глубокомысленно заявил Рени. Маленький целитель сидел на высоком табурете и болтал ногами, глядя, как я перетекаю из стойки в стойку. — Вы настроились на желаемое, и организм мобилизовал все силы. Но как лекарь должен предупредить, что вам нужно больше отдыхать.

И этот туда же.

Я бы с куда большим удовольствием работала на палубе — ветерок, солнышко, воздух восхитительный, но ворчание Сэли — «сядьте, вы-же-женщина» — выводило из себя, а его болтовня о Вольных Городах Тэха-Эн и Линнеи сбивала весь настрой. В теории я, конечно, могла бы попросить степняка замолчать, но на практике… Он же почти как Йарра, таким слугой попробуй покомандовать! Проще в каюте спрятаться — и от него, и от Сиятельства, велевшего отдыхать.

Рени, в отличие от Сэли, не раздражал: злиться или сердиться на этого маленького человечка было просто невозможно. Смешливый, улыбчивый, предупредительный — эдакий добрый дух корабля, — он стал единственным, кому я смогла рассказать все. Совсем все. Даже о детстве, даже о матери. Даже о Стефане — о старшем брате Йарры я никогда не говорила ни с Тимом, ни с Раду. Еще о Джайре, и даже о том, что нищенствовала, — подумалось, Рени не станет меня за это презирать.

А началось все с того, что целитель похвастался летающим ковром — мол, у него такой в Фарлессе остался.

— Большой, с половину каюты! Я на нем над городом и пустыней летал! — развел он руки в стороны и побежал вокруг стола, показывая, как это было здорово.

— А я зато мантикору убила, — не придумала я ничего более поразительного.

— Как? — споткнулся Рени. — Где? Когда? Я видел мантикор, это ужасные звери!

— Давно. — Я потерлась щекой о плечо — шрам исчез, но привычка осталась. Выдохнула, наклонилась, обняла колено, растягивая в шпагате левое бедро. — Десять лет назад, неподалеку от замка.

— То есть вам было… — подсчитал Рени, — вам было восемь?

— Угу.

— Как это случилось, госпожа? — сел он на пятки, глядя на меня огромными шоколадными глазами.

Ну я и рассказала, умолчав, правда, о флере и алмазах. Потом перескочила на Роха, с него на Джайра Сорье и того гаденыша, что травил меня в замке князя. Потом на княжескую кухню. А в конце — на Стефана.

— Почему вы плачете, господин Литами?..

Карлик вытер лицо и осторожно, будто боялся, что оттолкну, погладил меня по плечу. Я его потом еще и утешала, представляете?

— Ну что вы, все же хорошо. Я в порядке, правда, — улыбнулась я, когда Рени забормотал о травмах детства. — Мой брат говорит, о прошлом стоит думать, только если можешь что-то изменить. А если нет — извлеки из случившегося урок и живи дальше.

— Ваш брат — мудрый человек, госпожа, — шмыгнул носом Рени.

Мудрый, да. А еще гад, и при встрече я ему лицо разобью, я обещала.

О том, что я шильда, Рени догадался сам. Причем упомянул об этом совершенно между делом, будто в мире нет ничего обычнее ведьмы.

— Госпожа, я же у пустынного колдуна учился. А моя подруга, Фьоли, дочь песчанницы и огненного мага. На юге совсем другие нравы…

Только мы на севере.

— Рени, не вздумайте рассказать графу о своих догадках. Или он знает? — озарило меня. — Вы поэтому до сих пор на корабле?!

Карлик замолчал и отвернулся.

— Ваше Сиятельство! Мы можем поговорить?

— Господа, — извинился граф перед офицерами и, крепко взяв меня за локоть, отвел в сторону. — Я слушаю.

— Отпустите, пожалуйста, Рени. Он никому не расскажет обо мне, он…

— Это невозможно, — отрезал Йарра.

— Но…

— Нет, Лира. Иди к себе.

— Вы мне желание обещали, помните? Любое. Я прошу вас не трогать Рени Литами и позволить ему уехать, — уставилась я в холодные светло-голубые глаза Его Сиятельства.

— Это неразумное желание, — поморщился граф.

— Вы обещали. Пожалуйста, господин! Я прошу вас!.. — молитвенно сложила я руки. — Пожалуйста!..

— Хорошо, — сказал после паузы Йарра. — Я отправлю его в Фарлесс. Но позже, мне сейчас не до того.

— Спасибо, господин! — чуть не подпрыгнула я, представив радость Рени. Честно говоря, я совсем не рассчитывала на удачу.

— Пожалуйста, Лира… Причешись, у тебя волосы растрепались, — сказал граф и долго заправлял мне за ухо выбившуюся прядь.

Сэли стукнул по стене, предупреждая о приближении Йарры, и я поспешно натянула тунику, схватилась за книжку, имитируя чтение. Подыгрывавший мне Рени захихикал, прикрывая ладошкой рот, и состроил восторженную физиономию.

«— Так как, вы говорите, называется это блюдо? — сыто рыгнул Плюм.

— Купидончики, — процедила Эмеральда.

— Хороши, засранцы!»