Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

во что превратился жилой отсек. Капитальный ремонт ждет нас. «Вот и обновим интерьеры», — тут же нашел положительный момент. Широкие кольцевые коридоры с пандусами-переходами оказались слегка захламлены, но в общем и целом с честью пережили испытания. Трюм хоть и освещался пробоиной, но основная часть принайтованного груза осталась на месте. Контейнеры повышенной защищенности и надежности стоили переплаты. Послать, что ли, Джаббе открытку? Нет, еще разнервничается, помрет раньше положенного. Пусть живет, слизень.

Вообще, не смотря на все произошедшее, и стонущую от ежесекундных смертей Силу, чувствовал себя бодрячком. Никогда себя так легко и свободно не ощущал.

— Ну как вы тут? — спросил сидящих на контейнере мальчишек.

— Нормально, — пожал плечами Шак.

— Покувыркались немного, — потер голову Каш.

— А нечего было шлем снимать, — тут же заметил старший.

— Подошвы не сработали? — удивился тому, что дети вообще кувыркались.

— Ну, мы их отключили, — повинился Шак.

— Ясно все с вами, — вздохнул, протягивая чуть засветившиеся руки. — Терпите, лечить буду.

— Угу, — буркнул Каш сквозь зубы.

— С-с-с, — поддержал младшего Шак.

Всегда своеобразно использовал целительские техники. Не просто шишки, ссадины и переломы с прочим разным заживлял, но еще и воспитательный момент привносил. Сегодня особенно хорошо удалось. Именно это и заставило встряхнуться.

— Пап, у тебя глаза желтые, — удивился Каш, когда я убрал лапы и прекратил лечение-мучение.

— Они у меня всегда…

— Не всегда, па, — покачал головой Шак. — Не такие, как всегда.

— Вот как, — задумался над словами, но бесшабашность и эйфория, требовала отмахнуться от ерунды. — Не волнуйтесь, котятки, ситхом мне не стать. Катары…

— А разве обязательно быть ситхом? — удивился Каш.

— Чтобы перестать быть джедаем, — добавил Шак.

— Н-нет, — качнул головой и прикрыл глаза.

Проняло дурака. Устами младенца, чтоб им… «Чего?! А ну-ка, кис-кис подлая мыслишка», — прошипел почти вслух. «Попалась тварь, а теперь веди меня к тому, что тебя породило», — рыкнул, не обращая внимание ни на что более. Прямо в трюме уселся на колени и ушел в глубокую медитацию. Мало сломать шею зверю. Этому — мало. Впрочем, подранок от меня не долго бегал. Тварь скулила и била молниями, но это ее не спасло.

— Вот, теперь обычными стали, — обрадовался Шак.

— Ага, теплыми, — кивнул Каш. — А что это было? — тут же проявил он любопытство.

— Расскажи! — тут же выдали мальчишки в два голоса, даже не переглянувшись.

— Позже, нам сейчас лекарство разгрузить надо. Не чувствуете разве?

— Чувствуем, — поежился Шак, а Каш лишь кивнул и сложил руки на груди.

Разгрузкой занимались роботы и дроны. Смотря на прилетевших басомагцев, просто не мог понять, как они вообще смогли это сделать. Пришлось срочно активировать меддроидов и тут же разворачивать что-то вроде медпункта. Вколоть лекарств и стимуляторов — пять минут. Подкормить, дать немного отлежаться, а там, минут через двадцать-тридцать, хоть и изможденные но здоровые, басомагцы уже более-менее нормально работать могли.

Впрочем, все это прошло фоном. Запустил своеобразный конвейер и самоустранился. Мысли другим заняты были. Прихватил мальчишек и убрался в рубку. Без меня справятся. Слушать благодарности не хотелось. Достаточно и того, что ощущаю в Силе. И вообще, чем меньше народа увидит мою морду, тем лучше. Хвала шлему.

— Па, объясни, что было с твоими глазами, — тут же пристали мальчишки.

— Честно говоря, я и сам не очень понимаю. Из-за своей природы, я не могу пасть во тьму. Верней, как выяснилось могу, но очень своеобразно. Фактически, по понятиям джедаев, это и не тьма вовсе. Однако, утрата самого себя налицо. И это весьма неприятно. Знаете, есть такое испытание. Будущий рыцарь сталкивается со своим отражением, темной стороной. Обычно, все заканчивается поединком. Победить в нем легко, я вообще о проигравших не слышал. Но тут есть один нюанс. Одолев самого себя, ты лишь начинаешь долгий путь искоренения тьмы. Фактически, вся суть испытания — показать проходящему, что он неидеален. У меня же вышло как-то наоборот. Да и то, криво-косо не пойми чего.

Да уж, мягко говоря, сумбурненько вышло, так я и сам, откровенно говоря, не слишком во всем этом разобраться успел. Обстановка как-то не способствует. Вдумчиво посидеть и помедитировать — это позже.

— Мы ничего не поняли, — ответил Шак, переглянувшись с братом.

— Кроме того, что ты справился и снова с нами, — беззаботно улыбнулся Каш и откусил батончик из рациона брони.

Что было на такое ответить? Только обнять и шухер на головах навести. Не рассказывать же, что зверь оказался не просто темным отражением, а воплощал мое прошлое. Откуда он взялся? Не знаю. Возможно, последствия моего попадания. Может и в храме кто ментальные техники к маленькому катару применил. Нет его, вот и слава Силе. Сам как-нибудь разберусь.

Глава 24

Закончив рассказывать сказку и поправив одеяла, зевнул во всю пасть. Пойти бы поспать, но так вставать лениво. Глаза сами закрываются. Не дело это в кресле отрубаться, совсем не дело. Чертов Басомагс. Убрались с него так быстро, как только смогли. Гипердрайв был в порядке, так что оставалось маршевый починить, а потерянного двигателя-пилона все равно не восстановить было. Эксклюзив, чтоб ему. Пришлось на Паркоп лететь. Вообще, как-то по дурацки все вышло, хоть и удачно.

Стоило прикрыть глаза, как всплыло воспоминание переполненного морга. Треть населения умерла, так и не дождавшись помощи. Там задержался, тут время потерял, вот и результат.

— Вот они, — указал на тела медик.

Клайд с Ино лежали рядом и держались за руки. На лбу парня было написано «прости». Глупо это смотрелось.

— Поздно нашли, трупное окоченение, сами понимаете, — объяснил провожатый.

— Кремируйте их вместе, — распорядился отворачиваясь и спеша уйти. Пусть думают, что расчувствовался.

Не могу сказать, что испытал нечто особенное. Вина? Было что-то, но никак не камень на душе. Скорей уж досада на себя. Мог ли изменить их судьбу? Мог. Не стал из-за обиды? Да. Всех спасти невозможно. Еще недавно начал бы обвинять себя и напоминать о том, что самый страшный грех — равнодушие. Вот только не было его. Разве не пытался? Пытался. Не послушали? Что ж, все мы упускаем свой шанс. Кто-то постоянно, кто-то периодически. Им не повезло.

Впрочем, их смерть оказалась полезна уже для моих желаний. Теперь