"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

кого любить. Но есть и семьи, где родители решают, за кого девушка выйдет замуж и как ей прожить ее жизнь. Они могут учить ее, дать ей престижное образование. Но потом выдать ее за совершенно незнакомого мужчину, и уже от него зависит, будет ли она развивать свою профессию или сидеть дома до старости, только рожая и воспитывая детей.

– Чародейки не принуждают теней бросить все и быть лишь семьянинами, – пожал плечами тень. – Они сами стремятся быть ближе к ней, следят за тем, чтобы она была довольна и счастлива. Редко, но бывает такое, что чародейка запрещает сету что-то. Она всегда помнит о том, что тени являются носителями тьмы, и давление даже от «вкусной» чародейки может спровоцировать агрессию в отношении себя. – Он вздохнул и решил поделиться чужим опытом, пропуская меня вперед и продолжая подъем по склону. – Чезар очень сильный тень. Его тьма настолько своенравна, что он начал подавлять свою чародейку. Потому-то и случилась вся эта история с Эливейн Снежной. Она просто бежала от него, пользуясь тем, что межгалактический союз отправлял экспедицию на Землю. А все обернулось катастрофой. Дантон не находил себе места от того, что допустил ее отъезд. А когда она пропала – поседел. Меж ними было слишком большое расстояние, и он не мог переместиться к ней в ее тень. А когда мы ее нашли, выяснилось, что она всех забыла, а Риша на ее руке померкла настолько, что ее даже не было видно.

– И что тогда? – слушала я с замиранием в груди.

– Он дал ей выбрать себе судьбу самой. Дал ей шанс начать новую жизнь, найти нового сета. Даже если бы всю оставшуюся жизнь ему пришлось незримо следовать за ней, больше давить самолюбием и ревностью он не стал бы. Но она снова выбрала его, – улыбнулся Мистиф.

– Выходит, им суждено быть вместе!

– Именно так.

Скалистость склона обогатилась высокими деревьями и кривыми корнями. Воздух стал чуть более влажным. От напряжения во время подъема в теплом костюме стало слегка жарковато, от чего я немного расстегнула его. Дыхание уже стало чуть чаще, сердце забилось чуть быстрее под влиянием историй Мистифа и нагрузки. Беседуя с любимым, я не сразу уловила тихое утробное рычание где-то позади. Огромный серый саблезубый кот появился словно из ниоткуда и сорвался из своего укрытия, нападая на меня.

Сет среагировал мгновенно, прикрывая меня своей… широкой преображенной спиной. Тень объяло буйное сине-зеленое пламя, а его тьма вырвалась на свободу, рванувшись черными опасными лентами навстречу хищнику. В моей голове не успело сформироваться ни одной мысли, кроме возгласа, как здоровый кот был спеленут и отброшен в сторону. Передо мной стоял мой медик в боевой форме. Высокий скелет в объятии буйного пламени. Его костюм не пострадал, лишь растянулся по новой для меня фигуре. Последний раз я видела теней в трансформации в день похищения Анны. Вот тут-то я вновь вспомнила весь тот пережитый ужас: битву теней и кхагартов.

Скелет развернулся ко мне, не прекращая пылать, осторожно протянул ко мне костлявую руку и заговорил голосом Мистифа:

– Все в порядке. Это я. Можешь прикоснуться, не бойся, – он ждал, когда меня отпустят первые волны шока. – Я слышал его. Это молодой норган, – кивнул тень в сторону обездвиженного кота, пытаясь привести меня в чувство.

Я неотрывно разглядывала моего сета, чувствуя жар его пламени. Он ждет моей реакции.

– Ирина? – в голосе тени прорезалась тоска и ожидание.

Вторая костлявая ладонь рефлекторно потянулась к моей щеке, но замерла. Я не стала более медлить и осторожно кончиками пальцев коснулась его пылающих фаланг. Ожога, как в конференц-зале, не последовало. Обычный жар, тепло.

– Это то же пламя, что я видела на «Апале», в день нашей связи?

– Верно. Оно не причинит вреда любимой, даже в этой форме, – смело притянул меня мой ужасающе-прекрасный тень к себе, полностью вовлекая в него. Теперь мы пылаем вместе, объятые неугомонной тьмой, формируя забавный волшебный клубок.

– Я обещала, что не убегу при виде тени в боевой форме. Я просто испугалась столь неожиданного нападения.

В реальность нас вернуло жалкое «мяяяууу» неопытного в охоте норгана. Мы обернулись к нему. Мистиф развеял черные ленты тьмы, и серый кот, прижимаясь к земле, скрылся в чаще: сначала отползая с опаской, затем смелее, скрываясь в густых зарослях склона.

– Я… забыл предупредить, – взволнованно осекся медик. – Ночью в свете звезд на родной планете мы непроизвольно переходим в боевую трансформацию. Но дома, в тени обретаем свой обычный вид.

– То есть любоваться на звезды мы будем вот так? – огладила я его костлявую скулу.

– Да, – он усмехнулся. – Если над нами нет козырька беседки или густой кроны дерева.

– Лучше беседка. Кроны перекрывают вид, да и клещей каких-нибудь нахватать не хотелось бы.

– Клещей?

Весь оставшийся путь мы делились теми ужасами природы, которые встречаются на Земле и Сарфире. Мистиф снова стал похож на человека. Нам было хорошо вместе. В дороге мы несколько раз останавливались, перекусывали, отдыхали. Там, где мне было тяжело цепляться за выступы или преодолевать повороты, сет брал меня на руки. Голова кружилась, виски сдавливало. Легкое чувство тошноты все же дает о себе знать, словно звоночек «поберегла бы ты себя, Ира»! Но нам непременно надо было встретиться с местной покровительницей и матерью – Солун. Этого хочет мой сет, это рекомендуют мне новые друзья.

Когда пещера возникла перед нами, я не сразу сообразила, что мы пришли. На Сарфире уже вечер и наступил закат. Расщелина в горе хоть и была немаленькой, но темной. И, прежде чем шагнуть во тьму, сет немного повременил.

– Я не ходил туда с крещения последней чародейки из рода снежных дев.

– Шелли?

– Да. Мальчиков сопровождали только Дантон и Элли. Далас и Кассиль, – он прикрыл глаза, сделал пару равномерных вдохов, будто собираясь с надеждами и силами, затем уверенно велел: – Идем.

Как только темнота поглотила нас, вдруг сразу стал виден наш путь. И чем глубже мы продвигались, тем светлее становилось вокруг. Сами камни, сталагмиты и сталактиты, светились изнутри.

– Боже, какая красота, – любовалась я ими.

– Да, – улыбался Мистиф, глядя на то, как я тону в разноцветных бликах. – Не забывай под ноги смотреть.

Чуть дальше цветов стало больше розовых и фиолетовых и вскоре мне открылся вид на чудеснейшее озеро внутри пещеры. Оно было большое и круглое, как блюдечко, вокруг него росли фиолетовые, синие и зеленые кусты, цвели с неоновым светом мелкие цветы. А сверху, прямо над центром озера из разлома пробивался уже звездный свет. Первичное