Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

путем капитуляции. В таком случае мы сделаемся рабами Лиги Темных Звезд Негрола Трианского, и править нами будут обдолбанные этой их травой Контролеры. И какой бы несовершенной ни стала наша Империя, она в тысячи раз лучше этого.

— И ты готов бросать на алтарь войны жизни мужчин и женщин? — почти визжал Амхерст. — Ты же видел — как и я, — насколько это ужасно?

— Вот тут-то и кроется основная разница между нами, — спокойно отвечал Брим. — Война пугала тебя. Я сам видел это, когда мы с тобой летали на старом «Свирепом». Она так страшила тебя, что твой отец использовал все свое влияние, чтобы тебя держали подальше от боя. — Он прищурился. — А мы, остальные, продолжали — и продолжаем — драться, потому что потерять свободу для нас страшнее, чем потерять жизнь! Для большинства из нас жизнь без свободы мало что значит. Поверь мне, Амхерст, это я видел на каждой планете из тех, что мы освобождали от твоих приятелей-облачников.

Глаза Амхерста превратились от злости в узкие щелочки.

— Уж не намекаешь ли ты, — спросил он дрожащим от ярости голосом, — что я трус?

— Никаких намеков, Амхерст, — все так же спокойно улыбнулся Брим. — Это всего лишь констатация факта. Ты — трус, самый натуральный. Равно как и все остальные в твоем убогом КМГС.

Амхерст словно окаменел, сжав руки в кулаки.

— Ты мне еще заплатишь за это, Брим. Дорого заплатишь, — прошипел он сквозь зубы.

— Посмотрим, посмотрим, Амхерст, — кивнул Брим. — Впрочем, вот тебе мой совет: береги и ты свою шкуру, а то ведь мало что. Если победит Лига, первые из имперских, на которых они начнут упражняться в стрельбе, будете именно вы, КМГСовцы. Они всегда избавляются в первую очередь от ненадежных элементов. Так им легче править. — Он невесело усмехнулся, глядя тому прямо в глаза. — А если Лига не победит в той войне, которую они готовы начать, — добавил он, — ты скорее всего закончишь свою жизнь на виселице: толпа редко дожидается результатов суда.

На мгновение тень страха пробежала по породистому лицу Амхерста, но он быстро совладал с собой и чванливо заложил руку за отворот мундира.

— Будь ты в форме, Брим, я бы закатал тебя в самую вонючую темницу Авалона за нарушение субординации.

— Но ты не можешь, — с улыбкой констатировал Брим. — Во-первых, у тебя нет свидетелей. А во-вторых, жукид, ты сам уже сказал: я теперь офицер Флювийского Флота. Брось меня в тюрьму — и ты спровоцируешь межпланетный инцидент.

— Безродный карескрийский ублюдок, — выругался Амхерст. — Значит, я был прав! — Его лицо перекосилось от злобы. — Помяни мои слова, ты еще убедишься в моем могуществе.

С этими словами он круто повернулся и устремился к выходу — так быстро, что врезался в официанта с подносом грязной посуды. Звон бьющегося фаянса и стекла заставил всех обернуться в его сторону.

В наступившей потрясенной тишине шепот Брима послышался особенно громко:

— Тес! Коммодор…

Застигнутый врасплох Амхерст повернулся:

— Ну что еще, Брим?

— Поосторожнее, старина! — дружеским тоном посоветовал ему Брим.

Взбешенный КМГСовец едва не рухнул, поскользнувшись на осколках битой посуды, и кубарем вылетел на улицу. Следом за ним вышел какой-то симпатичный молодой человек в форме сержанта.

Брим перевел дух. Разговор в помещении вернулся к прежним темам, но настроение у него было испорчено. Вот такие люди и обрекали на гибель ту уютную цивилизацию, в которой он жил. С Адмиралтейством, в котором заправлял КМГС, с бледным подобием прежнего Флота грядущая война обещала стать более разрушительной, чем могли представить себе большинство граждан Империи. Он так и не успел увидеть своими глазами новый «Горн-Хофф» облачников, но по предварительной информации это был очень опасный корабль. Впрочем, он и не мог быть другим, если облачники рассчитывают мериться силами со «Звездными». Брим задумчиво допил свое вино. До конца грядущей войны даже сам Авалон испытает на себе мощь кораблей вроде этого — как испытывали ее в начале прошлой войны нищие окраины Империи вроде Карескрии. Люди и не догадываются о том, что готовит им судьба. Как сказал недавно сам Император, зловещая мгла надвигается на Галактику, и заденет она в той или иной степени всех без исключения.

* * *

Всего несколько дней спустя Колхаун отбыл на Бету Яго — маленький, но богатый доминион, еще со времен прошлой войны стоявший на одном из первых мест в списке стратегических целей Негрола Трианского. Тогда Имперскому Флоту удалось спасти маленькую звездную систему только ценой больших потерь, и теперь Лига почти не скрывала своих планов довершить работу, начатую много лет назад.

Провожая его в содескийском секторе Большого Имперского Космопорта, Брим впервые испытал приступ настоящей тревоги — не только за Колхауна, сознательно идущего на риск, но и за себя. Совершенно очевидно было, что в случае, если со старшим карескрийцем случится что-либо, весь груз административных и политических вопросов ИДК ляжет на его плечи. А он не был уверен в своей способности успешно справляться с вопросами такой сложности — особенно политическими.

Ровно через неделю цивилизованные доминионы по всей Галактике содрогнулись от первого потрясения: Лига Негрола Трианского без предупреждения напала на маленький доминион Бета Яго и всего за три стандартных дня захватила все пять обитаемых планет, входивших в его состав. Многие восприняли это как начало новой войны. Почти сразу же с захваченных планет начали доходить слухи о зверствах захватчиков. Контролеры принялись беспощадно истреблять всех внушавших подозрение граждан, а так-2 же всех больных и стариков — с единственной целью снизить затраты на оккупацию. Характерно было то, что в число первых жертв нового режима попала большая часть местных приспешников Лиги из КМГС. Как и предупреждали медведи много лет назад, любая цивилизация относится к предателям как к наименее надежным элементам, а всякая ненадежность мешает эффективному правлению.

Связь с Колхауном, разумеется, сразу же оборвалась. Впрочем, к этому времени Бриму было уже некогда переживать на этот счет — он был по уши занят подготовкой к переброске «Звездного огня» — и по возможности большей части его экипажа — на новую базу. Даже непосвященному было ясно, что следующей целью Трианского будет Флюванна.

Глава 6. Флюванна

— Пора, кэп, — предупредил Барбюс. Вздохнув, Брим покосился на хроноиндикатор. Действительно, пора.

— Спасибо, шеф, — сказал он, поправляя мундир. Несмотря на долгие годы практики, он до сих пор считал эту операцию наиболее трудной из всего, с чем сталкивался во Флоте. — Разберемся с этим раз и навсегда.

Барбюс кивнул и, войдя в дверь первым, выдержал торжественную паузу.

— Всем встать! Смир-р-на! — рявкнул он.

Девяносто один член экипажа «Звездного огня» с грохотом