Консультант - Александра Торн

В смысле древности рода Энджел мог презрительно смотреть на целый табун дейрской и иларской знати – его-то предок чинил бесчинства аж в одиннадцатом веке! По родовому древу скользнула тень, и девушка раздраженно передвинула его вбок. Перебравшись к шестнадцатому столетию, Маргарет долго искала нужное имя и наконец с трепетом обнаружила: «Энджел, род. 1588, ум. 1630/31?»

«Значит, это случилось с ним тогда», – подумала мисс Шеридан: портал, магия и… и… то, что было до этого. Она съежилась, вспомнив о том, что случайно увидела в памяти Энджела. Но кто и почему так его мучил?

Ее взгляд поднялся выше, с изумлением минуя целый сонм сестер и братьев, к имени отца: «Джоэль Редферн, род. 1546, ум. 1618». Ничего себе! Шесть раз женат, уйма детей… но где же мама Энджела? Маргарет нашла и вздрогнула: судя по дате, мать родила Энджела в шестнадцать лет, а умерла спустя всего четыре года после этого. Ее звали Терезой Хендерсон.

«Может, поэтому… но ведь у него остался отец и столько братьев и сестер! Так, а где же конец?»

Конец оказался неожиданным: родовое древо обрывалось в конце восемнадцатого века. Ни дат смерти, ни причин, по которым Редферны как будто перестали жениться, рожать детей и умирать. Словно все они вдруг исчезли. Самой поздней датой в свитке был 1789 год – когда родился последний ребенок из рода Редфернов.

Маргарет удивленно смотрела на родовое древо. По нему снова метулась тень, девушка раздраженно вскинула взгляд, чтобы высказать любителю подсматривать через чужое плечо… и уставилась прямо в глаза какой-то вампирической твари. Тварь, свешиваясь с вершины шкафа, с интересом вылупила вишневые глазищи на Маргарет.

Секунду или две обе девушки (вампирша была совершенно голая!) завороженно смотрели друг на друга, пока нежить не моргнула. Случись такая встреча прежде, до знакомста с Редферном, Маргарет, дико визжа, удирала бы куда глаза глядят. Но после полугода под присмотром Энджела она процедила «motus!», вытащила из замаскированной под ридикюль кобуры револьвер и взвела курок, пока нежить, с грохотом впечатавшись в шкаф, выползала из-под книг. И только потом девушке стало страшно.

Вампирша раззявила пасть и зашипела, оскалив длинные белые клыки. Черные волосы облаком поднялись вокруг ее головы и зашевелились, как змеи. Тем не менее гадина почему-то не бросилась, хотя могла, и стремительным прыжком вознеслась на верхушку другого шкафа. На стенках и полках остались длинные белесые полосы от когтей.

Маргарет попятилась по проходу, чтобы выбраться к двери. У конторки лежал библиотекарь: его ряса была испятнана красными полосами, а на бледной шее темнели глубокие раны от вампирьих клыков.

«О боже!» – Секунды, что Маргарет потратила на взгляд в сторону бедолаги, вампирше хватило бы, чтобы броситься и оторвать ей голову; но нежить почему-то оставалась на месте, только скалилась и шипела. Мисс Шеридан боковым зрением заметила еще одну тень слева, но эта тоже не нападала.

– Motus, – шепнула девушка; листы с копиями влетели ей в руку. Нежить на миг отвлеклась, и Маргарет выстрелила ей в голову. Пуля угодила ниже, в грудь, и чуть левее. Завизжавшую вампиршу сбросило со шкафа, но Маргарет заметила большую выжженную дыру в ее плоти. «Мур» был заряжен пулями класса «Архангел», и девушка впервые видела их действие собственными глазами. Ее затошнило. Тем временем напарница первой твари с диким рыком ринулась вперед.

– In ignis! – вызывая огонь, крикнула Маргарет, пренебрегая сохранностью папской мудрости.

Нежить объяло золотисто-алое пламя. Она шарахнулась, ударилась о шкаф, и книги тут же весело запылали. Огонь пожирал волосы, лицо и руки твари, которая с воем бросилась наутек. Но тут в проходе возникла первая вампирша. Всю левую половину ее груди занимала выжженная дыра. Волосы нежити обвились вокруг книг и обрушили их на Маргарет. Мисс Шеридан бросилась за конторку библиотекаря и зашептала поисковое заклятие. Нельзя выпускать отсюда раненую нежить! Она же задерет полдюжины человек только от ярости и боли!

По конторке загрохотали тома; на лестнице раздался заполошный топот и крики – наконец-то очнулась папская охрана. Вампирша испустила свирепый визг, но бросилась не на добычу, а от нее. Маргарет в полном ошеломлении едва не упустила нежить из виду, но вовремя очнулась, уперла локоть в конторку и выстрелила гадине в затылок. Голова вампирши взорвалась, точно помидор, и брызнула во все стороны обугленными лохмотьями плоти. Тело рухнуло и тут же начало истлевать.

Заклятие поиска наконец поймало след второй вампирши. Мисс Шеридан сорвалась с места и юркнула в лабиринт шкафов и стеллажей, очень вовремя скрывшись из глаз охраны.

Вампирша мчалась прочь от входа, там и сям поджигая книги, и девушка все никак не могла понять, отчего нежить ведет себя так странно. Вампировидные относились к примитивному классу, и по нежизни их вел в основном пустой желудок. Так зачем нежити убегать от охранников, которые для нее и пища, и лекарство?!

Маргарет настигла беглянку около окон – высоких, стрельчатых, отделанных золотистыми витражными узорами. Несмотря на то что сквозь стекла лился яркий солнечный свет, кровососущая гадина бросилась именно туда – и выпрыгнула на улицу в дожде осколков. Мисс Шеридан, не выходя из глубокого изумления, подскочила к окну и выстрелила. Пуля догнала вампиршу в полете к соседней крыше, и солнце почти мгновенно испепелило останки. Но ведь именно это оно должно было сделать с еще, гм, живой вампиршей!

Мисс Шеридан убрала «Мур» в кобуру и поспешила прочь, к виднеющейся в углу двери. Девушка не знала, куда она ведет, но сейчас главное – убраться из библиотеки, вернуться домой и рассказать обо всем Энджелу.

* * *

Энджел работал у себя в кабинете. Маргарет решила его не беспокоить, тем более что ей все сильнее хотелось нырнуть наконец в ванну. Она так и поступила, оставив наставнику записку на столике у двери. В каждом из его особняков у нее была своя комната, с отдельной ванной; впрочем, мисс Шеридан не знала, сколько у ее наставника домов на самом деле.

Свое несметное богатство (превышающее годовой бюджет некоторых стран, как однажды с чувством собственного превосходства обронил Редферн) он создал сам и неустанно трудился над его увеличением. Львиную долю его времени пожирали «дела», о которых девушка знала лишь то, что они связаны с уймой документов и денежных расчетов. В это она никогда не стремилась вникнуть, поскольку с трудом понимала даже то, что порой рассказывал ей отец, а уж там-то все было куда как проще.

Однако Маргарет точно знала, что для содержания одного лишь огромного замка в Риаде нужно больше средств,