Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

В чём же эти проблемы заключались? Да после почти часового общения с Лисой. Чья рейдовая группа и наткнулась внезапно на нас, стоящих у берега, и уже скачивавших топливо в свои танки. И моего последовавшего за этим рассказа о своём сообществе, ею, и прибывшим к этому времени её отцом, было единогласно, правда после краткого совещания с их мамой и женой, одновременно являющейся оператором в группе, принято решение войти в наш состав. И уже они сами решили познакомится с высшим руководством той общности, куда их приняли. Как равных к равным. Потому что это вступление прошло даже без смены ими своего места базирования и переноса терминала к нам. Как мы жили до этого момента, так и остались жить. Только и того, что наша Независимость резко увеличилась на семдесят два человека.

Как я тогда посчитал — это было очень хорошо. Но Оксана, после прослушивания всех наших разговоров и просмотра видео — вынесла свой руководящий вердикт. В котором никто из присутствующих, как это ни удивительно, даже ни на миг не усомнился.

— Спасибо, Михалыч, даже огромное. Но кое в чём ты, всё равно, и не прав.

— И в чём же? — немножко офигев от неожиданности, поинтересовался я у своей воспитанницы.

— А в том, что этот твой Крит оставлять, во-первых, без присмотра нельзя ни на миг. А это значит — что на нем обязательно нужно или держать постоянный гарнизон из наших бойцов. Или же создавать на основе жилого комплекса подземного укрытия своё собственное сообщество.

— И это что значит?

— И вот это то второе, о котором я хочу сказать. Так как ты, не подумав о будущем, своими собственными руками отдал мне Выборг со всеми его людьми, то тебе придется озаботится поиском новых людей, русских или же, хотя бы, русскоговорящих. Которые будут постоянно проживать на этом острове, неся его охрану и, одновременно, развивая те сферы деятельности, которые ты сможешь чётко обозначить, как приоритетные. Это значит, что всем собственным процветанием — и в питании, и в производстве, и с ополчением, будешь заниматься сам.

— Ксюш, — от неожиданности я её назвал просто по имени, — я тут чего-то недопонял. Что значат твои слова — сам, да самому? Ты что, неужели собираешься сбросить весь этот гемор на меня?

— Ну а ты как думаешь?

- Как тебе сказать, помягче так? Честно говоря, я считал — что раз люди вошли в состав Независимости, то ты всем этим хозяйством и будешь рулить сама. Назначив туда просто старшего, ну или наместника — как говорили в давние времена. Или губернатора — так он обзывается в наше время

— Счас! Ты будешь жить в свое удовольствие, жизни радоваться — а я должна все это знать и учитывать, а потом в нем же и разбираться? А хрен тебе по всему твоему хитрому рылу, — неожиданно окрысилась она на меня, — сам возмешь этот Крит со всем тем, что там нашли, под свою личную опеку и ответственность. И людей будешь самостоятельно туда искать.

— Да ты что, обалдела, Оксана? Я же тебе не один десяток раз уже говорил — что командовать бойцами, это одно. А управлять к ним ещё и мирняком — это ж совсем другое. И этого я в упор не умею. Да и ещё людей, при этом, искать. А где? Всех нормальных под себя уже подгрёб Выборг, а с той нерусью мусульманской, что там ещё обитает — сама знаешь, каши не сварить.

— Ты мне ещё поогрызайся тут. Сам открыл этот «ящик Пандоры», тебе им и заниматься. Этот вопрос решен и обсуждению не подлежит. Понятно тебе? А пополнение будешь выдёргивать из тех мест, о которых упоминала Алиса. Сам же слышал — там есть минимум три микрообразования, к которым им не удалось пробиться. Вот туда и шуруй. И, вполне возможно, что и за ними есть подобные скопления последствий Эксперимента — ведь мы все еще ползаем по низу, а сверху никто и ни разу те просторы не осматривал.

— О чём это ты?

— Ага? Ты ведь не в курсе проблемы с Деборой, — и пересказала быстро да кратко всё произошедшее в течении того короткого периода времени, что меня тут не было, — глянь на снимки с неба, что привезла Злата.

И я снова охренел. Дважды. И от того, что усообщества с Победы уже есть воздушный транспорт, и от того, какие перспективы открываются, если они смогут быстро организовать аэрофотосъемку ближних к себе, ну и по дружбе, к нам — морских просторов. Насколько облегчатся все поисковые походы, если есть инфа, где и что нас там ожидает.

— Только учти, что этот полёт был вынужденным, выполняя в основном роль скорой воздушной помощи…

— А запросить у Стаса рейс над нами? Над Независимостью да Критом?

— Я уже думала об этом. И, считаю, варианты взаимодействия есть. Закажу триста литров топлива для той стрекозы, и сама отвезу вечером двести из них — всё равно идти на встречу Глав. А она, пилот их, с утра сделает перелет к нам, облетев район с другой стороны, а потом крутнется и над твоими подконтрольными территориями. Подгадав время так, чтобы вернуться ко мне после полудня — заправится на обратный путь оставшейся сотней. Хоть и вынужденно потеряем часть веса заказа, но бонусы от воздушного картографирования перевешивают всё…

Потом было ещё много разных приятностей, от которых мне до сих пор икается — но, хоть, не бросили меня одного разгребать все те проблемы. К той оставшейся на Крите дюжине парней, что пришла туда со мной, Оксана дополнительно не дала ни одного. Да и этих выделила только в краткую командировку, но с обещанием проводить ротацию, то есть смену, всего отделения каждую неделю. Выдала большую рацию, которая будет установлена на вершине Митридата в качестве базового узла связи. Ну и паёк на два десятка человек — сразу с запасом, чтобы с голоду не подохли. И подсказала направления возможного развития, приказным тоном, наверняка — для того, чтобы сдуру не метался по сторонам. Но в самом конце, когда в кабинете мы остались только вдвоём, она открыла неожиданную тайну:

— Серый, а знаешь, в чём реальная