История Нирна I: Morrowind - Саггаро Гиерри

— Я бесконечно рада тому, что ты наконец…

— Хватит, — негромкое слово заставило Альмалексию запнуться и вздрогнуть от ощущаемой силы. — Я увидел достаточно.

До того алые, простые глаза данмера, посветлели, наливаясь золотым светом, а барьер, теперь окружающий уже только свою создательницу, качнулся ещё на метр вперёд и с тихим хлопком, как мыльный пузырь, лопнул.

— Ты… Кто ты такой?! — в глазах женщины, теперь явственно увидевшей всю силу гостя, сквозил зарождающийся страх.

— Сила подсказывает тебе ответ, не так ли?

— Ты ничего не получишь! Ничего!

Повинуясь властному жесту Альмалексии, Руки выхватили оружие и метнулись вперёд, но… Один короткий взгляд золотых глаз, и одетые в серебро фигуры застыли неподвижными истуканами, не завершив начатое движение. Глаза альмсиви гневно сузились и женщина, разведя в стороны засиявшие багровым светом руки, напряжённо сжала челюсти, концентрируя доступную ей силу. Пространство вокруг Альмалексии содрогнулось, по нему прошла волна искажений, заставляя сотрясаться стены и высокий сводчатый потолок.

Женщина резко выдохнула. Прямо из воздуха на ней проявилась грубая, словно каменная, маска с двумя длинными изогнутыми клыками-бивнями, а в руке, ярко вспыхнув голубым облаком электрических разрядов, оказалась изогнутая сабля с длинной рукоятью. Ещё через мгновение багровое сияние с рук перетекло на лезвие клинка, сменив цвет молний, и Альмалексия, издав нечеловеческий рык, ринулась на противника, желая одним точным ударом решить все проблемы, насадив его на своё оружие.

Раздражённо дёрнув щекой, Лорхан сделал короткий шаг в сторону, одновременно с тем ударом ребра ладони отводя клинок в сторону. Несмотря на агрессию и то, что женщина напала на него первой, возрождённый бог явно не желал прибегать к насилию, по крайней мере сразу. От нового удара он просто увернулся, от следующего — сделал шаг назад, разрывая дистанцию… Но бесконечно так продолжаться не могло — учитывая ограниченность пространства вокруг, очередной удар, хоть и не достиг Лорхана, перерубил одну из поддерживающих свод колонн, окутав всё вокруг облаком оседающей пыли.

В следующее мгновение, неуловимым глазу движением сместившись в сторону, возрождённый бог просто взял и… взял оружие своего противника, намертво зажав лезвие в кулаке и полностью игнорируя треск багровых разрядов. Луч энергии, сорвавшийся с левой руки Альмалексии, ударил в грудь Лорхана и бесследно погас, словно впитавшись кожей.

— Хватит, — отбросив вырванное из руки оружие, бог схватил женщину рукой за шею, с силой сжав и поднимая её над землёй. — Я достаточно терпелив, но любому терпению приходит рано или поздно конец…

— Я… — прохрипела Альмалексия, пытаясь что-то сказать, но Лорхан чуть сильнее сжал руку, не дав ей закончить.

— Эта сила не принадлежит смертным. Вивек прекрасно понимал это, прозорливо увидев, сколько сложностей и усилий она требует от неготового к ней владельца. Я считал, что все члены Трибунала не обделены разумом… К слову, — мужчина слегка наклонил голову на бок, впиваясь пристальным взглядом в глаза Альмалексии в прорезях маски, — что ты сделала с Сота Силом? Я чувствую в тебе два источника силы.

Альмалексия гневно дёрнулась, снова порываясь что-то сказать, но смогла только издать хриплый сип. Невозможность вздохнуть не сильно беспокоила альмсиви — будучи наполовину богиней, столь простые физиологические проблемы уже давно не волновали её. Куда более сильную дрожь вызывал горящий золотом взгляд, казалось, пронизывающий до самых глубин души.

— Ах, вот оно что… Какая доброта по отношению к названному брату…

Глаза бога вспыхнули ярким, практически нестерпимым светом, и Альмалексия с отчаянием и ужасом почувствовала, как силы утекают из её тела словно вода, впитываясь в по-прежнему держащую её на весу руку. Вот теперь зажатое горло было проблемой, большой проблемой — женщина не могла вздохнуть, как ни пыталась.

Через мгновение Лорхан просто разжал ладонь, позволяя ей упасть на пол, судорожно втягивая в себя воздух и надрывно кашляя. Потеряв интерес к происходящему, бог повернулся и неторопливо направился на выход из зала, прислушиваясь к себе и происходящим внутри изменениям.

— Я… кха! Не сдамся, кем бы ты ни был! Это моя сила! — Поднявшись на ноги, Альмалексия вскинула руки, собирая все остатки доступных сил и вливая их в колоссальных размеров огненный шар. — И я получу её или сдохну, пытаясь!

— Глупо… — негромко произнёс Лорхан, поворачивая голову.

В следующее мгновение огненная сфера лопнула прямо в руках своей создательницы, а всё накопленное в ней пламя, как вода, стекло вниз, охватывая пронзительно закричавшую женщину. Через несколько мгновений всё стихло, а от Альмалексии осталось только пятно на каменных плитах пола. Вздохнув, Лорхан покачал головой и бесшумно исчез, переносясь в Заводной Город.

* * *

Жилище третьего альмсиви встретило возрождённого бога запустением и практически разрухой. Похоже, когда Альмалексия уходила после убийства Сота Сила, все его создания, почувствовав гибель своего творца, атаковали женщину, вынуждая защищаться. Как итог, зал, в котором оказался Лорхан, был практически полностью завален мертвыми существами различных форм и размеров, выглядевшими так, словно их собирал из запчастей какой-то сумасшедший механик-изобретатель. Тела представляли собой дикую смесь живой материи и металлических частей, срощенных воедино и, казалось, нисколько не мешавших друг другу при жизни. По крайней мере, места соединений живого и неживого выглядели абсолютно здоровыми и естественными.

А ещё где-то тут, глубоко под ногами чувствовался источник энергии, лишь самую малость не дотягивающий до мощности Сердца, каким оно было в Красной Горе. Это ни в коем разе не было таким же божественным истоком, но, похоже, Сота Сил нашёл… или построил что-то, что могло бы питать его даже после исчезновения сил, дарованных Сердцем Лорхана, и это лишний раз убеждало возрождённого бога в правильности принятого решения.

С каждым шагом, приближавшим его к цели, в фигура бога что-то менялось — лицо, до того бывшее практически без эмоциональным, обретало отголоски каких-то чувств, на нём проскальзывало любопытство и интерес от созерцания окружающих его помещений и машинерии. А сам для себя Лорхан начинал осознавать, что две части его Я, две сущности, до сих пор существовавшие как бы параллельно, наконец начали сливаться. Память и личность Витейра, прошедшего долгий путь сначала в далёком и странном мире, а потом тут, на чужой дороге возвышения, сливались с божественной сутью, меняясь под потоком энергии Сердца, воспринимаемой, как тёплый солнечный свет, идущий откуда-то из глубин души… Меняясь, но и изменяя в ответ — новое существо, Лорхан Возрождённый не был ни Витейром, ни старым собой, это было что-то новое, вобравшее в себя черты и ценности их обоих.

Наконец, после недолгой прогулки по выглядящему пустующим городу, Лорхан толкнул массивные двустворчатые