Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

Сейчас, в середине девяностого года, это, конечно, не единственное такое окно. Не восемьдесят второй год, когда телевизор покупали. При желании можно отправиться в туристическую поездку: не только в Болгарию, не только в другие страны народной демократии, но и на восток, в снова братскую Китайскую Народную Республику, куда турпоток из Советского Союза растёт час за часом. В Индию, где красоты Тадж-Махала и ласковый Индийский океан готовы порадовать гостей с далёкого севера. В Африку, на южное побережье Средиземного моря. В Европу, на запад. То, что ещё недавно было невозможно, теперь вот, пожалуйста: на полке югославской стенки рамка с фотографиями, где хозяин дома красуется с женой на фоне Эйфелевой башни.

Но всё равно главное окно в мир, до того момента, как интернет захватит всё и вся, остаётся телевизором. И в этот погожий воскресный вечер в Москве, или в Киеве, или в Ленинграде, или в Тбилиси с Новосибирском, а может быть, и в маленьком Мценске, что на Орловщине, окно распахнуто в Италию. В вечный город. В Рим, где вот-вот начнётся его величество футбол. Игра миллионов, в которую играют от мала до велика на всех континентах. Игра, которая объединяет эти самые миллионы. И игра, которая на самом деле может и разъединить.

Футбольная война. Это не фигура речи, такое уже было. Но это где-то далеко, в Центральной Америке, и не про нас.

У нас финал чемпионата мира.

И матч может быть битвой. Но битвой спортивной.

8 июля 1990 года (воскресенье). Рим. Олимпийский стадион. 20:00 по центральноевропейскому времени. +28 градусов. Ясно.

Финал чемпионата мира 1990 года. СССР — Аргентина. 73 603 зрителя.

Судья: Эдгардо Кодесаль (Мексика).

СССР: Дмитрий Харин; Владимир Бессонов (к), Олег Кузнецов, Ахрик Цвейба, Анатолий Демьяненко; Геннадий Литовченко, Андрей Зыгмантович, Игорь Добровольский, Александр Мостовой; Сергей Юран, Олег Протасов.

Главный тренер: Анатолий Фёдорович Бышовец.

Аргентина: Серхио Гойкочеа; Хуан Симон, Хосе Серрисуэла, Оскар Руджери, Хосе Басуальдо, Роберто Сенсини; Нестор Лоренсо, Хорхе Бурручага, Педро Тролье; Диего Марадона (к), Густаво Десотти.

Главный тренер: Карлос Билардо.

— Добрый вечер, дорогие товарищи! На связи Италия, Рим, Олимпийский стадион, или, как говорят здесь, в вечном городе, Эстадио Олимпико. Мы с вами на финале четырнадцатого чемпионата мира по футболу. И у микрофона я, Владимир Маслаченко. И со мной сегодня на комментаторской позиции Евгений Александрович Майоров.

— Здравствуйте, товарищи телезрители.

— Да, мы очень долго ждали этого момента. И через несколько минут на поле выйдут две сборные. Сборная Аргентины — команда, которая проиграла финал предпоследнего чемпионата мира в Мексике. В очень эмоциональном и зрелищном матче аргентинцы упустили победу. Их соперники — действующий чемпион мира, действующий чемпион Европы, сборная Советского Союза. Это наша с вами сборная, которая на этом турнире прошла Бразилию, Югославию и сборную Федеративной Республики Германии. Этот турнир для нашей сборной получается очень тяжёлым, куда тяжелее, чем Мундиаль четырёхлетней давности, в котором наша с вами команда ни секунду не давала усомниться в себе. Здесь, в Италии, турнирный путь другой, но в любом случае мы там, где мы есть. Финал, Олимпийский стадион и 73 тысячи болельщиков. Все билеты проданы, и очень приятно видеть наших любителей футбола. Итальянские режиссёры делают как будто бы облёт трибун. И хорошо видно, что стадион сегодня трёхцветный. Бело-голубой, это Аргентина. Сине-чёрный, это итальянцы; все они сегодня болеют за свою икону, за лидера «Наполи», великого Диего Армандо Марадону. И целых два сектора за одними из ворот отданы на откуп самому настоящему Красному морю. Там, в этих секторах, царит какой-то мистический, благоговейный порядок. Там море красных флагов. Там слышна работа барабанов. Если бы итальянский режиссёр был чуть помедленнее, то можно было бы пересчитать, что этих барабанов целая дюжина. Там сразу несколько заводящих и целый отряд горнистов. И пронзительные звуки пионерских горнов ясной и звонкой доминантой буквально царят в этих советских секторах.

— Десять тысяч, Володя. Десять тысяч советских болельщиков сегодня здесь.

— Да, Евгений Александрович, десять тысяч советских болельщиков. Ровно столько любителей футбола приехало сегодня в Италию, чтобы поддержать нашу сборную. Со всего Советского Союза. И их количество росло от матча к матчу. Если на первой игре с Аргентиной наших соотечественников было чуть больше трёх тысяч, то сегодня их более чем втрое больше. Какие же молодцы все, кто смог приехать. Ребята, вы большие молодцы.

Пока Маслаченко и Майоров пели осанну советским болельщикам, на экранах телевизоров всего мира начали появляться футболисты. Советская и аргентинская сборные, ведомые своими капитанами, появились из подтрибунного помещения. И тут же стадион, это людское море, буквально взорвался. Если до этого трибуны разминались, вели диалог между собой (аргентино-итальянская торсида задавала вопрос, на который советские тут же давали свой ответ, а потом мяч оказывался на половине поля советских, и уже они начинали атаку, на которую отвечала домашняя торсида), то сейчас все эти разминки закончились. И весь стадион в едином порыве приветствует футболистов. Игроки точно так же приветствуют зрителей. И аргентинцы, и наши аплодируют трибунам, и видно, что игрокам нравится. Да и кому бы не понравилось играть в такой атмосфере.

Что ж, сборная Советского Союза на поле.

В эфир врывается голос Маслаченко.

— Здесь практически без сюрпризов, за исключением одного. И этот один перекрывает всё. Вы, наверное, уже могли обратить внимание, что с капитанской повязкой Владимир Бессонов. Именно этому защитнику тренер нашей сборной Анатолий Фёдорович Бышовец доверил её в начале матча. А бессменного лидера и капитана нашей сборной Ярослава Сергеева вообще нет в стартовом составе. Решение Бышовца. Перед игрой я успел перекинуться парой слов и с Анатолием Фёдоровичем, и с Вячеславом Ивановичем Колосковым. Он, безусловно, здоров, но тренерское решение именно такое. Насколько оно правильное, покажет время.

Камера, между тем, гуляет по фигурам футболистов. Советская сборная разминается на своей половине поля. Аргентинская на своей. Краткая церемония перед матчем. Капитаны команд обмениваются вымпелами. И операторы выхватывают на советской скамейке Бышовца, на аргентинской показывают Билардо. Затем крупный план оставшегося в запасе Каниджи. Потом… А вот и Сергеев.

— Слава полностью готов к этому матчу, — звучит голос Маслаченко, — но, как мне сказал Анатолий Фёдорович, у него были тяжёлые сутки до стартового свистка. Поэтому наш капитан в запасе. Что ж, в любом случае, Слава у нас игрок высочайшего уровня. И, выйдя со скамейки, он сможет помочь нашей команде.

Между тем звучит гимн Аргентины. И