"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

Сержанту Смитчелу было видно, как, едва расслышав рев подъезжающей машины, тот обернулся, встал и вскинул руку с большим пальцем вверх — на тот манер, каким обычно подаётся сигнала «автостопа».

Это как раз и взбесило полицейского.

До города, действительно, далеко. Видимо, подвезти все же придется! И еще потому такая перспектива не по нему, что личность незнакомца вполне предсказуема.

— Скорее всего, из тех хиппи, что расплодились сейчас по всему побережью, — прорычал, недовольной внезапной встречей, сержант. — Еще и останавливает, каналья!

Джерри налился желчью.

— Ну, я ему сейчас устрою автостоп, — злые желваки камнями набухли на его лице. — Будет знать, кого можно останавливать на дороге, а кого не следует!

Радушная улыбка на спокойном, если не сказать, самодовольном лице незнакомца, напрашивающегося в попутчики, еще больше разозлила сержанта:

— Что скалишься, пустоголовый идиот!

Оскорбление могло не дойти, до стоявшего на обочине дороги путника. Потому последовало не менее грубое продолжение.

— Какого черта надо? — выпалил раздосадованный полицейский.

Сделал он это прямо в лицо путнику, в первую же секунду их общения, едва автомобиль встал, как вкопанный, совсем рядом с незнакомцем.

Свирепый окрик из-за опущенного окна автомашины, да еще и грозный оскал Джерри обычно достигали необходимого эффекта. Не раз прежде они отучивали раз и навсегда от своего замысла многих, подобных этому, любителей проехать за казенный счет.

И тут полицейский, не без основания, рассчитывал на подобную реакцию голосующего у дороги.

Но ошибся.

Незнакомец невозмутимо произнес водителю, будто и не заметив в поведении того явного пренебрежительного к себе отношения:

— Мне в город!

После чего, столь же невозмутимо и с пониманием важности своей, пока еще совершенно неизвестной сержанту, миссии продолжал разговор в том же духе.

— Важное сообщение для правительства, — даже оторопев от такой наглости, услышал сержант полиции Смитчел. — Нельзя медлить, жизнь ребенка в опасности!

И все-таки к концу рубленой фразы под злым взглядом Джерри Смитчела совсем исчезла, как будто её никогда и не было, улыбка с физиономии незнакомца, в злосчастную для себя минуту, остановившего полицейский «Форд»:

— Возьмите с собой!

Сержант делает вид, что подобрел и готов к сотрудничеству:

— Хорошо! Пусть, будет по-твоему.

Джерри уже принял для себя план действий в столь неожиданной, никогда прежде не случавшейся с ним, ситуации. О чем и дал внятно понять незнакомцу.

— Тогда садись в машину, — деловито согласился он. — Если важное сообщение, то обязательно довезу.

При этом по убеждению полицейского, следовало заранее предупредить столь неожиданного попутчика и, в крайней степени нежелательного пассажира о возможных последствиях.

Потому последовало строгое:

— Только учти — коли соврал насчет его содержимого, и окажется оно ерундой, то нынче же о том горько пожалеешь!

Осторожный во всем, Джерри, на всякий случай вышел из машины к путнику. Положив потную ладонь на торчащую, из распахнутой кобуры на его полицейском поясе, ребристую рукоятку многозарядного «кольта».

С противоположной стороны он обошел машину, щелкнул ключом, распахивая заднюю дверцу отделения для задержанных лиц:

— Полезай!

Незнакомец выполнил команду.

Сделал это так невозмутимо, как будто в жизни только и делал, что разъезжал именно в полицейских колымагах — на грязных, пропахших мочой и потом, сиденьях передвижной кутузки.

Правда, пока уже вместе они добирались до города, неожиданный пассажир несколько раз делал попытки начать общение с водителем. И раз и другой, он стучал по стальной решетчатой перегородке, отделяющей их друг от друга. Словно, тем самым просил внимания.

Потом отказался от своего намерения.

Но не сразу, а лишь после того, как в ответ на надоедливое шевеление задержанного незнакомца, сержант Смитчел зло стукнул по сетке концом своей полицейской дубинки.

Так, как будто хотел предупредить:

— Успокойся, отстань, а не то хуже будет!

…Хоть и торопил водителя странный попутчик с якобы важным сообщением, Джерри Смитчел, как и давно задумал, всё же остановился у обочины раньше конечного пункта. Сделал это сразу, едва увидел у мотеля, стоящего на начавшейся пригородной окраине, первую же окрашенную в густой синий цвет будку телефона-автомата.

Выждав, когда осядет поднятая его машинная пыль, полицейский вылез из «Форда», вразвалочку пошел к телефону.

Уже внутри стеклянной будки он, не воспользовавшись справочником, просто по памяти, тщательно соблюдая последовательность, отстучал одним пальцем по клавиатуре таксофона, знакомый совсем немногим абонентам, а только самым избранным, набор цифр. Тот самый, что в свое время дал ему Мануэль Грилан на случай срочной связи.

Сигнал был принят. И, словно извещая о том, звонко лязгнула, падая в чрево ящика, монета.

Тут же в ответ хрипло раздался в трубке голос Мануэля Грилана:

— Алло, Вас слушают!

Доклад Джерри о своем утреннем разговоре с шерифом особой тревоги на доверенного человека дона Луиса явно не нагнал.

— Или уж так только показалось? — подумал полицейский.

Однако надежда на взаимную благодарность мафии развеялось от сухого выговора:

— Я же просил из-за ерунды не беспокоить!

Так что намного злее, чем был прежде, заканчивал сержант это свое неудачное во многих отношениях дежурство.

И только искал случая:

— На ком бы сорвать злость, изрядно накопившуюся за этот беспокойный день.

Глава вторая

Ближе к самому деловому центру столицы штата — Кривпорта поток машин, заметно увеличился. Как река — пополняясь ручьями, матереет к своему устью. В самом же чреве мегаполиса уже дело дошло до пробок и заторов на перекрестках.

Однако, как ни оживленно движение на вечерних улицах воскресного города, все же медлительность не для полицейского «Форда» Джерри Смитчела.

Распугивая обывателей истошными воплями сирены, он, то и дело нарушая всевозможные правила движения, домчал с окраины до своей полицейской конторы в считанные минуты.

Потом оба — сержант и его странный пассажир — от машины протопали в участок.

Сержант Смитчел пользовался там сложной, по определению остряков, известностью. Особенно — за свой непредсказуемый характер. Потому на Джерри там смотрели сейчас с явным удивлением.

Дело же было в том, что хотя у сержанта имелся персональный кабинет, его там мало кто видел за бумагами. Но особо не осуждали, мол, здесь, среди полицейских клерков, он не очень-то прижился, предпочитает улицу:

— Да бог ему судья!

И по собственному разумению Смитчел не опровергал такого о себе мнения.

— Это пусть канцелярия протоколы пишет, — любит повторять он по такому поводу. — А мне главное — задержать преступника!

Кроме того, обычно отшучивался сержант подобным образом и на расспросы коллег о том:

— Почему как черт ладана боится он письменного стола?

Вот почему с таким интересом и встретил дежурный по участку