Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

на кухне нашли и варёную колбасу, и нормальный человеческий сыр, а не всякие там страчателлы с гранами паданами. Но даже банальные горячие бутерброды у шефа вышли такими, что остро захотелось пригласить его с кухни и пожать руку. И, если повезёт, узнать рецепт.

— Лена, скажите, а не будет ли нарушением правил заведения, если я попрошу подойти повара? Или, может, вы проводите меня к нему? — спросил я у официантки, когда она принесла какие-то пакеты. В них угадывались очертания контейнеров для еды.

— А он дома, — чуть растерянно ответила она, — у него смена после часу начнётся.

— Да? А кто тогда приготовил это чудо? — указал я на надкусанный предпоследний бутерброд.

— Я… — она смутилась и покраснела.

— Примите мои поздравления и восхищение, Лена. Клянусь, этот завтрак совершенно точно в пятёрке лучших из всех за мою жизнь, — искренне сказал я. Подумав о том, что Булгаков, пожалуй, был больше прав, чем неправ, и говорить от сердца и впрямь легко и приятно.

— Ну, я училась у папы… то есть нашего шеф-повара, — она выглядела одновременно польщённой и растерянной.

— И отцу Вашему мои поздравления. Не дочка, а мечта: красавица, умница и готовит так, что Боже мой!

— Миш, ты совсем засмущал Лену, — с улыбкой заметила Таня. А официантка только моргнула ей благодарно.

— Это всё кофе, дивный завтрак и свежий воздух Бежецка, — условно пояснил я. — Хочется говорить правду и расточать комплименты. Давно со мной такого не было. А в чём секрет бутербродов, если это не фамильная тайна, конечно?

Секрет оказался в соусе, как и следовало ожидать, и был простым, как три копейки. Но у многих чудес и тайн на проверку оказываются вполне понятные и несложные объяснения. Но, к сожалению, не у всех и не всегда.

Мы распрощались с Леной, как с родной, пообещав, что непременно посетим «СпиЦЦу» снова. Велели кланяться Евгению Сергеевичу и отцу. То ли воздух уездного города, то ли надвигавшееся неуклонно прошлое не позволяли просто «передать привет», а именно «наказали кланяться». Приняли с благодарностью пакеты, где добрая девушка собрала нам «на дорожку», оставили чаевых, щедрее, чем в прошлый раз. И вышли на крыльцо, где над по-утреннему тихим центром города едва начинало подниматься Солнце. Откуда-то слева из-за спины, из частного сектора, голосили петухи.

— Миш, — сказала Таня, глядя на то, как я пытаюсь пристроить сзади в ногах пакеты с едой. И указала глазами на сиденье.

— Семён Семёныч, — треснул себе по лбу я. Отсоединил из замка ремень, вытащил коробку, пакет и, подумав немного, букет. — Иди ты вручай, я стесняюсь.

— Ты? Давно начал? Может, доктору покажешься? — улыбнулась она.

— Доктор меня, боюсь, заберёт в поликлинику для опытов, — буркнул я.

— Ты когда смущаешься, Петля, такой пусечка, — прыснула она.

— Кто⁈ — вытаращился я на Таню, совершенно точно не ожидав такой интонации и этой цитаты из относительно свежего фильма.

— Пусечка! И не спорь со мной! — рассмеялась она и поднялась по гранитным ступеням. Легко, будто вспорхнув. Совсем как раньше. Оставив меня с открытым ртом, а Рому — с открытой задней дверью. Хоть картину с нас пиши: «Ошарашенные».

Лена вышла проводить, не выпуская из рук неожиданного букета. Розы выглядели вполне свежо и очень подходили к её алевшим щекам. Они щебетали с Таней, как старые подруги. Ради этого я, пожалуй, готов был побыть даже пусечкой.

Мы выехали на Рыбинскую, повернули на Кашинскую. Я смотрел по сторонам. Вон там, правее, на берегу Мологи, мы поспорили с отцом, что один из нас начнёт курить только тогда, когда закурит второй. Этот подарок на мамин день рождения они вспоминали нечасто. А я точно знал, что он был, пожалуй, лучшим из всех, что я подарил им обоим за всю свою жизнь. И себе, выходит, тоже. И останавливаться не собирался.

— Тань… А ты откуда… — начал было я.

— Ну так бабуля же говорила: пытошные и казематы в другом конце посёлка, — снова улыбнулась она, правильно поняв вопрос. — А у нас не только мобильники там ловили, но и интернет даже. В кино я, понятное дело, не ходила, но поглядывала.

У чуда снова оказалось простое и скучное объяснение.

Навигатор неожиданно предложил другую дорогу. Не доезжая Сукромны, мы свернули на гравийку по указателю «Лазарево». Вселенная продолжала поддерживать интригу. Действительно, куда ещё было сворачивать двум покойникам на тверской земле в американском пикапе, как не к деревне, названной в честь чудесным образом воскресшего Лазаря Четверодневного?

Нас окружали заснеженные поля, за которыми виднелись тёмные еловые стены. Мы проехали Дубровку и Озерки с их Мутным озером. Здесь мы, помнится, проводили очередное мероприятие, что-то среднее между беготнёй за карликами по французским островным тюрьмам и квестом с элементами мистики. Богатый на легенды и предания край, Тверская земля. Для сценаристов легенды и предания старожилов оказались просто находкой: тут и дракон Бросненского озера, и клады Екатерины Великой на дне озера Скорбёж. Хотя по мне, главным богатством Скорбёжа были невероятных размеров караси, которых, как говорили источники, поставляли ко двору императрицы, отдыхавшей там «на водах». Тогда, как мы с удивлением узнали, у самодержцев и всех топ-менеджеров было в порядке вещей отдыхать и поправлять здоровье на курортах Российской империи, а не платить за это за кордоном.

Тот квест запомнился тем, что наши технари что-то перемудрили или обсчитались. Или чудо опять случилось, так и не поняли. По сценарию шарик, надутый ацетиленом, должен был подняться к поверхности, на которой в незаметном с берега кольце-обруче должен был загореться бензин. На тренировках-репетициях всё проходило идеально: пузырь поднимался вверх, пьезоэлемент поджигал топливо, газ выходил на поверхность и вспыхивал ярко с громким хлопкОм. Как потом оправдывались техники, в то же самое время, когда мы планировали свой фокус, природа решила устроить свой. И со дна озера поднялся здоровенный шар болотного газа. Который шарахнул значительно эффектнее нашего шарика. И то, что всех на берегу окатило брызгами с ароматом свежего девяносто второго бензина, никого не смутило. Смутило огромное огненное облако, что рвануло к небу, на полпути превратившись в зыбкую серо-призрачную пелену. Заказчики, конечно, были в восторге. Мало кому доводилось увидеть настоящего дракона. И совершенно ошалевших мастеров легендарного агентства, во главе с невозмутимым обычно Михой Петлёй.

Я рассказывал эту и другие истории Тане, пока