Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

– Записать под твое поручительство?

– Разумеется.

– Кажется, из всей школы “Фаллен”, только этого маленького гения ты привел к нам…

– Остальные…

– Остальные мучают кошек! А Робин запрещает мне их проклинать.

– Напроклинался уже… Джесси полтора месяца провел в лазарете.

– И все, потому что ты вмешался! Я хотел отправить его туда на все четыре!

– Змей-искуситель, кого ты к нам привел, Робин Локсли?!

– О Фарух, ты бы знал… ты бы только знал…

* * *

– Космолет имени Робина Локсли и Александра Думского отправляется в дальнее плавание по просторам эфира, раздувающего паруса…

– В “Планете Сокровищ” были корабли, – перебил мальчик, – а не космолеты!

– Раз корабли, то спускайся из стратосферы тогда.

Робин уже потянулся, чтобы снять ребенка с плеч, но тот крепче сжал ноги.

– Ну вот тогда и не спорь, – фыркнул Робин.

Анастасия раскладывала на скатерть бутерброды, пока “ее мужчины” стояли и вглядывались в звездное небо.

Думскому ночное небо в этом поместье, находящемся где-то в пригороде Маэрс-сити, напоминало драпировку в зале с роялем. Только такую, будто кто-то проткнул ее иголками, а затем направил с той, обратной стороны, софиты разных цветов.

Прямо как в “Бездне”.

Но об этом нельзя было рассказывать Анастасии.

Не про небо, разумеется, а про “Бездну”. Вернее про то, что Робин взял его туда. Иначе Анастасия его бы прибила.

– Ужин уже готов, – окликнула ведьма.

– Пойдем, вундеркинд. – Робин направился к скатерти.

В этот погожий летний вечерок они решили устроить пикник, в то время пока остальные десять учеников поместья “Фаллен” мирно пускали пузыри, пребывая в царстве Морфея.

– Робин.

– Что, малец?

– Почему никто со мной не хочет дружить?

Робин поперхнулся и едва не споткнулся.

– Так. Стоп. Во-первых, у тебя есть я и Анастасия, а во-вторых… ну… как бы тебе это сказать.

– Желательно прямо.

– Желательно прямо… Вот прямо и скажу. Ты очень странный, Александр. И вообще, как ты терпишь, когда тебя называют Александром? Скучно же. Почему не Алекс? И говоришь ты так, будто ровесник Профессора, а не восьмилетний сорванец. Да и сорванцом я бы тебя не назвал… ботаник и заучка. А таких не любят. Будь попроще, Алекс. Причешись хоть раз в жизни. Ходи в душ по утрам и вечерам, а не когда будешь пахнуть так же, как кошки или книги. Оденься прилично, а не в эту мешковину. Ну и вообще – веди себя как восьмилетний пацан, а не старый дед.

– То есть ты хочешь, чтобы я был как ты?

– Как я? – Робин засмеялся. – Этот идеал для тебя недостижим, но пользуйся хотя бы как ориентиром в этом сложном пути становления из вундеркинда нормальным черным магом.

– Слишком пафосно.

– И поменьше учи других людей! Особенно если они старше тебя в два раза!

* * *

Музыка вдруг остановилась, и Мери словно очнулась от глубокого сна.

На клавиши падала кровь.

Но не метафоричная или эфемерная. А самая настоящая.

Профессор же молча, без тени эмоций, с абсолютно каменным выражением лица, выковыривал из ладони осколки раздавленного бокала.

* * *

– Помоги…

– Помоги, Алекс…

– Саша…

– Алекс…

– Алекс…

– Дум…

Маленький мальчик стоял, неспособный двигаться, скованный магией, посреди огромной пентаграммы. Двенадцать ее лучей заканчивались на каменных столах, на каждом из которых лежало по телу.

Обнаженному.

Изрезанному.

С вытащенными органами.

Но все еще живому и способному говорить.

А еще там был человек. Пожилой профессор в белом халате. В руках он держал искривленный жертвенный кинжал, изрезанный древними рунами и знаками.

Он медленно шел к Алексу, приговаривая:

– Все закончится… теперь все закончится…

Но Алекс не смотрел на него. Он не мог свести взгляда с рук, протянутых в его сторону.

Джесси… Патрик… Ирма… Ганеш… Парфен… Идма… Хаяси… Олаф… Елена… Джессика… Барри и Робин с Анастасией.

Все ученики школы “Фаллен”.

Его друзья…

Они просили его помочь, а он не мог даже пошевелиться. Не мог сбросить с себя оков магии профессора Раевского.

– Все закончится прямо сейчас!

И Раевский занес кинжал над головой Алекса.

– Помоги…

– Спаси…

– Помоги…

* * *

– Помочь…

Дум моргнул и очнулся от наваждения. Алкоголь, недавний выход из тюрьмы, адреналиновая встряска и памятная дата – не лучшие компаньоны.

– Профессор, вам помочь?

Алекс повернулся и обнаружил рядом собой Мери Глоумбуд. Она протягивала ему пару бинтов.

– Завтра в восемь утра на первом полигоне.

– Что?

– Кто опоздает, того прокляну. – Алекс закрыл крышку рояли и, оставляя на ней кровавые следы ладони, поплелся к лестнице.

Он так и не обернулся.

Глава 40

– Ты точно уверена, что он придет? – Трэвис, развалившись на трибунах первого полигона, который мало чем отличался от обычного спортивного стадиона, старательно пытался собрать кубик Рубика. – А то уже десять минут прошло с назначенного им же срока.

– Слушай, Трэвис, что ты хочешь от Мери? – Красотка Элеонора, которая даже в спортивном костюме выглядела сногсшибательно, нависла над Трэвисом всем объемом своего идеального третьего размера. – Что-то я не видела, чтобы это ты посреди ночи выскользнул из общежития и отправился в “Шхуну” на разговор к Вурдалаку!

– Я был занят курсовой по принципу построения маг…

– Курсач только через два месяца! И всю ночь ты играл в League of Legends 2! Так что не вешай мне лапшу на уши! Задрот!

– Ну я же не говорю, чем ты была занята ночью!

– А ты не завидуй!

– А ты…

– А вы все если немедленно не заткнетесь, то я вас прокляну.

На трибунах тут же стало тихо, а сами студенты (ну ладно – четверо из пяти, Лео был занят своим маникюром) повернулись к выходу с лестниц. Оттуда, слегка качаясь, держа у лба бутылку с минералкой, в которой вместо минеральной воды таяли кусочки льда, поднимался потрепанного вида профессор черной магии Первого магического университета.

Александр Думский собственной персоной.

Небритый, в помятой сорочке и с полураспущенным галстуком.

Учитывая, что с момента начала занятий прошел уже месяц, друзья могли с уверенностью сказать – в таком состоянии они своего куратора еще ни разу не видели.

– Вы что, всю ночь пили? – Трэвис от удивления даже выронил свой кубик.

Стуча гранями о бетон, он докатился до ног профессора. И при этом тот выглядел так, словно каждый стук кубика причинял ему нестерпимые страдания в области пространства между двумя висками.

– Понимаю ваше молодое стремление знать, кто чем занят по ночам…

– Вы старше нас меньше чем на четыре года!

Профессор зажмурился от возмущенного выкрика Элеоноры.

– …но нет, я