Скучная жизнь. Книги 1-6 - Виталий Хонихоев

так что Бон Хва не вмешивался и, признаться, даже уже успел подремать немного под задумчивое бормотание Старшего и шелест перебираемых листов бумаги. На кухне уютно, горит настольная лампа, у них дома нет отдельного стола для учебы и Бон Хва занимался прямо на кухонном столе — как только все поели и убрали посуду. Раньше это делала мама, а сейчас — Чон Джа. Он даже как-то привыкнуть успел к этому. И ведь есть преимущества в том, чтобы заниматься не за своим столом в комнате, а за кухонным — на кухонном всегда стоит тарелочка со свежей выпечкой и можно просто запустить руку и согреть себе чаю…

— Документы инженера Ли? — Чон Джа оставляет свои влажные волосы в покое, полотенце висит у нее на шее, она наклоняется вперед, разглядывая над чем он работает. Она снова в своей короткой маечке с надписью «Чон Джа — чемпион!» и коротеньких шортиках, которые, если честно — поменьше иных трусиков будут. Но Бон Хва никогда на такое не жаловался. Потому что смотреть на Чон Джа — одно удовольствие, она высокая, красивая, подтянутая, у нее длинные и прямые ноги с гладкой кожей, у нее такой чарующий изгиб между топиком и шортиками, а когда она ходит босиком — то можно восхищаться ее пальчиками, каждый ноготок выкрашен в нежно-розовый цвет…

— Кажется, что мы в пролете. — говорит Старший, откидываясь на спинку стула и массируя уставшие глаза пальцами: — У нас нет дела. По крайней мере пока.

— Ну и хорошо. — пожимает плечами Чон Джа: — С чеболями связываться — только неприятностей себе на голову искать. Как там говорится — когда киты деруться, креветки гибнут. Эти из «Ti-Xian group» могут все здание, где у нас с Юной кабинет купить. С нами вместе, если что. Как мышь может гору победить? Это невозможно. Знать свое место нужно. И… ты же сейчас мистер Хайд, да? А Бон Хва не спит еще?

— Не спит. Мы вместе работаем. — отзывается он и Чон Джа хмыкает.

— Ну да. Вместе работаете… пахали буйвол и муха на нем… парню завтра в школу не засиживайся. И… почему ты над документами сидишь? Разве не думаешь, как я? Отдать завтра ему документы и решить, что не нужно тигра за усы дергать.

— На самом деле Юна права. Если такое дело выиграть… черт, да если даже — вничью свести, то у нашей адвокатской конторы такая репутация потом будет, что ого-го! Я же говорил тебе, что адвокаты не используют традиционную рекламу? Конечно, некоторые себя рекламируют и в СМИ и на ТВ и даже в сети, но самые успешные, самые солидные — ни слова о себе не говорят. Для этого рынка важна именно репутация. И эта репутация нарабатывается десятилетиями.

— Десятилетиями? Ни хрена себе… — присвистывает Чон Джа: — У нас с Юной столько времени нету! Нам замуж пора!

— И это я про местных, а в мире у юридических контор репутация и столетия насчитывать может. В общем все эти, которые в сети себя рекламируют, из разряда «Лучше позвони Солу» — просто выскочки. Солидные клиенты к ним не идут. Но если мы выиграем это дело, то все может изменится.

— Ты говоришь, десятилетиями репутация нарабатывается. — Чон Джа включает электрочайник и садится напротив него: — Но разве в таком вот обществе любят выскочек? Это ж чертовы консерваторы и старики, вон как дядя Юны, который ее всю дорогу эксплуатировал. Они как раз за такие дела и не берутся, чтобы скандалов не было.

— Согласен, у нас может появится репутация скандалистов. Но в мире юридических фирм самый главный фактор состоит в том — выиграли вы или нет. Судебный процесс — высшая масть. Пусть и скандалисты, но выигрывают — вот такая будет у нас репутация. А без этого процесса никто про нас и не узнает… так и будете вы с Юной в маленьком кабинетике в торговом центре сидеть и заниматься делами… как там у вас было? Ты еще рассказывала, аджума с собачкой приходила, жаловалась, что соседи ее облучают из микроволновки.

— Сумасшедшая бабка. Еле выпроводила ее. Еще и собачка отвратительная.

— Ну вот такими делами и будете заниматься до конца жизни. Выбраться из этой ямы можно только лет через пять — если будете свои процессы стабильно выигрывать и репутацию зарабатывать… и то не факт. Потому что солидные люди к вам не придут, даже если вы очень хороши в мелких мусорных делах. Ведь это ничего не говорит о вашей способности выигрывать настоящие, стоящие дела. Вот с госпожой Пак у Юны хороший старт, и дело необычное, да и способ креативный… но мало кто разбирается. Мало кто оценить сможет. А вот это дело… если дать ему ход, то от нас пресса не отстанет. Это уже мы будем являться событием, про нас обязательно везде понапишут.

— Ну и что? Все равно проиграем и только опозоримся. Это уже какая-то антиреклама получится.

— Если проиграем, то да. Если. — он прищуривает один глаз, глядя на Чон Джа: — Слушай, а я говорил тебе, что ты просто очаровательна в своем домашнем наряде? И как у младшего крыша не едет, когда он вот так тебя видит каждый день?

— Вот отвали, мистер Хайд. Отвали совсем. Я сегодня на тебя зла. Ты зачем позволил этой шалаве нашего мальчика соблазнить? Я ему такую девушку подбирала… и вообще все с нашего совместного одобрения должно было происходить! — мотает головой Чон Джа, решительно встает и выключает закипевший чайник. Заваривает себе чаю, неторопливо, аккуратными движениями.

— Ну во-первых этой девушке было нужно. Она решила себя преодолеть и бросить вызов. Как я мог отказать? Во-вторых, самому младшему было приятно, да и пора бы ему уже…

— Еще бы ему было не приятно! — фыркает Чон Джа: — А то я прямо не знаю, что молодые парни в таких случаях делают!

— И в-третьих, толком ничего и не было. Су Хи не успела даже в рот его нефритовый стержень взять, только облизнула, как парень — выстрелил. Вот так все и случилось. А если у тебя есть мысль его соблазнить — так вперед. Он, кстати, еще не спит, нас слушает.

— Что⁈ — Чон Джа вздрогнула, взмахнула чашкой, тут же зашипела, пролив кипяток на голые коленки: — Мистер Хайд! Я тебя точно когда-нибудь… ах ты ж… ссскотина такая!

— Да погоди ты. — он быстро забрал у нее чашку и промокнул коленки полотенцем: — Смажь мазью из аптечки, неловкая ты наша.