Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

выдохнул ушастый, запустив пальцы в длинные спутанные волосы, похожие на тонкие зелёные побеги. — Но мы можем попробовать вдвоем, после того как переждём охоту стражей! Мы же знаем, как не дать Ивриму забрать тебя из этого мира! Оставайся тут! И тогда мы вдвоём украдём ключ, а наш повелитель точно найдёт возможность вернуть нас назад!

— Хреновый план. Я даже не буду слушать его, — решительно выдал я и быстро пошёл прочь, не желая терять времени.

— Постой! — в отчаянии крикнул мне в спину эльф. — Нам нужно лишь дождаться третьего посланника и сказать ему, что ключ у нас! Иврим же заберёт его из этого мира, и тогда посланник передаст ему наши слова, после чего повелитель будет знать о нашей ситуации и вызволит нас!

— Вот уж вряд ли, — буркнул я себе под нос. — Скорее он отправит четвёртого посланника, чтобы тот убил нас и забрал ключ.

— Да стой же ты! — не унимался альв, упав на колени. — Они убьют тебя! Их великое множество, как блох на бродячей собаке.

— Я попробую с ними договориться.

— Ничего не выйдет! — выпалил тот и вдруг вскочил на ноги, в ужасе выпучив глаза. — Они идут. Я слышу их, надо бежать.

Он оказался «человеком слова» — что сказал, то и сделал. Ринулся прочь во всю прыть. А я расслышал шорох множества босых ног, быстро приближающихся ко мне с двух сторон.

Глава 15

Стражи показались из сумрака, как хреновы ассасины. Они вышли из двух проходов почти неслышно, отрезая мне путь к бегству. Хотя я в общем-то и не собирался бежать. У меня была другая идея.

Меня обступили штук тридцать злобных грязных рож с ослепительно-белыми зубами, как из рекламы зубной пасты. В их руках покачивались самодельные копья, а на бёдрах красовались грязные повязки, скрывающие причиндалы.

Местные оказались низкорослыми, но удивительно жилистыми и рельефными. Каждый мог похвастаться прессом в шесть кубиков. Но, видимо, этого им было мало для привлечения особ женского пола. Они ещё вставили в носы тонкие косточки, а также украсили отрубленными человеческими пальцами спутанные чёрные волосы, похожие на шапки.

— Господа, давайте договоримся, — миролюбиво произнёс я на языке, на котором говорил со стражами, охранявшими предыдущий ключ.

— Бросать копьё, быстро! — прорычал самый крупный из них на одном из древних наречий инеистых великанов, но не на том, на котором разговаривали стражи из храма.

Следом дикарь угрожающе ткнул в мою сторону копьём, чей каменный кончик оказался покрыт чем-то жёлтым. Ядом? Очень может быть.

— Давайте поговорим, — выдал я на их языке, изумив местных до глубины души.

Они удивлённо заухали и начали переглядываться, опуская копья. Однако их вожак оказался более твёрд в своих убеждениях.

— Бросать оружие, быстро! Мы не говорить с тобой. Вождь говорить! — выпалил он и снова ткнул в мою сторону копьём.

— Ты превосходный переговорщик. Чувствуется крепкая дипломатическая база, — иронично сказал я и бросил копьё ему под ноги.

Откуда ни возьмись, у дикарей появились крепкие верёвки, сплетённые из растений. Они мигом связали мне руки за спиной, а на шею накинули петлю, конец которой оказался у вожака. Тот повёл меня в сторону Древа, как какого-то быка. А его расслабившиеся подчинённые принялись насмехаться надо мной грубыми, гортанными голосами.

— Трус, даже не стать сражаться. Сразу бросать оружие, — презрительно выдал один.

— У трусов мясо вкуснее, слаще, — со знанием дела сказал второй.

— А он большой. Мяса будет много, — вставил третий, одобрительно пощупав мой бицепс. — Бог послал нам хороший подарок.

— Из костей будет крепкий навар, — подал голос ещё один знаток кулинарии и с апломбом пощёлкал языком.

— Замолчать! — бросил им вожак и следом с важным видом добавил: — Не пугать скота, иначе он пугаться. А у испуганного скота мясо горчит.

Остальные одобрительно зацокали, но не перестали бросать на меня плотоядные взгляды, смешанные с презрением к тому, кто сдался без боя. Они же не знали, что у меня времени в обрез. Драка с ними отняла бы кучу времени. А так вожак вёл меня к Древу таким путём, где не встречались ловушки. Он-то наверняка знал их расположение, потому явно выбрал самую простую дорогу к Древу.

Но я всё же нетерпеливо проговорил:

— Любезный, а мы когда прибудем к каменному дереву?

— Скоро, — рыкнул тот через плечо.

— А можно побыстрее? Давайте ускоримся, — протараторил я и прибавил шагу.

Дикари удивлённо переглянулись и тоже включили третью скорость. Мы чуть не рванули лёгкой рысью.

— Впервые видеть того, кто так спешить на собственная смерть, — расслышал я шокированный голос одного из местных.

— Он просто дурак, не понимать, чем для него всё закончится, — предположил другой.

— Но он откуда-то знать наш язык, значит, не дурак, — запротестовал третий, попутно шумно высморкавшись и вытерев пальцы о набедренную повязку.

Дикари начали шёпотом спорить между собой, решая — дурак я или нет.

А я мысленно посмеивался, быстро приближаясь к своей цели. Ни ловушек, ни драк, никакой потери времени. Локи бы одобрил мой план.

Вскоре уже показалось Древо. Оно царапало кроной ночное небо со вспыхивающими и гаснущими звёздами, а его каменные ветви далеко распростёрлись вокруг. И они находились так высоко, что восседающие на них крылатые создания казались меньше, чем чувство юмора Тора. Их практически не было заметно.

А сам лабиринт стал таким запутанным, что я бы в одиночку бродил по нему не один час. А так дикари шустро провели меня через него.

Мы оказались на внушительных размеров каменной площадке, окружённой стенами лабиринта. В центре неё обосновалось Древо, чей ствол был несколько десятков метров диаметре. Вокруг него девять дикарей били в барабаны берцовыми человеческими костями. Да и сами музыкальные инструменты, кажется, были обтянуты людской кожей.

«Музыканты» приветствовали наше появление уханьем и громкими, частыми ударами по барабанам, закусывая губы от усердия.

Мои конвоиры ответили пронзительными возгласами и быстро повели меня к Древу, потрясая копьями. Видимо, они подобным образом выражали радость от поимки такого красивого и сочного меня.

Я тоже радостно улыбался, шустро переставляя ногами и попутно глядя на Древо. Из его ствола через арочный проём вырывался живой свет, явно идущий от большого костра. Так и оказалось.

Стоило мне с дикарями проникнуть внутрь Древа, как мы увидели гладкие, как стекло, стены и купольный свод, отражающий пламя двухметрового костра, трещащего влажными ветками.

Мне сразу вспомнился то ли временной, то ли межмировой разрыв, появившийся в столичной академии, когда я возвращался из кабинета ректора. Я тогда через разрыв увидел, как кто-то в коридоре с зеркалами