Фантастика 2026-169 - Алексей Аржанов

этими мыслями, я зажег факел, посмотрел на радар, чтобы убедиться в отсутствии Терранов, взял пилу и спрыгнул в шлюз. Точка Мирель тоже высвечивалась на радаре, но русалка по-прежнему держалась на расстоянии. Может, найдет меня по запаху?

Я направлялся на восток, там между рифов ждал корабль. Уроки и практика принесли свои плоды, у меня получалось плыть хоть и не по-спринтерски, но довольно сносно. Пару раз двигая ногами, я зацепился за пилу и чуть не разрезал бедро, но обошлось.

— Смотритель, ты нам нужен, — прозвучало в голове знакомое многоголосие.

— Да ты бы уже что-то поновее придумал, — проскочила мысль — Кого этим напугаешь?

Минут через десять появились очертания марса и такелажа, который изрядно ослаб с моего последнего визита. Паруса кое-где уже проели морские обитатели, но сам корабль оставался величественным, даже разломанный пополам.

Мне предстояло срезать ванты и штаги, канаты, что притягивали мачты к корпусу.

Подсветив место, я стал пилить волокна. Мокрый пеньковый канат неохотно поддавался острым зубьям, но все же постепенно рвался.

Раздался звук хлыста, и канат полоснул меня по руке, выбив пилу, которая тут же пошла ко дну.

— Сука! Он ведь должен был ослабнуть! — во мне вспыхнули злость и досада.

Без пилы мои соленые ванны не имели смысла. Мысленно покачав головой, я отправился на поиски инструмента.

Спускаясь вдоль мачты, прикинул, какую часть надо отпилить, и какие канаты потенциально опасны.

— Лучше бы фонарь выронил, его хоть искать несложно!

На палубе показался контур пилы, присыпанной илом, на движение уже стягивались мелкие любопытные рыбки и краб.

Свет факела, освещая палубу, выхватил часть разлома и темноту трюма, в котором скользнула тень.

Я был не один.

Глава 12

Я потянулся за ножовкой, когда краем глаза увидел, как из разлома палубы в трех метрах от меня показалось крупное щупальце.

— Еще один осьминог? Тоже сожгу, — пролетела в голове мысль, и рука сама увеличила яркость кристалла на фонаре.

Но чем дальше щупальце заползало на палубные доски, тем толще становилось, достигнув уже полуметра в диаметре.

Недалеко от первого появилось второе, затем третье… Цепляясь за рваные края, моллюск, чьи размеры мне еще предстояло узнать, выбирался из трюма.

Тентакли двигались мимо, извивались, ощупывая поверхность. Сначала я замер, но поняв, что меня пока не обнаружили, решил медленно скользнуть за борт, чтобы не мелькать светом и не разгонять свой запах. Но как же я ошибался!

Стоило только шевельнуться, как гигантский розовый канат рассек воду и резко сжался вокруг меня. Это произошло так быстро, что я не успел выставить вперед факел, рука с кристаллом оказалась прижата к телу. Склизкие присоски, размером с крышку сковороды, облепили тело от груди до ног, тварь прихватила меня крепко, до хруста ребер.

В свободной руке я сжимал пилу, которой, не раздумывая, полоснул по тентакле. Тварь вздрогнула и дернула щупальцем, едва не свернув мне шею. Замахнулся снова, чтобы отпилить одну из восьми ног, но оторопел. Место пореза пронизывали зеленые волокна, оно мерцало, как когда-то мои раскрошенные зубы. Это животное проглотило зеленый кристалл! В момент замешательства свободная нога твари выбила из моей руки ножовку, приведя меня в чувства.

— Сука! Главное — не выпустить фонарь, — я бессильно дёргался в объятиях гигантского осьминога, пытаясь понять, насколько крепок хват, и что можно сделать.

Также внезапно, как я оказался в плену, воду передо мной разрезал хвост Мирель.

— Пришла на запах! — осознание того, что помощь близка, придало уверенности. — Тут-то тебе и конец, осьминожка.

Русалка попыталась сорвать щупальце, но тварь держала крепко. Тогда Мирель выхватила у меня из руки факел, и в этот момент я увидел ее глаза, бесстрашные, сосредоточенные глаза воина. Она быстро кивнула мне. Свет упал на разлом, из которого наконец появилось тело чудовища. Складывалось впечатление, что из дыры в палубе корабля выбираелся полноприводный внедорожник, и я на миг замер, загипнотизированный нереальностью зрелища. Красный гигант смотрел на нас почти квадратными зрачками в четверть метра в огромных светящихся зеленых глазах. Его движения были плавными, но точными, а преимуществом Мирель являлась скорость. Она рванула к головоногому, выставив вперед факел, ловко увернулась от пролетающего хлыста, но в метре от глаза второе щупальце хлестнуло воду между ними, и вокруг хвоста Мирель обвилась живая удавка. Моллюск дернулся от попадания луча в зрачок и, рассвирепев отдернул русалку в сторону от себя, но не выпустил.

Рука Мирель разжалась, факел тут же устремился вверх, словно большой деревянный поплавок.

— Черт! Думай, думай! — кричал я себе. — И поторопись, пока мы не остались в глухой тьме.

Русалка посмотрела на меня виноватым взглядом, мол, не справилась, прости.

Озарение пришло всплеском молнии.

— Пой! — крикнул я, выпустив маленькие пузырьки изо рта.

Вероятно, она не могла меня услышать. Свободной рукой, стал размахивать около рта, показывая, что имею в виду.

— Пой, девочка, черт тебя подери!

Тем временем щупальце медленно потянуло меня под мантию, тварь явно собиралась перекусить. Факел скрылся из виду, мигнув небольшой светящейся звёздочкой на поверхности, и на дне воцарилась тьма.

И тут глухой мрак начал заполняться красивейшей мелодией, увлекая меня в сон. Мирель пела! Пробиваясь сквозь толщу воды звук, казалось, не угасал, а лишь усиливался, создавая в голове картинки вечного рая. Я поднял тяжелую голову, с усилием раскрыв глаза. Русалка словно парила в свете лилового облака и пела для только меня.

— Тьфу, бл**, не для тебя, идиот! — тряхнул головой, заткнул одно ухо свободной рукой и почувствовал, что хватка щупальца ослабевает.

Волшебная мелодия расслабляла, уводила в сладкую страну грёз, выбивала из колеи. Я выдернул вторую руку и полностью перекрыл доступ звуку.

— Пой, пой, моя хорошая!

Выскользнув из хватки мерзкого щупальца, опустился на палубу и нащупал ногой ножовку.

— Так себе мысль, вряд ли тварь позволит распилить себя по частям, да и толку от этого при её-то регенерации.

Оковы Мирель тоже ослабли, и она нашла меня в темноте.

Осьминог медленно оседал обратно в трюм, но эффект сна рассеивался довольно быстро, после чего глубоководный хищник не простит нам поражения, а петь бесконечно Мирель не могла. Кроме того, отступив сейчас, с мачтами придётся проститься, как и с реконструкцией когга, если моллюск поселится здесь навсегда.

Мирель ждала от меня решения. Я сжал рукоять пилы, и в этот момент мы оба увидели, как сверху опускается яркая точка. Пучок света быстро шел ко дну и когда достиг палубы, оказался моим факелом с привязанным к нему камнем.

— Боги нас не забыли, да⁈ — дерзкая ухмылка