Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

– Об этом поговорим после. Ну же, решайся!

– А ты можешь обещать, что это безопасно?

– Нет. Но альтернатива не лучше.

– Хорошо, я попробую.

Лицо Эмери задрожало и исчезло, мысленная связь прервалась. Хадсон видел перед собой только пустынный склон, растущее из загадочного озера Мировое Древо и озабоченное лицо Эллингхаузера на его фоне. А затем пейзаж исказили концентрические волны, совсем такие же, что при появлении черного зеркала, и на каменистой осыпи прямо из ничего материализовалась фигура в скафандре. Ноги у появленца подкосились, и он уселся прямо на склон, бессильно уронив руки.

Эмери! Хадсон в этом нисколько не сомневался. Он сорвался с места и упал на колени рядом с медикологом, заглядывая в закрытое светофильтром забрало шлема.

– Майлс! – позвал Эллингхаузер. – Что с Эмери? Она у меня куда-то пропала.

– Все в порядке. Она здесь, рядом со мной. Мы оказались правы насчет зеркал, теперь гипотеза проверена экспериментально.

Девушка внезапно пошевелилась, подняла руку и сдвинула прочь светофильтр. Страдальческий взгляд постепенно стал осмысленным, словно Эмери только сейчас осознала: ее одиночество благополучно закончилось. По щекам покатились слезы радости.

– Ну-ну, успокойся, – сказал Майлс. – Видишь, все получилось. Смотри, какое у меня здесь красивое Древо.

Глаза девушки расширились, слезы мгновенно высохли. Она некоторое время с изумлением рассматривала гигантскую конструкцию, а потом вдруг сказала:

– Хочу домой. На Землю. В крайнем случае – в свою каюту на «Леопарде».

– Конечно, конечно, – торопливо заверил Майлс. – Соберем весь экипаж и отправимся искать очередное зеркало. А там и до «Леопарда» рукой подать.

– Нет никакого «Леопарда», – хмуро заявил Эллингхаузер. – Не надо внушать ложные надежды.

– Хорошо, что Эмери выпала из нашей телепатической конференции и не может оценить всю глубину вашего оптимизма, капитан, – мысленно ответил Хадсон, вложив в послание весь сарказм, на который был способен. – Мне здесь истерика совсем не нужна. Лучше осмотритесь как следует на своем острове, вдруг обнаружится еще одно зеркало.

– Нет здесь ничего, я же говорил... Разве что за валуном.

Некоторое время Эллингхаузер сосредоточенно молчал, а затем его лицо вдруг задрожало, подернулось рябью и исчезло. Майлс не успел даже испугаться, как совсем рядом с ним возникла еще одна фигура в скафандре.

– Капитан! – обрадованно крикнул Хадсон, вскочил на ноги и бросился навстречу новому пришельцу. Даже Эмери поднялась, глядя на вновьприбывшего с безумной надеждой. – Но как?!

– Как обычно, через портал, – Эллингхаузер осмотрелся по сторонам и устало опустился на облюбованный Майлсом камень.

Случившееся с капитаном оказалось почти столь же поразительным, как и одиссея медиколога. Едва завернув за единственный на острове валун, Эллингхаузер неожиданно оказался совсем в другом месте. Озеро пропало, словно его никогда и не было, а вокруг простиралась абсолютно гладкая равнина, покрытая чистейшим белым снегом. Над головой сияло такое же бесцветное небо, усеянное бесчисленными черными точками звезд, совсем такое же, что описывала Эмери. И главное – целая россыпь белых зеркал, в одно из которых капитан и шагнул, не раздумывая ни секунды.

– Нас уже трое, – сказал он внимательно слушавшим Майлсу и Эмери. – И это большая удача. Осталось найти Гиббса и Далтона.

– Боюсь, на долгие поиски уже нет времени, – хмуро заметил пилот. – По крайней мере, у меня.

– Что такое?

Майлс указал на манометр на левом предплечье.

– Воздуха осталось минут на пять. Так что дальше вы уж как-нибудь сами...

– Ч-черт! – сказал Эллингхаузер и отвернулся.

– Так нужно спешить! – Эмери переводила взгляд с одного на другого. – Искать портал... возвращаться на «Леопард»...

– Нет «Леопарда», – мрачно процедил капитан. – Ты же видела.

– Я не знаю, что это было, – упрямо заявила медиколог. – Да, на него пролился ртутный дождь, ну и что? Пока собственными глазами не увижу, что корабль разрушен, не поверю. Ну же, вставайте!

– Поздно, – произнес Майлс. – Манометр на нуле. Идите... я хочу остаться один. Ничего страшного, я просто усну...

Он сел прямо на каменистый склон, а потом лег, уставившись неподвижным взглядом в наполненное звездами небо.

Эмери закусила губу и отвернулась. Эллингхаузер подошел ближе и аккуратно поддержал ее под локоть. Помочь умиравшему пилоту было нечем, и чувство бессилия и обреченности просто бесило и приводило в отчаяние.

Несколько минут истекли в полном молчании. А потом в наушниках неожиданно раздался голос Майлса:

– Я все еще здесь, ребята. Странное дело, но, кажется, воздух мне не очень-то нужен. Во всяком случае, задержка дыхания меня абсолютно не беспокоит, главное – подавить дыхательный рефлекс.

Эмери резко повернулась, веря и не веря. Тем временем Хадсон уже поднялся на ноги.

– Идемте искать «Леопард», – деловито произнес он.

– Нет необходимости, – глядя куда-то посверх голов, произнес Эллингхаузер. – Кажется, «Леопард» сам нашел нас.

Майлс и Эмери обернулись и дружно подняли глаза к небу. Высоко над острыми вершинами гор, набирая скорость мчался покинутый экипажем рейдер. Целый и невредимый, без каких либо признаков ртутной глазури на обшивке.

– Не может быть... – прошептала Эмери.

– Что он делает?.. – добавил капитан. – Он же сейчас разобьется!

Вопроса о том, кто же управляет брошенным кораблем, почему-то даже не возникло. Почему-то казалось: в столь невероятном месте даже самое невозможное все-таки возможно.

Разгоняющийся корабль сходу вломился в россыпь камней, составлявших одну из ветвей гигантского дерева. Эллингхаузер даже зажмурился в предчувствии неминуемой катастрофы. Однако «Леопард» уцелел. Набирая скорость он мчался прямо по направлению к Мировому Древу.

– Что он делает... – безнадежно повторил капитан.

– Идет на таран, – мрачно ответил Хадсон. – Если, конечно, я верно оцениваю ситуацию.

Клубящиеся вокруг Ствола белесые облака неожиданно пришли в движение, собрались в один громадный ком и ринулись наперерез разгоняющемуся кораблю.

Успели.

На полном ходу рейдер вонзился в туманную дымку и пропал из виду. По вектору движения из плотного зеленоватого облака в обе стороны выстрелил яркий зеленый луч, одна половина которого унеслась в бесконечное небо, а другая ударила прямо в гигантскую башню. Ослепительная вспышка, словно беззвучный взрыв, поглотила все подробности невероятной катастрофы. Зеленый луч угас, и окружавшие Ствол облака постепенно рассеялись.

На первый взгляд ничего не изменилось: никакого видимого ущерба Мировое Древо, скорее всего, не понесло. Впрочем, расстояние не позволяло утверждать об этом со всей уверенностью.

– Похоже, мы застряли здесь надолго, –