Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

С удовольствием развалившись в шезлонге, она пила третий стакан фреша и тоскливо гипнотизировала взглядом неначатую бутылку ликёра — последнюю принесли по её просьбе, но айтишница непоследовательно решила закалять волю и от алкоголя зачем-то воздержалась. — Я думала, это уже никогда не окончится.

Бассейн опустел. Ван с младшей Миёси поддался на уговоры хозяйки и таки исчез в массажном секторе.

— Моэко-тян, а что будет Хасэгаве? — Ута вылила в рот остатки сока и довольно крякнула.

— Тебе возможный спектр или мой точечный прогноз?

— Второе.

— Поскольку её действия легко доказываются и имеют серьёзный характер (нападение на свидетеля во время следственных действий), то наверняка последует увольнение.

— А уголовная перспектива есть?

— Суд может назначить наказание от штрафа до лишения свободы.

— От чего зависит?

— От тяжести повреждений. Как правило, за побои без тяжких последствий назначается штраф или условное наказание.

— Эх. А так хотелось бы, чтобы она села, — шмыгнула носом айтишница.

— Экая ты свирепая, — удивился сидящий чуть дальше Решетников.

— Я не ты. Который готов простить такое красивой тёлке, — парировала Ута.

— … НО публичность и статус фигуранта могут сделать дело показательным, — улыбнулась после паузы якудза. — И за этим делом мы будем старательно наблюдать. Со всеми для неё вытекающими.

— Мы — Эдогава-кай?

— Мхм.

— Прикольно. У вас есть ресурс, — Уэки что-то прикинула про себя и повеселела.

— В итоге: увольнение гарантированно, возбуждение уголовного дела гарантированно на девять десятых, — заключила борёкудан.

— Будем её сажать⁈ — вспыхнула кровожадным энтузиазмом Ута.

— Зачем⁈ — искренне удивилась Моэко. — Будем как можно громче раздувать шум. Томоко-тян в тюрьме — не самоцель. Зачем? — повторила она вопрос. — На данном этапе есть цели приоритетнее.

— Какие, например?

— Вскрытие противодействующей структуры по максимуму, — вздохнул со своего места Такидзиро. — Ван равно миллиарды, это понимают и на его родине, и — теперь уже — здесь. Поверь, Уэки-сан, на наших японских островах именно этап зарождения мега-бизнеса ближайшего будущего является самым опасным. Даже я уже точно вижу, что включение в игру больших акул по принципу каждый за себя — дело времени.

— Короткого. Весьма сжатого, — лаконично кивнула Хьюга. — Те же Мицубиси надавят на рычаги и педали. Мацусита. — Он перечислила ещё нескольких игроков отрасли сопоставимого уровня.

— Думаешь, сейчас начнётся именно каждый за себя? — задумалась не особо ориентирующаяся в политике айтишница.

— Да. К сожалению, центробежные брожения в самых верхах именно в нашей стране не могут не отразиться на всей нации. А когда на кону большие деньги с НОВОЙ темы, — глава регулярного менеджмента развела руками.- Вспомни хоть и Сузуки против Хонды с новым бортовым компьютером год назад.

— Хм. Печально. Думаешь, у нас то же самое? Мы всё-таки не автомобилисты, а чуть более серьёзные люди.

— Люди везде и всегда одинаковые, — Хьюга гибко встала из кресла, сбрасывая халат и оставаясь в одном купальнике. — Чем мы хуже? Имею ввиду отрасль.

Она в два шага поднялась на тумбочку, коснулась перед стартом лбом коленей, оттолкнулась и вошла в воду.

— Это надолго, потому что марафон, — мазнув взглядом по водной поверхности, Решетников прикрыл глаза. — На час-полтора. Можно поспать.

* * *

ИНТЕРЛЮДИЯ

Несколько ранее, в Гонконге.

Kawasaki-ninja не катился по идеальной гладкой дороге, он по ней летел.

На каком-то этапе вопреки расчётам генерала огонь по ним всё же открыли.

— Не бойтесь, не опасно. Сейчас… — В гарнитуре шлема прозвучал ровный голос пилота.

Чень с небольшой задержкой сообразил: в плотной городской застройке стрелять по движущемуся мотоциклу — крайне рискованный проход. Протоколы полиции предполагают минимизацию рисков для третьих лиц. К тому же, самое распространённое оружие, девятимиллиметровые пистолеты, в данный момент отпадали по чисто техническим причинам.

Курковые/патрульные карабины (короткие нарезные винтовки карабинного класса) — да, теоретически используются спецподразделениями, в том числе тут, для более прицельной стрельбы на повышенной дистанции. Но в городе применяются крайне осторожно. Тоже отпадает. Снайперские же винтовки в экстренной погоне в черте города и вовсе маловероятны (слишком очевидны риски для граждан).

Опять же, последних не было бы слышно.

— Гладкоствольные ружья с резиновыми / полумягкими пулями, — озвучил генерал ситуативному напарнику через секунду.

На их скорости даже это — смертельный риск, но в том снаряжении, в которое они предусмотрительно нарядились перед заездом, по большому счёту не страшно.

Ещё несколько мгновений — и мотоцикл плавно вписался в поворот Connaught Road West. Всё те же двести тридцать километров в час, отметил Чень, глядя через чужое плечо на спидометр. Интересно, на каком треке и сколько лет тренировался мой водитель?

Широкая прибрежная магистраль вела вдоль гавани между Центральным районом и Сайиньпуном. Именно с неё на предельной скорости они ещё через несколько секунд ушли прямо к причалам Western District Public Cargo Working Area — длинной бетонной линии пирсов.

— Что вы задумали⁈ — взволновался хань. — Куда мы еде?!…

Окончание фразы потонуло в неожиданном рёве двигателя. Транспорт словно ожил — как двухколёсный конь, вывозя на пределе, kawasaki что-то исчерпал в себе за время уникальной гонки в прямом смысле не на жизнь, а на смерть.

Или просто глушитель прогорел?

— Перегрев выхлопной системы! — пилот в гарнитуре.

Это были последние слова на земле Гонконга.

Kawasaki Ninja, не сбавляя хода, пронёсся по перекрытой стальной рампе для погрузки, похожей на складскую аппарель. Под колёсами мелькнул листовой стальной настил на жесткой раме, перед краем подъёма плавно загнутый в скруглённый отрывной нос.

Высота секции над уровнем воды — обычная причальная плита, метра четыре, машинально отметил генерал.

— Угол подачи пятнадцать градусов! Жёсткая полоса отрыва просчитана! — договаривал свои экскурсы японец уже в воздухе, когда мотоцикл птицей взмыл в воздух и летел над водой.

В полёте они провели метров сто пятьдесят. Примерно в это же время по ним затеяли стрелять боевыми. Чень всеми фибрами более чем тридцатилетнего рабочего опыта просто почувствовал, рациональных объяснений ощущениям не было.

Приводнение оказалось хотя и жёстким, но не настолько, чтобы вышибить сознание, сказалась тщательная подготовка: противоударная жилетка; очень непростой, почти космический шлем; кевлар; специальные вставки, твердеющие при ударе о поверхность.

Ну и вода никоим образом не асфальт.

— Не поднимайтесь над водой! — очень странно подготовленный