Отморозок 7 - Андрей Владимирович Поповский

сильно помог с больной спиной и с отбитыми в футбольном матче ногами. Равиля Гайфутдинова, он тоже лечил, у него была травма колена так что ногу не разогнуть было. Кроме того, Шевченко лечил Дудкина Николая, да и другим ребятам он тоже помог. Перед каждым сеансом лечения, он сначала долго настраивался, а потом водил руками около больного места. Во время его воздействия, я лично ощущал тепло и пульсацию в той зоне, с которой он работал, а после всегда становилось легче. Облегчение, тепло и пульсация сохранялись даже спустя некоторое время после завершения сеанса.

— Ну, хорошо, бог с ним с этим лечением, — махнул рукой майор, — у нас есть более важная тема для откровенного разговора. А вот активное общение Шевченко с американцами вам не показалось подозрительным?

— Нет, не показалось, — упрямо помотал головой Самуров. — Я говорил с Шевченко на эту тему и знаю, что и как там было. Если бы не американский инструктор, Николай так бы и сгнил в горах в яме и не смог бы попасть в Бадабер. В горном лагере, Николай сумел обратить на себя внимание американца, насвистывая мотив очень известной мелодии, которая и привлекла к нему внимание. Американец подозвал Николая, и они разговорились. Именно возникший интерес американца к Шевченко, в итоге и привел его в крепость.

— А вам не кажется странным, что этим молодым вроде бы обычным парнем все так активно интересуются? И начальник лагеря обратил на него внимание и американцы, вы опять же ему поверили и пошли за ним, можно сказать на верную смерть. Что в нем было такого, что обращало на него внимание и вызывало такое доверие? — С неподдельным интересом спросил майор.

— Николай обладает какой-то непередаваемой внутренней харизмой и притяжением. Он, хорошо образован, эрудирован, владеет языками. Начиная с ним общаться, через некоторое время ты уже не воспринимаешь его как юношу. Кажется, что пред тобой уже поживший и умудренный опытом человек, просто выглядящий очень молодо. Шевченко умеет простым языком так доходчиво излагать свои мысли, что вызывает к себе неподдельный интерес и доверие. И самое главное, все то, о чем он говорил, не было пустой болтовней. Он на деле всегда выполнял то, что пообещал. Именно это и вызывал доверие.

Самуров задумался, как будто боролся с собой, говорить или нет, а потом все же решился.

— Знаете, он для меня, спустя два месяца после освобождения, так и остался загадкой. В последнюю ночь перед восстанием, мы долго не могли уснуть, и разговаривали по душам. Несмотря на то, что именно Николай был организатором, среди всех пленных он был самым младшим. Я спросил его тогда, не страшно ли ему, такому молодому, идти почти на верную смерть. Шевченко тогда как-то странно посмотрел на меня, а потом сказал, что если брать по настоящему, то он самый старший из всех нас и видел такое, что нам всем и не снилось. А потом сказал, что уже умирал, и ему не страшно, потому что, после смерти может быть новая жизнь.

— Что он имел в виду, говоря, что он самый старший из вас и о том, что уже умирал? — Удивленно поднял брови майор.

— Я переспросил, но Шевченко сказал, что это словами не объяснить, и чтобы я просто поверил ему на слово, что так бывает. И вы знаете, я ему верю, потому что все, о чем говорил этот необычный парень, сбылось. Вот только его больше с нами нет. Я очень надеюсь, что ему все же удалось выжить в том взрыве.

— У нас таких сведений, к сожалению, нет. — Развел руками майор, — Известно, что в результате взрыва было убито несколько десятков моджахедов и несколько инструкторов из Пакистана и США, которые в тот момент были в лагере. Про судьбу оставшихся там советских пленных ничего не известно. Скорее всего, они все погибли. Но давайте вернемся к вашему рассказу. Что было после выхода группы из крепости?

— После выхода из крепости нас там ждали два грузовика и четверо переодетых в местную одежду парней, оказавшиеся группой поддержки, о которой нам говорил Шевченко. — Продолжил рассказ Самуров. Глаза его затуманились и перед лицом поплыли картины их поспешного бегства.

Два грузовика на большой скорости вылетели из лагеря беженцев, обстреляв пост охраны на выезде и сбив закрытый шлагбаум. Этот пропускной пункт им удалось миновать без потерь, так как там царила паника, вызванная сильным взрывом в крепости. Дальше была бешеная гонка по пыльной грунтовке в сторону границы. Примерно через полчаса езды они услышали мощный гул со стороны крепости.

В небе далеко позади, возникли угрожающие черные точки преследующих беглецов боевых вертолетов. Находящийся в кузове вместе с пленниками парень, из группы встречавшей их у ворот, подал команду готовиться к отражению вертолетной атаки. Бывшие пленники приготовились дать последний бой, понимая, что шансов против боевых вертолетов у них практически нет. В этот самый момент раздался гул мощных двигателей, и над их головами пронеслась пара истребителей МиГ-23МЛД с красными звездами на крыльях.

Пушки истребителей грозно пророкотали и в сторону преследующих беглецов боевых вертолетов, потянулись длинные дымные росчерки авиационных снарядов. Это был предупредительный огонь, но пилотам вертолетов хватило и этого, чтобы прекратить погоню и лечь на обратный курс.

Пара МИГ-ов, заложив крутой вираж, развернулись и снова пронеслись над пылящими по дороге машинами, покачав им напоследок крыльями. На глазах всех без исключения пленников стояли слезы. Вот так и должна Родина встречать своих героев сыновей, и так бороться за них — до конца.

* * *

Двумя часами позже, майор Иваницкий, опрашивавший лейтенанта Самурова, поднялся на этаж выше, и аккуратно постучав, зашел в кабинет своего непосредственного начальника — полковника Гордеева Владимира Ивановича.

— Разрешите?

— Ну что там этот лейтенант? — Оторвав голову от бумаг, поинтересовался полковник.

— Все нормально Владимир Иванович, — доложил Иваницкий. — Самуров и остальные бывшие пленники подтверждают ключевую роль Костылева Юрия, которого они знали в лагере под именем Николая Шевченко, в организации восстания. Правда, загадок становится только больше. Все знавшие его, в один голос утверждают, что это парень был очень необычным человеком. Я бы даже сказал, каким-то мистическим человеком.

— Ты даже не знаешь, Коля насколько, — кивнул Гордеев, поправляя свои очки. — Если его, вопреки всему, тянул и поддерживал сам Смирнов, это говорит о многом. Виктор Петрович — это настоящая легенда,