Бесконечность - Марцин Подлевский

Сначала погасло голо Керкоса, уступив место изображению Выжженной Галактики. Графические голограммы показывали наступающие со всех сторон Фрагменты Машинной Армады. В довершение всего атаковал Консенсус, усиленный очередной волной Возвращения, возглавляемой Аппаратом — трансгрессивной Машинной Сущностью, созданной Чужаками. Никто и ничто не могло противостоять такой мощи. Не в тот момент, когда человеческие корабли уничтожались Пробуждением персоналей, активировавшим спящих Преемников — Премашины, эволюционировавшие благодаря Единству.

Они долго смотрели на это. Не чувствуя течения времени, без слов, не в силах поверить в то, что видят. С нарастающим, ошеломляющим страхом.

А потом всё изменилось.

Что-то пронеслось через Синхрон — как ледяной программный рывок, закончившийся раскатом далекого грома. Подключенный кабелями к навигационной консоли Хаб Тански пронзительно закричал. В портах доступа компьютерщика раздался треск, как и в портах подключенного Грюнвальда и подключенного к консоли Помса. Тански, в отличие от капитана и старой, сошедшей с ума Машины, отлетел назад, как тряпичная кукла. В воздухе запахло гарью.

— Хаб! — крикнул Миртон, вырывая кабели. — Хаб!

Тански не ответил. Он неподвижно лежал на полу. К нему уже подбегали Месье и Пинслип Вайз. Только Эрин Хакл осталась на своем месте, не отпуская рукоятки управления — а точнее, сжимая их так сильно, что ее пальцы побелели.

— АмбуМед! — приказал Грюнвальд. — Быстрее!

— Он, кажется, не… — начал механик, поднимая голову и с ужасом глядя на Миртона.

— Забери его в АмбуМед, я сказал!

— Да… но он…

Посреди стазис-навигаторской стояла причина программного перегруза: призрак Антената.

Его образ казался все еще формирующимся и затвердевающим — как воплощенное видение кошмара, транслируемого Синхроном. От былой красоты Единственного не осталось ничего: лицо выглядело мертвым, деформированным и изрытым трескающимся льдом. Его комбинезон был разорван, а из полузакрытых глаз струилась тьма черной дыры.

Пинслип Вайз закричала от ужаса. Но призрак не заметил ее, вместо этого он вытянул вперед свои костлявые руки и разорвал то, что должно было стоять перед ним, но они могли разглядеть это лишь как неясную тень. А затем он посмотрел прямо на них своими слепыми, мертвыми глазами.

— ВАЙЗ! — прорычал он ужасным, осуждающим криком. — ТЫ ВИДИШЬ, ЧТО СДЕЛАЛ СО МНОЙ БЛЕДНЫЙ КОРОЛЬ?! ТЫ ВИДИШЬ ЭТО, ПРОКЛЯТАЯ МЕЛКАЯ ТВАРЬ?!

Призрак поднял когтистые руки, будто хотел схватить Пинслип, которая, бледная как мел, стояла неподвижно, глядя на приближающуюся погибель.

— Пин! — пронзительно закричала Хакл. — Отойди!

Девушка не отреагировала. Миртон уже бежал к ней, но, прежде чем он успел отодвинуть ее от полуматериального призрака, Единственный исчез под аккомпанемент раздирающего вопля.

А вместе с ним погас Синхрон.

Выжженная Галактика погрузилась в темноту. Темнота на один страшный миг поглотила и «Ленту». Прыгун замер. Неожиданный разрыв галактической сети ампутировал концы программных нервов. Что-то громко хлопнуло в Сердце, мониторы навигационной консоли замигали. Помс — Персональный Машинный Опекун Единственного — отключенный в соответствии с предыдущим приказом Миртона, теперь дрожал, выпуская пучки искр. К счастью, это длилось всего мгновение, и «Лента» начала запускать ключевые элементы программного обеспечения — возможно, благодаря поддержке укоренившихся в ней нанитовых микротов Антената.

— Что это было, черт… — начал бледный Месье, но времени на вопросы не осталось. Грюнвальд, который успел схватить Пинслип, отпустил ее и подбежал к лежащему Тански.

— Поговорим позже, — приказал он, поднимая тело компьютерщика.

Механик нервно кивнул головой. Он схватил Хаба за плечи и поднял его вместе с Грюнвальдом. Тански выскальзывал из их рук, его порты доступа выглядели обгоревшими и черными. Они не церемонились: почти выбежали из СН в коридор и бывший кабинет доктора Харпаго Джонса.

— Вайз… — слабым голосом произнесла Эрин Хакл. Астролокатор не ответила. Вместо этого она медленно и неловко подошла к навигационной консоли и тяжело опустилась в кресло, чтобы через мгновение спрятать лицо в ладонях.

В наступившей тишине никто не заметил, что компьютерный призрак доктора Харпаго давно исчез, оставив после себя лишь слабый голоотблеск.

***

Аналитическая чаша АмбуМеда закрывалась с черепашьей скоростью. Разозленный Миртон с трудом сдержал желание захлопнуть ее силой. Месье помог ему в этом, без лишних церемоний стукнув кулаком по крышке.

— Старые методы — лучшие… — пробормотал он извинительно, в то время как чаша явно ускорилась и закрылась с тихим щелчком.

— Анализ, — приказал Грюнвальд, выбирая дополнительные команды на панели доступа. Устройство тихо зашумело, чтобы внезапно отобразить то, чего они уже ждали.

— «Ошибка персонали», — удивленно прочитал механик. — Система «не находит подключения»? Но ведь… разве Тански не персональ?

— Видимо, уже нет. — Миртон наклонился над устройством и переключил опцию на «аварийный режим». В неподвижное тело компьютерщика вонзились инъекционные шила.

— Но…

— Хаб был подключен к Синхрону, и больше, чем кто-либо в Выжженной Галактике, — сухо заявил Грюнвальд. — Этот сбой, должно быть, выжег не только его порты доступа, но и персональ… по крайней мере, ее большую часть.

— Но он же САМ персональ…!

— Он БЫЛ персональю, Месье. Впрочем, сейчас это не самое главное. Важно, чтобы он выжил. И, кажется… — Миртон пробежал пальцами по панели АмбуМеда, — выживет, если я правильно понимаю эти показания.

— Но он…

— Вся надежда на АмбуМед… — перебил его Грюнвальд. — В крайнем случае, применим крио. Не знаю, переживет ли Хаб стазис, но, к счастью, нам больше не нужно совершать глубинных прыжков. Пока что мы здесь ничего не можем сделать.

— Может, доктор Харпаго мог бы…

— Нет. Это не настоящий Джонс. Это какая-то компьютерная копия мертвого мозга с глубинной болезнью, — сухо возразил Миртон. — Что бы это ни было, оно точно не доктор.

— Может, он помнит эти, ну… медицинские вещи, — неуверенно предположил механик. — Если его подключить к этому…

— Не лучшая идея, Месье. Ты видел, как работает этот… ИИ. Похоже, он разваливается. Что бы ни сделал Единственный, у него не слишком хорошо получилось.

Механик мгновение выглядел так, будто хотел возразить, но промолчал. Он только смотрел на экран АмбуМеда, на котором отображались очередные результаты малопонятных анализов.

— Здесь что-то светится красным, — внезапно заметил он, показывая Грюнвальду фрагмент панели. — Есть сообщение о режиме вне сети.

— Где? — заинтересовался Миртон.

— Здесь, — ответил Месье. — Что-то не так с подключением?

— Наверное, из-за короткого замыкания, — решил Грюнвальд. — Нужно проверить все разъемы и энергоснабжение. Если остались какие-то энергетические