Призраки в друзьях приветствуются! - Маришка Вега

жила одна, поэтому иногда хотелось пообщаться или выразить хоть в чём-то своё негодование. Вот и общалась с чем придётся. Даже кошки у меня нет, так как я почти весь день на работе, да и квартира съёмная, поэтому лучше без животных. Зачем им страдать от одиночества, как и я?

Не складываются у меня отношения с мужчинами, почти нет подруг, так что я какой-то изгой в этой жизни. Работа — вот и вся моя отрада.

Даже родителей уже давно нет со мной. Вот и лечу по жизни, как оторвавшийся от дерева листок, нигде не ждут.

Начало осени — прекрасная пора, но не тогда, когда ты очень хочешь спать, а за окном стучит дождик, убаюкивая твой и так не желающий просыпаться организм.

И сколько ни переводи будильник на ещё несколько минуток вперёд, однако приходит тот рубеж, после которого ты начинаешь безбожно опаздывать и носиться по дому, как электровеник, надеясь всё успеть.

Вот каждый раз со мной такая история, и я ничего не могу с этим поделать.

Я же творческий человек, тружусь дизайнером в фирме, а с меня требуют пунктуальности, как с нейрохирурга, ответственного за чужую жизнь!

Где же справедливость? Нет её.

Вчера начальница оставила меня доделывать последние штрихи в проекте — так она выразилась, ей-то срочно нужно бежать, а там дел-то минут на тридцать, но когда я открыла этот самый проект, то чуть не поседела.

Какие тридцать минут? Я до полуночи вносила коррективы, ведь клиенты прибудут завтра в десять утра!

Марианна Стефанидовна просто умница! Сама отправилась в салон красоты, ужинать и спать, чтобы завтра всех покорять своей «естественной» красотой, а я буду словно зомби, так как поспала всего пять часов.

Всегда с ней так. Тянет до победного, а потом не знаешь, как выкрутиться в оставшееся время, и ещё мнит себя непревзойдённым специалистом. На самом деле у неё связи, вот и работаю в фирме, где к работникам так относятся. Хотя, думаю, я не одна в стране такая, но себя больше всех жалко.

Так хочется пожить там, где тебя никто не будет трогать, будить по утрам и сообщать тебе, что делать. Устала я от общества. Хочу быть самой себе хозяйкой и спать до обеда, пока не отосплюсь!

В деревне домик снять в отпуске надо, чтобы три двора и тебя никто не знает. Вот будет красота!

Пока прыгала на одной ноге, втискиваясь в узкие джинсы, пыталась жевать бутерброд, чтобы желудок не ныл, ведь я не поела вчера, так как было поздно. Я мечтала о душе и сне, поэтому до холодильника так и не добрела.

Теперь же мой живот активно требовал еды, и ему было абсолютно всё равно, что я опаздываю, а глаза пытаются закрыться сами собой.

Так что приходилось делать всё и сразу.

На улицу выбежала вприпрыжку и на секунду остановилась, осматривая окрестности.

Осень в городе укрыла улицы мягким покрывалом из влажных листьев, словно художник аккуратно нанёс яркие мазки охры, золота и багрянца на серое полотно асфальта.

Мелкий дождик моросит, создавая ощущение лёгкой прохлады и уюта одновременно. Воздух наполнен свежестью и ароматом влажной земли, смешанным с едва уловимым запахом кофе из автомата, что стоит неподалёку.

Небо затянуто плотной пеленой облаков, сквозь которую лишь иногда пробиваются робкие лучи солнца, подчёркивая игру света и тени на мокрых тротуарах. Лужи отражают этот тусклый свет, будто маленькие зеркала, хранящие отражение уплывающих облаков.

Деревья стоят молчаливыми стражами улиц, сбрасывая последний наряд, готовясь к зимнему покою. Шаги прохожих звучат приглушённо, шаги детей, бегущих в школу, весело разбавляют осеннюю хмарь, оставляя следы капель на окружающих предметах. Кто в детстве пропустил хоть одну большую лужу? Это же непорядок!

Лавочки у подъезда покрыты тонкой плёнкой влаги. Сквозь ветви деревьев виднеются огни от окон домов, манящие теплом домашнего очага, куда хочется скорее вернуться, оставив снаружи холод и сырость.

Но вернуться я не могу, так что только вперёд!

Утренняя темнота очень раздражает. Хоть и горят фонари, однако это всё же несолнечный свет.

Быстро шла в сторону метро, чтобы поскорее попасть в тёплый и сухой офис, там хоть кофе можно будет выпить перед встречей клиентов, а затем попробую выпросить у начальницы выходной за активный ночной труд.

Доехала без проблем, но когда вбежала в офисное здание, то оказалось, что лифт сломался и надо идти по лестнице. Ну мне же на седьмой этаж! Радует, что хоть не на двадцать седьмой!

— Что опять с лифтом? — спросила я у знакомой, что тоже работала в здании.

— Кто же его знает? Загадка века: как в новом здании лифт может ломаться по два раза в месяц?

— Это не на загадку похоже, а на диверсию, чтобы мы все на работу опаздывали! Но выхода нет.

— Точно, так что беги, осталась последняя минута! — рассмеялась она и скрылась за ближайшей дверью.

Везёт же некоторым работать на первом этаже!

Стала спешно подниматься по лестнице. Так торопилась, что не заметила курьера, ничуть не меньше меня спешащего вниз, и вот мы встретились.

Вроде бы и задел он меня плечом не очень сильно, но я на скользкой плитке потеряла равновесие и только испугаться успела, как приложилась спиной о лестницу. Противный хруст раздался, казалось, в самом черепе. Всё, что я успела услышать, — это чей-то истошный визг, и тьма накрыла меня.

А ведь я почти ничего в этой жизни не успела сделать! Даже не влюбилась по-настоящему! Это так несправедливо!

ГЛАВА 2

Проснулась во второй раз оттого, что кто-то настойчиво стучал в дверь. Мои надежды, что я проснусь дома, не сбылись, поэтому грустно любовалась пошарпанной деревянной дверью, которая могла бы стоять на даче, в домике, куда ты наведываешься летом собрать укроп и пожарить шашлыки.

— Кто там? — грустно спросила я.

— Таисия, девочка, это я, няня! Открой дверь, я тебе завтрак принесла.

Не хотелось никого видеть, но вот есть нужно. Хотя и новости узнать об окружающем мире не мешало бы.

Неторопливо прошлёпала босыми ногами к входу, отодвинула стул, поставив его у двери, и вернулась на кровать.

Всё та же пожилая женщина поставила на стол у окна поднос и, вернувшись к двери, села на стул. Странно, конечно, но я не стала возражать и отправилась завтракать.

— Послушай, твоя мать уже знает, что ты встала, и хочет с тобой поговорить, — начала она как-то смущённо. — Я пыталась её успокоить, после того как все работницы кухни пришли