Я - Товарищ Сталин 12 - Андрей Цуцаев

Он продолжил писать план действий.

'Стратегический план на 1937–1938:

Приоритеты: — Дальний Восток №1. Мао — главная ставка в Китае. Помощь максимальная: оружие, люди, золото, если нужно.Разведка глобальная: американцы в Китае, Черчилль в Британии, Геринг в Германии.Дипломатия: — Продвигать коллективную безопасность в Лиге Наций. — Пакт с Францией — возобновить переговоры. — Чехословакия — военный договор. — С Британией: контакты с Иденом, пока он у власти.Внутренние меры: — Армия: перевооружение ускорить. Новые дивизии направить на Восток. — Промышленность: третий пятилетний план с фокусом на тяжёлую. — Границы: укрепления в Маньчжурии и Монголии.Риски: — Если Черчилль придёт — англо-американский блок. — Если Чан Кайши победит Мао — весь Восток под США. — Геринг нападёт первым».

Сергей перечитал все записи. В одиночку против такого количества противников справиться было бы тяжело, почти невозможно, если смотреть на долгий срок. Нельзя было допускать ни в коем случае такого усиления англо-американского блока.

Сергей сложил бумаги в папку. План на ближайшие месяцы был сформирован. Действовать нужно было немедленно.

* * *

3 сентября 1937 года.

Поместье Каринхалл в лесах Шорфхайде встретило утро сентябрьской прохладой. Высокие сосны стояли плотной стеной вокруг главного здания, их кроны слегка колыхались от слабого ветра. Озёра Гроссер-Дёлльнзее и Вуккерзее лежали спокойными зеркалами, отражая бледное небо с редкими облаками. Рейхсканцлер Герман Геринг приехал сюда сразу после партийного съезда в Нюрнберге, где всё прошло именно так, как он планировал: грандиозные парады, речи, демонстрация силы перед тысячами людей. Теперь, в уединении своего любимого поместья, он мог заниматься делами без постоянных отвлечений берлинской рейхсканцелярии. Каринхалл стал для него настоящим домом — местом, где он чувствовал себя свободнее, чем в городе, где всё было устроено по его вкусу и где ничто не напоминало о формальностях официальной резиденции.

Главное здание было большим и солидным: два этажа, широкие лестницы, просторные залы с высокими потолками и тяжёлыми дубовыми дверями. Внутри всё отражало характер хозяина — трофеи на стенах, головы оленей и кабанов, модели самолётов на полках, картины с видами альпийских пейзажей и охотничьих сцен.

Утро начиналось спокойно. Завтрак подали в малую столовую на первом этаже: принесли крепкий кофе в серебряном кофейнике, свежий хлеб, нарезанную колбасу разных сортов, сыр, масло, немного фруктов. Геринг поел не торопясь, сидя за большим столом один. Он любил такие моменты — когда была тишина, никаких посторонних, можно было сосредоточиться на своих мыслях.

После завтрака он поднялся в кабинет на втором этаже. Комната была просторной и удобной для работы. Массивный стол из тёмного дуба стоял посреди, заваленный стопками документов. Рядом стояли несколько кресел с кожаной обивкой, шкафы с папками и книгами, бар в углу с бутылками спиртных напитков. Высокие окна выходили на парк, где аллеи были аккуратно подметены, а вдалеке виднелись беседки и дорожки, ведущие к озеру. Геринг сел в своё любимое кресло за столом, поправил бумаги и начал разбирать дела.

Первая папка — здесь были отчёты по люфтваффе. Производство самолётов росло стабильно: заводы в Дессау, Аугсбурге, Регенсбурге выдавали новые машины сериями. Он перелистывал страницы медленно, читая цифры по двигателям Junkers, по крыльям и фюзеляжам, по вооружению. Ju-87 шли особенно хорошо — пикирующие бомбардировщики, его любимая разработка. Он сделал несколько пометок карандашом на полях: нужно ускорить выпуск, увеличить заказы на двигатели, проверить испытания новых модификаций. Люфтваффе было его детищем, и он следил за каждым аспектом лично.

Он отложил папку и взял следующую — это были экономические сводки по четырёхлетнему плану. Цифры по стали, углю, синтетическому топливу. Германия наращивала мощь быстро, но ресурсы были ограничены. Австрия могла дать многое: железную руду из Штирии, магний, лес. Он подумал о недавнем разговоре с Нейратом в рейхсканцелярии — Шушниг упрямился, правительство держалось за независимость, но народ в Тироле и Каринтии симпатизировал Рейху. Митинги собирали толпы, флаги Германии появлялись всё чаще. Давление нарастало постепенно, через экономику, через пропаганду, через контакты. Геринг улыбнулся про себя: всё шло именно так, как нужно.

Далее он взял письма от промышленников. Крупп просил о новых военных заказах, IG Farben докладывал о прогрессе в синтетическом бензине. Он читал внимательно, откладывая письма в отдельную стопку для ответов секретарю. Потом телеграммы из министерств.

Геринг встал из-за стола, прошёлся по кабинету. Солнце поднялось выше, свет падал на ковёр и модели самолётов на полках. Он остановился у одной — это была уменьшенная копия He-111, провёл пальцем по крылу. Вспомнил Нюрнберг: огромные трибуны, марширующие колонны, восторг толпы. Это была демонстрация силы, и мир увидел её.

Вдруг зазвонил телефон на столе — это была специальная линия с красной трубкой, только для самых важных звонков. Геринг поднял её сразу.

— Да, слушаю вас внимательно.

Секретарь ответил на другом конце.

— Господин рейхсканцлер, поступил именно тот важный звонок, которого вы ждали уже несколько дней.

Геринг выпрямился в кресле и отдал приказ.

— Соединяйте немедленно.

Щелчок в трубке, линия переключилась. Послышался знакомый голос — спокойный, известный только Герингу. Это был контакт, с которым они вели дела в полной тайне уже долгое время.

Геринг начал разговор первым, без лишних приветствий.

— Скажите мне прямо и честно сейчас: в силе ли все наши предыдущие договорённости по этому крайне важному делу?

Собеседник ответил без промедления и колебаний.

— Да, всё остаётся в полной силе без изменений, но только если вы обязуетесь выполнять свою часть сделки без каких-либо отклонений от ранее обговорённого плана.

Геринг продолжил.

— Я выполню всё точно так, как и обещал ранее, и даже больше, если это потребуется для полного успеха нашего общего дела.

Он добавил сразу же.

— Я очень надеюсь на такие же точные и своевременные ответные шаги именно с вашей стороны в самое ближайшее время.

На том конце сказали спокойным тоном.

— В этом вы можете абсолютно не сомневаться ни секунды, всё будет выполнено точно так, как мы договорились изначально.

Геринг предложил следующий шаг.

— Я хотел бы встретиться с вами лично в ближайшие дни, чтобы обсудить все детали лицом к лицу без каких-либо посредников.

И сразу уточнил приглашение.

— Приглашаю вас в своё поместье Каринхалл, здесь мы сможем поговорить спокойно и без посторонних глаз.

Собеседник принял предложение.

— Непременно приеду к вам в поместье, как только у меня появится подходящее время для такой важной и конфиденциальной поездки.

Связь прервалась. Геринг положил трубку и откинулся в